Что Черчилль сообщал о Сталинграде

Новость опубликована: 18.03.2020

Что Черчилль сообщал о Сталинграде

Что Черчилль сообщал о Сталинграде

В начале 1943 года все мировые издания писали о победе Советского Союза в Сталинградской битве. О героизме русских сообщали все: от Мао Цзедуна до Уинстона Черчилля. Вспомним, как оценивали Сталинградскую битву зарубежные политики и историки.

Уинстон Черчилль

В ходе переговоров на Тегеранской конференции 29 ноября 1943 года Уинстон Черчилль заявил: «Сам Сталинград сделался символом мужества, стойкости русского народа и вместе с тем символом величайшего человеческого страдания. Этот символ сохранится в столетиях. Надо, чтобы будущие поколения могли воочию увидеть и почувствовать все величие одержанной у Волги победы и все ужасы неистовствовавшей там истребительной войны. Хорошо бы оставить нетронутыми страшные руины этого легендарного города, а рядом построить новый, нынешний город. Развалины Сталинграда, подобно развалинам Карфагена, навсегда остались бы своеобразным памятником человеческой стойкости и страданий. Они привлекли бы странников со всех концов земли и служили бы предупреждением грядущим поколениям…»

Хесслер

Интересны оценки Сталинграда западными историками и публицистами преходящ Холодной войны. Их воинственные демарши против СССР упираются в объективную оценку невозможности Запада противостоять государству, победившему в Сталинградской битве. В книжке «Операция выжить», увидевшей свет в 1949 году и написанной известным американским публицистом Хесслером, которого сложно заподозрить в прорусской позиции, указывалось: «По оценке весьма реалистического ученого доктора Филиппа Моррисона, потребовалось бы по крайней мере 1000 атомных бомб, чтобы причинить России ущерб, нанесенный лишь в ходе одной Сталинградской кампании… Это значительно больше того количества бомб, которое мы накопили после четырехлетних неустанных усилий».

Генерал де Голль

При визит мемориала в Сталинграде де Голль обошелся дежурными фразами, отметив “роль союзников” в Сталинградской битве, что было уже странно. Генерал произнёс: «Я хочу воздать должное Сталинграду и отметить тот урок, который он нам дает. Сталинград является не только символом побед, он является отличным уроком того, что могут сделать союзники, объединившиеся вместе против ненавистной Германии. Никогда в дальнейшем Германия не сможет опять поднять оружие против демократических стран».
Отличился де Голль уже на приеме в Москве. Западный корреспондент попросил французского генерала поделиться своими впечатлениями о Сталинграде. «А, Сталинград, — произнёс де Голль, — да, народ могучий, великий народ». Корреспондент согласился: «Конечно, русские…» Де Голль раздраженно перебил его: «Я говорю не о русских, а о немцах. Как они сумели зайти так далеко!» Как бы сказал Черчилль, “без комментариев”.

Джоффри Барраклоу

Один из виднейших английских историков XX столетия, профессор Джоффри Барраклоу, в 1955 году выпустил книжку «История в изменяющемся мире». В ней автор дает выдержанное и трезвое суждение о Сталинградской битве: «Я начал свое исследование, будучи убежденным в том, что русская победа под Сталинградом в 1943 году заставляет целиком пересмотреть историю Европы… Если нам потребовался шок Сталинграда, чтобы понять ограниченность нашей западной историографии, то это случилось лишь потому, что политические предрассудки, лежащие в основе нашей западной исторической науки, ослепили нас относительно истинного соотношения сил в 1943 году».

Рузвельт

Франклин Рузвельт, президент США, отреагировал на победу в Сталинградской битве адекватно, он отослал в Сталинград грамоту, текст какой гласил: «От имени народа Соединенных Штатов Америки я вручаю эту грамоту городу Сталинграду, чтобы отметить наше восхищение его доблестными заступниками, храбрость, сила духа и самоотверженность которых во время осады с 13 сентября 1942 года по 31 января 1943 года будут непреходяще вдохновлять сердца всех свободных людей. Их славная победа остановила волну нашествия и стала поворотным пунктом брани Союзных Наций против сил агрессии».

Мао Цзедун

10 октября 1942 года Мао Цзедун написал статью “Переломный момент брани”. Сталинградская битва ещё не закончилась, но “великий кормчий” уже отмечал ключевую роль Сталинграда: “Есть нечто общее между обороной города Сталина, какой Красная Армия отстаивает уже сорок восемь дней, и обороной Москвы в прошлом году. Это общее состоит в том, что оборона Сталинграда сорвала гитлеровские планы на нынешний год так же, как оборона Москвы сорвала его прошлогодние планы. Куцей говоря, Гитлеру остается только одна дорога – в могилу. Политическая жизнь Наполеона окончилась под Ватерлоо, но это было предрешено его поражением в Москве. Теперь Гитлер идет по пути Наполеона, и Сталинградская битва предопределяет его гибель.Всякий, кто оценивает интернациональную остановку пессимистически, должен изменить свою точку зрения”.

Хассель

Напоследок – оценка роли Сталинградской битвы немецким политиком Хасселем. В середине февраля 1943 года он отмечал в своем дневнике: «Последние несколько недель характеризуются самым положительным кризисом, какого мы еще не испытывали в войне. Этот кризис, к сожалению, поразил всю Германию. Он символизируется одним словом – Сталинград».


Что Черчилль сообщал о Сталинграде