«Чушки» и иные призывники, которых больше всего не любили в советской армии

Новость опубликована: 01.02.2019

«Чушки» и иные призывники, которых больше всего не любили в советской армии

«Чушки» и иные призывники, которых больше всего не любили в советской армии

Предвзятость в отношении к отдельным категориям советских призывников выражалась в различных конфигурациях – от скрытой неприязни до явного отторжения. Факторы принадлежности к определенному этносу, месту жительства, социальному статусу, особенностям поведения – все это могло содействовать формированию негативного образа того или иного новобранца.

«Москвичи»

Жителей столицы в армии недолюбливали всегда – за их высокомерие, заносчивость, жажда казаться выше других. Не все москвичи были именно такими, но если подобные черты характера у призывника проявлялись, то их тотчас вязали с его местом жительства – дескать, «москвач», что с него взять. Присловье «Прилетели к нам грачи, «голубые» (вместо «голубых» использовалось иное, более грубое, слово) «москвачи» – это армейская прибаутка. Некоторые «дедушки» в советской армии забавлялись тем, что подсылали «духов» произнести эту фразу москвичу, пусть даже старослужащему. «Молодые» в данном случае оказывались в безвыходном положении – не пойдешь – огребешь от отправившего тебя «деда», скажешь – получишь «леща» от «москвача».
У неприязни к «москвачам» глубокие корни – хотя это в свое время и не афишировалось, но советский народ ведал, что в Великую Отечественную войну почти половина военнообязанных мужчин-москвичей не воевали, имея «бронь». Потерявшие во Второй Мировой пап и дедов их дети-внуки на генетическом уровне чувствовали эту несправедливость и по-своему мстили за нее.

«Деревянные»

В советской армии не любили призывников-кавказцев и выходцев из Посредственнее Азии, зачастую их презрительно называли «деревянными» (очевидно, от слова «чурка»). Горцы трудно поддавались «воспитанию» «дедушек», но трогать их опасались – земляки из доли (они находились быстро и практически всегда) могли отметелить обидчика так, что мало не тому казалось – невзирая на статус (будь то «дед», «черпак» и т.д.). Если в роте преобладали азиаты, славяне «вешались» – обыкновенная для советской армии сословная иерархия – «дед» – «черпак» – «дух» в данном случае не действовала – «деды»-славяне моги до дембеля мыть сортиры и вообще «летать» как «духи» – за них некому было вступиться. Весьма красноречиво подобную ситуацию описал служивший в таких условиях знаменитый российский шоумен Дмитрий Нагиев – его интервью по этому предлогу можно найти в интернете.
«Деревянные» изо всех сил старались получить «сопли» (лычки на погоны), стать сержантами, чтобы приехать в родимые аулы героями.

Судимые служивые

Есть мнение, что «дедовщину» в конце 50-х годов ХХ века в советскую армию привнесли собственно уголовники. На эту тему существует несколько научных работ, но системного осмысления подобной гипотезы до сих пор нет. Хотя косвенно она подтверждается – армейская иерархия во многом напоминает воровские понятия.
Одно пора судимых в советскую армию не брали. Потом в особые рода войск (так назывемые нестроевые), начали призывать в том числе и тех, кто в свое пора привлекался к уголовной ответственности. По сути это были узаконенные армейские подразделения малооплачиваемой рабсилы. Самым известным считался стройбат («ВСО, с нами не поспорит никто» – это слова из строевой песни, которую горланили советские стройбатовцы по пути в столовую).
Судимые пытались диктовать в армии свои распорядки, и если им это удавалось, то ротная казарма в таком случае мало чем отличалась от зоновского отряда.

«Чушки»

Грязные, неопрятные в платью и поведении призывники («чушки», ударение на последней гласной) презирались в армии всегда. Забитые, слабохарактерные, апатичные новобранцы, они проявляли себя уже с первых месяцев службы. Неспособность, неоднократно помноженная на умышленное нежелание следить за собой, делала их изгоями даже среди солдат своего призыва. «Чушки» бывальщины вне армейской иерархии – их могли гонять даже «духи».

Материал полезен?

«Чушки» и иные призывники, которых больше всего не любили в советской армии