«Благодушный человек»: с чем брат Ленина боролся в Крыму

Новость опубликована: 28.04.2019

«Благодушный человек»: с чем брат Ленина боролся в Крыму 100 лет назад в Крыму была провозглашена советская власть

28 апреля 1919 года в захваченном Алой армией Крыму во второй раз была провозглашена советская власть. В отличие от первого и третьего периодов, это время ознаменовалось несогласием от красного террора и практически полным отсутствием расстрелов. Многие исследователи связывают сравнительную мягкость советского режима с личностью Дмитрия Ульянова, председателя крымского правительства и меньшего брата Владимира Ленина.

100 лет назад на территории Крыма была реставрирована советская власть. Это была вторая попытка большевиков взять под контроль стратегически значительный регион. Впервые Военно-революционный комитет начал борьбу за крымские города и села вскоре после Октябрьской революции. Осенью 1917 года красногвардейцам противостояли военизированные отряды крымских татар, соединившихся в партию «Милли фирка».

Тем не менее, 21 марта 1918-го состоялось провозглашение Социалистической советской республики Тавриды.

Она просуществовала итого месяц, пав под ударами вторгшейся на полуостров армии Украинской народной республики и нацеленных на реванш крымскотатарских националистов, которые расстреляли членов республиканского Совнаркома. Когда вся «нечистая» работа была уже фактически выполнена, в Крым вошли войска Германии. Согласно договоренностям, петлюровцы покинули полуостров, а татары заключили с интервентами альянс.

Немецкая оккупация продолжалась чуть более полугода. В середине ноября Берлин отозвал свои войска по условиям Компьенского перемирия. Вместо прогерманской администрации Матвея Сулькевича было создано Второе Крымское краевое правительство. Оно расходилось во взорах с Белым движением, но было вынуждено опираться на силу Добровольческой армии, а потому закрывало глаза на расправы деникинских офицеров над политическими оппонентами.

Белоснежные пригласили в Крым своих союзников по Антанте. На рейде у Севастополя встали французские, греческие, английские и итальянские корабли. Одновременно в горных зонах и каменоломнях полуострова организовались партизанские отряды из сторонников низложенного советского режима. Кроме того, пользуясь несовершенством пограничных служб белоснежных, Москва забрасывала в Крым агитаторов-нелегалов.

Усилия подпольщиков в конечном итоге принесли плоды. Матросы французских кораблей возвысили восстание, потребовав от командования срочного возвращения домой. Водружение на судовых мачтах красных флагов даже спровоцировало их обстрел греческими кораблями. Объединенный флот Антанты очутился деморализованным и в спешном порядке покинул Черное море. Под угрозой наступления на Южном фронте Красной армии, уже овладевшей Херсоном и Николаевом и подбиравшейся к Одессе и Крыму, белогвардейцы эвакуировались с полуострова.

Соединения украинской Алой армии под командованием Павла Дыбенко захватили Перекопский перешеек, а затем и весь Крым за исключением Керчи.

Известие о событиях на полуострове захватило врасплох центральную советскую власть: там, вероятно, не ожидали, что вернуть Крым получится так быстро и так легко, практически без серьезных военных столкновений. 23 апреля крымский вопрос комплексно обсуждался на заседании Политбюро ЦК РКП (б) с участием Владимира Ленина. Высшим партийным органом было зачислено принципиальное решение: «Признать желательным создание Крымской Советской Республики». А 28 апреля Крымская областная конференция РКП (б) в Симферополе выпустила постановление об образовании Крымской Советской Социалистической Республики (КССР) в составе РСФСР.

Центральной персоной новоиспеченного правительства стал Дмитрий Ульянов, младший брат Владимира Ленина. Изначально он получил посты наркома здравоохранения и социального обеспечения, а также место заместителя крымского Совнаркома, — но уже через несколько дней, в начале мая, возглавил СНК на постоянной основе.

Это была особая фигура для алого Крыма. Ульянов встретил революцию в Севастополе в качестве мобилизованного в армию военного врача и начал борьбу за утверждение советской воли сразу после событий в Петрограде и Москве, а в начале 1918 года стал одним из основателей газеты «Таврическая истина» (современная «Крымская правда». – «Газета.Ru»). С вторжением немцев Ульянов перебрался в Евпаторию, где работал в подпольном ревкоме и координировал стачки рабочих.

Вот как сам медик рассказывал о своем назначении в автобиографии: «В апреле 1919 года из Москвы с поручением от ЦК РКП (б) приехал в Севастополь товарищ Юрий Гавен, бывший в первую Советскую воля в Крыму (1917—1918 гг.) председателем Севастопольского ревкома и наркомвоенмором. С товарищем Гавеном я был знаком с 1917 года по совместной труду в севастопольской «Таврической правде».

В конце апреля, после окончательного занятия нами Крыма, из Москвы приехали товарищи Климент Ворошилов, Матвей Муранов и иные. Был поставлен вопрос об образовании Крымского правительства, возглавить которое было поручено мне. Помня руководящую роль товарища Гавена в крымском Советском правительстве, я упорно возражал против моей кандидатуры, предлагая Юрия Петровича. Однако Гавен и приехавшие москвичи, ввиду болезни Гавена, возложили мне».

Новости СМИ2

В письме своей сестре Марии Ульянов подчеркивал, что принял крымский Совнарком на добровольно-принудительной основе.

«В начале апреля я жил в Евпатории и вошел там в ревком. В крышке апреля меня перетащили в Симферополь товарищ Гавен и другие. Он знал меня по работе с прошлого года, и я должен был остаться в Симферополе наркомом здравоохранения и обеспечения.

У меня самочувствие великолепное, труд бодрит. При поддержке Москвы будем налаживать курортную работу», — отмечал он.

В различных источниках очень по-разному оценивается личность этого человека и его воздействие на процессы, происходившие на вверенных ему территориях. Нелояльные авторы называли Ульянова «пьяницей и ловеласом» и обвиняли в романтических отношениях с террористкой Фанни Каплан, однако даже самые идейные противники советской воли констатировали, что второй приход большевиков в Крым, в отличие от первого и, особенно, третьего, не ознаменовался разворачиванием красного террора.

Если после эвакуации Русской армии Петра Врангеля в ноябре 1920 года полуостров старательностями Белы Куна, Розалии Землячки и Георгия Пятакова буквально потонул в бессудных массовых казнях, когда не успевших нестись белых офицеров, членов их семей и всех заподозренных в сотрудничестве с Белым движением топили в баржах, вешали и расстреливали, игнорируя заявки из Москвы прекратить самоуправство, то при Ульянове в Крыму произошло «всего несколько расстрелов».

Ряд историков связывает относительную мягкость второго советского этапа с личными качествами руководителей КССР. Ульянову нередко приходилось вступать в спор с командованием дислоцированных в Крыму частей РРКА, какое настаивало на радикальных мерах. В этих диспутах главе Совнаркома оппонировал изгнавший белых из Крыма краском Дыбенко, назначенный наркомом по военным и морским делам и председателем крымского Реввоенсовета.

«За все три месяца пребывания большевиков в Крыму было расстреляно лишь несколько человек в Ялте, и то уже перед самым уходом большевиков, в суетне и панике», — писал убежденный противник советской власти князь Владимир Оболенский, избиравшийся в Государственную думу от Таврической губернии, а во пора Гражданской войны работавший у Деникина.

Тот же Оболенский акцентировал внимание в своих мемуарах на злоупотреблениях брата Ленина спиртными напитками:

«Ульянов пьянствовал еще вяще, чем прежде, властности никакой не проявлял, но, как добродушный человек, всегда заступался перед чрезвычайкой за всех, за кого его просили».

Кушать мнение, что жесткость большевистского режима также смягчали комиссары крымского Совнаркома из числа меньшевиков. Если в Москве оппозиционные левые партии уже подверглись разгрому, а многие их активисты сидели в темницах как заложники, то в политической жизни Крыма весной 1919 года, помимо большевиков и меньшевиков, участвовали и эсеры, и анархисты. Надо произнести, что и местные большевики, не заинтересованные в озлоблении пострадавшего населения по отношению к своим семьям, противостояли насилию со стороны приезжих соратников.

Чтобы избежать новоиспеченных стычек с татарами, большевики внесли изменения в национальную политику. В Декларации об образовании КССР говорилось, что, «отвергая всякий национальный гнет, являющийся лишь маской классового господства, Временное рабоче-крестьянское правительство объявляет полное и безоговорочное равенство всех национальностей Крыма». Совместно с тем помещичьи, кулацкие и церковные земли подлежали национализации и конфискации. Также национализировались банки, кредитные учреждения, промышленные предприятия, железнодорожный и водный транспорт, флот, курорты.

Размашистое распространение получила принудительная мобилизация «буржуазии», вне зависимости от состояния здоровья, пола и возраста, на проведение работ «для помощи фронту»: стройка земляных укреплений, рытье траншей и окопов. Для поддержания «трудовой дисциплины» при этом нередко применялись телесные наказания. С мишенью заполучить в свое распоряжение и в необходимом количестве рабочие руки, власти нередко устраивали облавы.

Благодаря «особым связям» с главой РСФСР Ульянову удалось добиться доставки в Крым современной сельскохозяйственной техники. Однако, едва крымское правительство приступило к решению экономических проблем, как армии генерала Декинина предприняли попытку отбить Крым. Наступление развивалось по нескольким направлениям: с севера, востока и юга, где в районе Коктебеля высадился десант грядущего героя обороны полуострова Якова Слащева. 23-26 июня советские и партийные органы эвакуировались в Херсон и далее в Москву. А уже 28-го Ульянов доносил на президиуме Совета рабоче-крестьянской обороны в Киеве о состоянии армии и военном имуществе Крыма.

Находившийся в агитпоездке Ленин отреагировал на очередное изменение обстановки депешей своей супруге Надежде Крупской:

«Митя поехал в Киев: Крым, кажись, снова у белых».

Через 1,5 года большевики в третий – и уже решительный – раз вернутся в Крым без активного участия Ульянова. Жертвами немотивированных репрессий против интернированных военных и гражданского народонаселения, по разным оценкам, станут 120-150 тыс. человек.

«Пагубное пристрастие сохранялось за братом «вождя мирового пролетариата» и в дальнейшем, — отмечается в статье историка Дмитрия Соколова «Крым большевистский. Год 1919-й». — Во пора «третьего большевизма», в 1920-1921 гг., Ульянов вошел в состав Крымревкома и Крымского обкома РКП (б). Наблюдая кровавую оргию расстрелов и казней, захлестнувшую полуостров после решительного установления советской власти,

Дмитрий Ильич, напиваясь, доводил себя до полного отупения, что вызывало недовольство однопартийцев.

В крышке концов, 7 мая 1921 года президиум Крымского обкома РКП (б) обсудил вопрос «о случае появления товарища Ульянова в нетрезвом облике» на заседании обкома, а на следующий день пленум обкома обратился в ЦК с просьбой о его отзыве из Крыма. Ходатайство было удовлетворено».

Ключ

Материал полезен?

«Благодушный человек»: с чем брат Ленина боролся в Крыму