Битва за Севастополь закончилась разгромом

Новость опубликована: 25.07.2017

Не надо обманывать себе. Хотя бы себе! Трудно Вам согласиться со мной, но советская военщина — самая оголтелая, самая трусливая, самая низкая, самая тупая из всех, какие были до неё на свете. Это она «победила» 1:10! Это она бросала наш народ, как солому, в огонь — и России не сделалось, нет и русского народа. Мы войну выиграли завалив немцев горами трупов и залив их морем крови

 Битва за Севастополь закончилась поражением

Виктор Астафьев

То, что было Россией, именуется ныне Нечерноземьем, и всё это заросло бурьяном, а останки нашего народа убежали в город и превратились в шпану, из деревни ушедшую и в город не пришедшую.

Навеяно фильмом «Битва за Севастополь», авторы какого смогли снять, с одной стороны, большой мейнстрим, как любят у нас, а с другой — не врать.

Битва за Севастополь закончилась поражением. Город покинули. Вместе с жителями и армией. Эвакуации не было.

А теперь несколько фактов: 30 июля стало понятно, что воевать нечем.

Вице-адмирал Октябрьский передал командование генералу Петрову и совместно с энкавэдэшниками сел в самолет, улетел в Краснодар.

Генерал Петров с партактивом и драгоценностями из банка часом позже уплыл на подлодке в Новороссийск. За этот час он поспел отдать указание о взрыве пещер Инкермана. Там находился огромный подземный госпиталь, где наших раненых лежало до 20 тысяч человек. Взрыв слышали все.

Генерал Петров разрешил бежать из Севастополя другим способом

Вечером 29 июня в Севастополь пришли две подводные лодки, доставившие боеприпасы и бензин. В ходе разгрузки командир одной из них получил письменный распоряжение начальника штаба СОРа капитана 1-го ранга Васильева:
«До особого распоряжения подлодка Щ-209 остается в Севастополе. После разгрузки с светом вам надлежит выйти в район 35-й батареи и лечь на грунт. С темнотой всплыть и ожидать распоряжения».

В штольне близ 35-й батареи был командный пункт обороны Севастополя. То есть флотское начальство – Октябрьский, Кулаков, Васильев – предусмотрело для себя вариант бегства еще до обращения в Ставку. А когда позволение было получено и за ними вылетели официальные самолеты, они передали заготовленный вариант в распоряжение сухопутного начальства.

Как только стемнело, генерал Петров и с ним прочее начальство Приморской армии неприметно для подчиненных через подземный ход вышли на пристань. Ожидавший там буксир благополучно доставил их на Щ-209.

Из Новороссийска ОКТЯБРЬСКИЙ направил донесение в Ставку с снимкой Буденному:
«Исходя из сложившейся обстановки на 24.00 30.06.42 г. и состояния войск, считаю, что остатки войск СОР могут продержаться на ограниченном рубеже одинешенек, максимум два дня .

Одновременно докладываю: вместе со мной в ночь на 1 июля на всех имеющихся средствах из Севастополя вывезено около 600 человек инструктивного состава армии, флота и гражданских организаций…»

Просил 250, а набралось 600… Хотя и здесь бравый адмирал слукавил. На самом деле всеми истинами и неправдами Севастополь ухитрились покинуть 1228 военных и партийных чинов.

В ночь на 1 июля из штаба флота в Севастополь передали, что Буденный распорядился устремить все имеющиеся плавсредства для эвакуации, как было сказано, «раненых бойцов и начсостава».

В Севастополе это поняли по-своему. Последняя телеграмма, посланная НОВИКОВЫМ Буденному:
«20.45. Начсостава 2000 человек в готовности транспортировки…».

Стемнело, но обещанные Буденным корабли так и не появились. Почему, ведали только сам «первый маршал» и Ставка в лице товарища Сталина. Тогда Новиков использовал свою «заначку»: находившийся в распоряжении штаба небольшой катер №112. Совместно с ним туда под завязку загрузились 70 самых важных начальников, в основном штабные, интенданты и политработники. Около двух часов ночи на 2 июля катер вышел в море. Но с светом был обнаружен итальянскими торпедными катерами и после небольшого боя взят на буксир.

После бегства и пленения Новикова ни о каком управлении оставшимися армиями говорить не приходится.

Согласно отчету, представленному Октябрьским и Кулаковым 9 июля 1942 г. в Генштаб, общая численность СОРа на 1 июня равнялась 130 125 чел.; невозвратные потери составили 31 068 чел.; 17 894 раненых до 28 июня были эвакуированы; 1207 скончались в полевых госпиталях.

Ведая эти в свое время глубоко засекреченные цифры, легко подсчитать количество оставшихся защитников Севастополя – 79 956 человек. Почти 80 тысяч геройски оборонявших город солдат и матросов Ставка и в первую очередь Сталин, давший добро на позорное тайное бегство, кинули «за ненадобностью». Обрекли на смерть и плен.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ СОВИНФОРМБЮРО  3 ИЮЛЯ!

После восьмимесячной героической обороны наши армии оставили Севастополь.

ВРАНЬЕ! Войска оставили Севастополь 30 июня ночью. Вечером 3 июля продолжается массовое пленение заступников Севастополя. Счет уже идет на десятки тысяч.

Обращение к советскому народу в конце вечернего сообщения 3 июля 1942 года

«250 ДНЕЙ Геройской ОБОРОНЫ СЕВАСТОПОЛЯ
НАШИ ВОЙСКА ОСТАВИЛИ СЕВАСТОПОЛЬ

По приказу Верховного Командования Красной Армии 3 июля советские армии оставили город Севастополь.

В течение 250 дней героический советский город с беспримерным мужеством и стойкостью отбивал бесчисленные штурмы немецких войск. Последние 25 дней противник ожесточённо и беспрерывно штурмовал город с суши и с воздуха. Отрезанные от сухопутных связей с тылом, чувствуя трудности с подвозом боеприпасов и продовольствия, не имея в своём распоряжении аэродромов, а, стало быть, и достаточного прикрытия с воздуха, советские пехотинцы, моряки, командиры и политработники совершали чудеса воинской доблести и геройства в деле обороны Севастополя. Немцы в июне кинули против отважных защитников Севастополя до 300.000 своих солдат, свыше 400 танков и до 900 самолётов. Основная задача заступников Севастополя сводилась к тому, чтобы приковать на севастопольском участке фронта как можно больше немецко-фашистских войск и уничтожить как можно вяще живой силы и техники противника.

Сколь успешно выполнил севастопольский гарнизон свою задачу, это лучше всего видать из следующих фактических данных. Только за последние 25 дней штурма севастопольской обороны полностью разгромлены 22, 24, 28, 50, 132 и 170 немецкие пехотные дивизии и четыре отдельных полка, 22 танковая дивизия и отдельная мехбригада, 1, 4 и 18 румынские дивизии и большенное количество частей из других соединений. За этот короткий период немцы потеряли под Севастополем до 150.000 солдат и офицеров, из них не немного 60.000 убитыми, более 250 танков, до 250 орудий. В воздушных боях над городом сбито более 300 немецких аэропланов. За все 8 месяцев обороны Севастополя враг потерял до 300.000 своих солдат убитыми и ранеными. В боях за Севастополь немецкие армии понесли огромные потери, приобрели же — руины.

Немецкая авиация, в течение многих дней производившая массовые налёты на город, почти сломала его.
Советские войска потеряли с 7 июня по 3 июля 11.385 человек убитыми, 21.099 ранеными, 8.300 пропавшими без вести, 30 танков, 300 орудий, 77 аэропланов. Бойцы, командиры и раненые из Севастополя эвакуированы.

Это ложь! Самая большая ложь сталинской партийно-правительственной клики в годы Великой Отечественной брани в отношении своих!

Вышеизложенный материал, созданный силами тысяч выживших защитников, их потомков, сотен правдивых историков и журналистов, указывает, что в действительности массовая эвакуация защитников и населения Севастополя никогда не планировалась и не проводилась, а с 30 июня, после занятия противником Корабельной Сторонки, стала практически невозможной из-за размещения немецкой авиации на близко находящихся аэродромах и немецкой полевой артиллерии на севастопольских вышинах.
Ее можно и нужно было проводить раньше.

Взорвали хлебозавод, детсад, временное жилье обслуживающего персонала. Почти стотысячная группировка армий осталась на милость врагу. Причал, на котором люди ждали кораблей, рухнул под тяжестью толпы. Корабли не пришли, начальники разрешили беречь флот. Всех попавших в плен потом объявили предателями.

8 мая 1944 года Севастополь отбили. Немецкая армия для эвакуации задействовала тяни немецко-румынский флот. Около 2000 различных судов растянулись цепочкой через всё Черное море. Это был «живой мост» из непрерывно шагающих конвоев — порожние спешили в Севастополь, а гружённые до отказа в Констанцу.

Люфтваффе не могли обеспечить прикрытие, советская авиация топила всех сряду. Но десантные баржи отходили от Херсонеса вплоть до рассвета 12 мая. В плен сдалось 21 человек. Пока они находились в плену, в Германии их вознаградили Рыцарскими крестами.

Операция по спасению 17 армии стоила рейху половины принимавших в ней участие судов, а по тоннажу это составило почти 80%. Германия почти лишилась флота на Черноволосом море, но спасла 151500 солдат и офицеров.

Не надо лгать себе ! Хотя бы себе! Трудно Вам согласиться со мной, но советская военщина — самая оголтелая, самая трусливая, самая низкая, самая тупая из всех, какие были до неё на свете. Это она «победила» 1:10! Это она сбросала наш народ, как солому, в огонь — и России не сделалось, нет и русского народа. То, что было Россией, именуется ныне Нечерноземьем, и всё это заросло бурьяном, а остатки нашего народа убежали в город и обратились в шпану, из деревни ушедшую и в город не пришедшую.

Сколько потеряли народа в войну-то? Знаете ведь и помните. Страшно именовать истинную цифру, правда? Если назвать, то вместо парадного картуза надо надевать схиму, становиться в День Победы на колени посреди России и упрашивать у своего народа прощение за бездарно «выигранную» войну, в которой врага завалили трупами, утопили в русской крови. Не невзначай ведь в Подольске, в архиве, один из главных пунктов «правил» гласит: «Не выписывать компрометирующих сведений о командирах Совармии».

В самом деле: начни выписывать — и откроется, что после разгрома 6-й армии противника (двумя фронтами!) немцы устроили «Харьковский котёл», в котором Ватутин и иже с ним сварили шесть (!!!) армий, и немцы взяли лишь пленными более миллиона доблестных наших воинов вместе с генералами (а их взяли целый пучок, как редиску красную из гряды вытащили).  Может, Вам рассказать, как товарищ Кирпонос, кинув на юге пять армий, стрельнулся, открыв «дыру» на Ростов и далее? Может, Вы не слышали о том, что Манштейн силами одной одиннадцатой армии при поддержке доли второй воздушной армии прошёл героический Сиваш и на глазах доблестного Черноморского флота смёл всё, что было у нас в Крыму? И немало того, оставив на короткое время осаждённый Севастополь, «сбегал» под Керчь и «танковым кулаком», основу которого составляли два танковых корпуса, показал политруку Мехлису, что выпускать газету, пусть и «Правду», где от первой до последней страницы возносил он Великого вождя, — одно дело, а воевать и армиями руководить — дело совсем иное, и дал ему так, что (две) три (!) армии заплавали и перетонули в Керченском проливе.

Ну ладно, Мехлис, подхалим придворный, болтушка и лизоблюд, а как мы в 44-м под командованием товарища Жукова уничтожали 1-ю танковую армию противника, и она не дала себя уничтожить двум основным нашим фронтам и, немало того, преградила дорогу в Карпаты 4-му Украинскому фронту с доблестной 18-й армией во главе и всему левому флангу 1-го Украинского фронта, после Жукова угодившего под руководство Конева в совершенно расстроенном состоянии.

Если Вы не совсем ослепли, посмотрите карты в хорошо отредактированной «Истории Отечественной брани», обратите внимание, что везде, начиная с карт 1941 года, семь-восемь красных стрел упираются в две, от силы в три синих. Лишь не говорите мне о моей «безграмотности»: мол, у немцев армии, корпусы, дивизии по составу своему численно крупнее наших. Я не думаю, что 1-я танковая армия, какую всю зиму и весну били двумя фронтами, была численно больше наших двух фронтов, тем более Вы, как военный специалист, ведаете, что во время боевых действий это всё весьма и весьма условно. Но если даже не условно, значит, немцы умели сокращать управленческий аппарат и «небольшим аппаратом», честно и умело работающими специалистами, управляли армиями без бардака, который нас преследовал до конца войны.

Чего лишь стоит одна наша связь?! Господи! До сих пор она мне снится в кошмарных снах.

Все мы уже стары, седы, больны. Скоро умирать. Желаем мы этого или нет. Пора Богу молиться, Илья Григорьевич! Все наши грехи нам не замолить: слишком их много, и слишком они чудовищны, но Господь милостив и поможет хоть сколько-нибудь очистить и облегчить наши заплёванные, униженные и оскорблённые дави. Чего Вам от души и желаю.

Виктор АСТАФЬЕВ, AkiRama


Ответить