Февраль семнадцатого. Путиловский завод и Петроградская сторонка

Новость опубликована: 19.11.2018

Февраль семнадцатого. Путиловский завод и Петроградская сторона

В прошедшей статье мы рассказали о забастовке заводов Выборгской стороны, стихийно начавшейся с утра 23 февраля. Рабочие-выборжцы не просто застопорили работы — они вышли на улицу, «снимали» колебавшиеся заводы, и во второй половине дня передовые отряды проникли на Литейный проспект и на Петроградскую сторонку. Но кроме заводов Выборгской стороны существовали другие предприятия, в том числе, такой оплот революционных традиций как Путиловский завод.

Затворённый с 22 февраля администрацией (локаут), Путиловский завод не мог стать местом организации рабочих и, тем не менее, выступление путиловских пролетариев состоялось.

Февраль семнадцатого. Путиловский завод и Петроградская сторона

Как уже говорилось выше, путиловцы после объявления локаута обратились в Петербургский Комитет (ПК) большевиков за помощью, и 23 февраля районный нарвско-заставский комитет большевиков организовал митинг у Нарвских ворот.

С утра 23 февраля вся Нарвская застава пришагала в движение, – тысячи женщин вышли на улицы. Здесь, за Нарвской заставой, полиция не решалась трогать рабочих, и всё Петергофское шоссе исподволь заполнилось народом 1.

Двинулись к Нарвским воротам, у которых присоединились работницы Тентелевского химического завода. На площади открылся митинг. Первая выступила работница шрапнельной студии Анна (ранее возглавляла делегацию работниц к директору, активно боролась против произвола администрации завода), затем выступали иные ораторы с химического и Путиловского заводов. Ораторы выступали открыто, не пряча лиц. Выступила работница Химического завода:

«…До каких пор безмолствовать будем? Эта война хуже кислоты жжет внутри. Детям есть нечего. До хлеба не достоишься. Вчера мне удача вывалилась – на бойне выпросила костей и требухи. Суп-то с них наваристый вышел, только в горло его еле пропихнешь. А мясо кто ест? Господа в бобрах да енотах! Отчего хлеба нет?

Она напряглась и во всю силу своего голоса закричала:

– Мужчины, почему молчите?! Все равно пропадать!..» 2

Выстроившись в колонны, путиловцы двинулись к середине – на Невский проспект. Дойдя до Ново-Калинкиного моста, встретили плотный заслон полиции. Перейти Фонтанку по этому мосту не вышло, дальше двигались отдельными колоннами и обходными путями, стремясь выйти на Садовую улицу.

Февраль семнадцатого. Путиловский завод и Петроградская сторона

Забастовка путиловцев. Январь 1905 год.

На Садовой, на Сенной площади соединились с пролетариями фабрики «Скороход» и дошли до Невского проспекта. Встреча путиловцев с выбожцами произошла уже на Невском в районе Литейного проспекта.

В Петроградский зона с утра стали проникать известия о забастовках выборгских заводов. Большевик Игнатов, рабочий завода Лоренц вспоминал, что в цех влетел рабочий Зябликов и рассказал, что женщины-работницы бастуют и вышли на улицу. Кто-то крикнул: «Кончай работу!» За несколько минут все пролетарии Лоренца покинули мастерские и вышли на улицу3.

Многим рабочим первый день революции навсегда врезался в память. Повествует Бобков, фрезеровщик завода Лоренц:

«Из событий Февральской революции на нашем заводе мне особенно запомнилось 8 марта (23 февраля). Поутру работницы преподнесли всем нам красные бантики. Администрация с недоумением взирала на эту явную демонстрацию, но что-либо предпринять не решалась.

Одна из активисток – фрезеровщица Марфуша Васильева – кончила работу и объявила итальянскую забастовку. Рабочие поддержали её, говоря:

– В обиду не дадим, продолжай в таком же духе!

К ней подошел искусник цеха и спросил:

– Почему вы не работаете?

Марфуша ответила:

– Я и моя семья голодные, у нас нет хлеба и нет его в лавках.

Мастер доложил о забастовке Васильевой правлению завода. В цех пришёл кто-то из начальства и повторил вопрос:

– Почему не работаете?

Ответ тот же:

– Я и моя семья голодные…

Тогда представитель администрации распорядился принести буханку хлеба. Васильева хлеб взяла, но к труду не приступила.

Администратор вторично подошел к ней:

– Почему же теперь вы не работаете?

Васильева заявила:

– Я не могу быть одна сытой, когда все иные голодные.

Работницы других цехов стали подходить к ней. Постепенно все женщины завода приостановили работу. К ним присоединились мужчины. Вскоре мы вышли на улицу» 4

Возле 15 часов, к рабочим Лоренца присоединились 300 рабочих завода Лангензиппен, которые организовали митинг, прекратили труды и вышли на улицу 5. Одним из руководителей лангензипповцев был рабочий-большевик Лепсе. Уже с участием лангензипповцев демонстранты сняли 528 пролетариев картонажной фабрики Киббеля на Большой ружейной 6.

Объединённая демонстрация дошла до кронверкского отдела Петроградского трубочного завода. Ворвавшись на территорию завода, пролетарии были атакованы полицейским нарядом и им пришлось отступить.

Другим застрельщиком революционного движения на Петроградской стороне выступил завод «Вулкан», пролетарии, которого остановили механический завод 1-го Российского общества воздухоплавания при этом смяв наряд городовых и обезоружив одного из них 7.

Огласил забастовку завод Дюфлона (800 рабочих). Среди её активных участников был большевик Скороходов.

Чулочно-трикотажная фабрика Керстена, бывшая на Большой Спасской (ныне — улица Красного курсанта), забастовала и присоединилась к уличной демонстрации8.

Полиция отметила в этот день ещё несколько забастовавших предприятия Петроградской сторонки: машиностроительный завод Раковицкого (120 рабочих), фабрика Жемст-Бек (800 рабочих), тюлевая фабрика (700 рабочих) 8а.

Из иных районов столицы можно выделить 2-ой городской, где бастовал, но не вышел на улицу, Франко-Русский завод 9.

Перешедшие на Петроградскую сторону сквозь Сампсониевский мост 4 000 (по данным полиции), рабочие Выборгского района придали новый импульс демонстрациям на Петроградской сторонке. Рабочие двух районов, объединившись на коротком митинге, устремились к Троицкому мосту, прорвав который, вышли через Марсово поле на Садовую улицу с последней целью – Невский проспект.

Уличные столкновения

Во второй половине дня рабочее движение переместилось в центр Петрограда. Обстановка на улицах была накалена. Не глядя на то, что казаки воздерживались от репрессий, полиция проявляла максимум энергии в разгоне демонстраций.

Рабочий снарядной мастерской Обуховского завода Гундоров вспоминал:

«Я в дамский день работал в ночную смену и не устоял перед соблазном проехать в город. Направился на Выборгскую сторону, но на Литейном трамваи стали, и мы вынуждены были идти пешком. Около Кирочной улицы шла женская демонстрация, которую пытались разогнать казаки. Но дамы, поддержанные народом, находившимся на тротуарах, не дрогнули. Мы видели, как пожилая работница, встав перед казачьей лошадью, исступленно кричала: «На бей!.. Сына на фронте уложили, добивай и меня!» Люди с тротуара возмущенно кричали на казака, а какой-то человек даже подбежал к лошади и хотел взять её под уздцы, но казак сам поворотил лошадь, выехал из толпы и вместе с другими казаками свернул в боковую улицу. Я никогда не видел такого революционного подъема, как в этот день.

Пришагав в мастерскую, мы работать уже не могли…» 10

Очевидец первого дня революции Артур Ломбак к февралю 1917 года находился в составе полка, стерёгшего побережья Балтийского моря. Полк был расквартирован в Красном Селе и Артур Ломбак служил там же аптекарем.

23 февраля Ломбак был в Петрограде. Двигаясь по Обводному каналу на Балтийский вокзал, услышал революционную рабочую песню:

«Со стороны фабрики «Треугольник» близилась большая колонна женщин-работниц. Они несли кумачовые транспаранты с лозунгами: «Долой войну!», «Мира!», «Хлеба!» …

Заполнив собой всю улицу, колонна направилась к середине города… Занятый своими мыслями, я и не заметил, как ко мне подбежали две женщины-работницы и ухватили меня за рукава шинели:

– Солдат, миленький, пойдем с нами!

И ранее, чем успел им что-либо ответить, я оказался в первом ряду демонстрантов. Под звуки песни ноги шли легко, как-то сами собой. Башка колонны приближалась к вокзалу. Всем казалось, что дальше путь свободен.

Но неожиданно все резко изменилось. Из переулка недалеко от вокзала показался отряд конной полиции и двинулся навстречу колонне. Полицейские с долгими черными усами, в черных шинелях и высоких черных папахах восседали на вороных конях. Все яснее слышался беспорядочный стук копыт…

– Не страшиться! Твердо держаться вместе! – раздались возгласы демонстрантов. А когда полицейские приблизились на расстояние двадцати шагов, чей-то звучный голос в колонне крикнул:

– Первая очередь, огонь!

И на всадников посыпался дождь булыжников. Полицейские на мгновение дрогнули…

– Вторая очередность, огонь! – снова прозвучала команда.

И опять на полицейских обрушился каменный град. Кое-кто из всадников свалился с коню на мостовую, другие пригнулись, ухватившись за конские гривы. Камни демонстрантов еще больше озлобили полицейских.

– В атаку марш! Вали! – раздался громовой голос полицейского офицера.

В то же мгновение в воздухе блеснули вынутые из ножен шашки. Пришпоренные коню галопом двинулись на демонстрантов. Одним прыжком я оказался на тротуаре и, чтобы не быть раздавленными лошадьми, прижался к стене дома. Я видал, как конные полицейские смешались с рядами женщин-работниц, как безжалостно они рубили шашками направо и налево. Лошади подминали под себя людей, топтали их подкованными копытами. В атмосфере повисли вопли жертв и непристойная брань палачей. То здесь, то там снег краснел от крови.

Сжав кулаки, я в бессильной злости скрежетал зубами. Как и участницы демонстрации, я в тот день был безоружным. Под впечатлением только что виденной кровавой расправы, я сел в поезд и в подавленном состоянии пришёл в Красное Село» 11

Скуратов, рабочий пушечной мастерской лафетно-штамповочного цеха Путиловского завода, вспоминает о первом дне Февральской революции:

«Митинг закончился, и мы двинулись к своему заводу. Дойдя до Садовой совместно с Московско-нарвским районом, решили на Сенной площади сделать общий митинг – путиловцев и скороходцев. Только открыли митинг, как от Невского галопирует конный отряд полиции. Наши товарищи: Голованов, Галанин, Корнеев, Мазуркевич, Бушуев и ряд других, в том числе и я, решили не допускать срыва митинга – поднялись поперек мостовой. А было уже к вечеру, темно, и по команде Мазуркевича или Галанина, точно не помню: «Стреляй по команде!» – мы встали, длани в карманы и ждали, когда будет отдана команда «пли», а у самих в кармах ничего не было, кое у кого разве были камни и у двух-трех – револьверы. Городовые, вооруженные до зубов, стояли против нас и ничего не мастерили. Так кончился митинг. Мы повернулись и пошли дальше по Садовой. Они боялись преследовать нас, дрожа за свою шкуру»12

Примерно к 4 часам дня Невский проспект сделался заполняться демонстрирующими рабочими. Рабочий завода Лоренц Байков вспоминал, что на Невском они застали многочисленные толпы демонстрировавших пролетариев:

«Полиция была бессильна их разогнать. То скоплялись кучками, то расходились. Стали появляться красные полотна, привязанные узлами к древкам. Полиция пыталась прорваться к ним, но пролетарии оттесняли полицию к панелям, а местами прогоняли»13.

Полицейские донесения также отмечают скопление рабочих в центре города:

“Полицейский надзиратель 1-го участка Московской доли Киреев доложил, что на Знаменской площади образовалась громадная толпа и предполагала двинуться по Невскому проспекту, по направлению к Казанскому собору, но убранством полиции и казаками была рассеяна в разные стороны. На некоторое время было прервано трамвайное движение, но потом восстановлено. Никто не взят. По Невскому усиленное движение публики” 14

Прорвавшись с Петроградской стороны через Троицкий мост и Марсово поле, около 17 часов, колонна (в основном рабочей молодёжи), с пением Марсельезы вышла с Садовой улицы на Невский проспект. На Невском колонна была атакована полицией и казачьим разъездом, но смогла в зоне Городской думы собраться и снять у трех трамваев рукоятки от контролеров и тормозов, прервав, таким образом, трамвайное движение в сторонку Знаменской площади на 40-50 минут. Одновременно с этим к Казанскому мосту на Невском проспекте со стороны Михайловской улицы вышла тысячная демонстрация пролетариев с Выборгской и Петроградской сторон. Власти, стянув внушительные военно-полицейские силы, стали разгонять демонстрацию. Рабочие проявили упорство и оказали сопротивление разгоняющим их военно-полицейским мочам. Целый час понадобилось карателям, чтобы разогнать демонстрацию. После этого центральная часть Невского проспекта патрулировалась разъездами 9-го кавалерийского полка и жандармерии.

Двукратно со стороны Суворовского проспекта на Знаменскую площадь выходили демонстрации рабочих. С наступлением сумерек рабочие покинули улицы и развелись по домам.

Так завершился первый день Февральской революции в Петрограде.

Количество участников демонстраций на Невском проспекте советский историк Лейберов оценивает в 5,5 тысяч пролетариев15. Другой советский историк Старцев приводит более, на наш взгляд, соответствующую цифру в 20-30 тысяч рабочих, участников демонстраций на Невском 16.

В цельном, по подсчетам Лейберова (чьи данные получили широкое признание в советской историографии Февраля), 23 февраля бастовало 128 388 пролетариев с 49 предприятий, что составило 32% от общего количества рабочих Петрограда. Надо отметить, что из 128 тысяч, почти 60 тысяч доводилось на заводы Выборгской стороны. На Петроградской стороне бастовало 8 тысяч рабочих, такие районы как Московский и Василеостровской 23 февраля утилитарны не принимали участия в забастовке и уличных шествиях 17.

Продолжение следует…

И.Якутов

ПРИМЕЧАНИЕ:

1 – М. Мительман. 1917 год на Путиловском заводе, стр. 16.

2 – История Путиловского завода, стр. 465-466.

3 – Э.Н. Бурджалов. Вторая русская революция, стр. 124.

4 – М.А. Бобков. Пролетарии завода «Лоренц» идут за большевиками/В огне революционных боев, стр. 396-397.

5 – И.П. Лейберов. На штурм самодержавия, стр. 126//Петроградские большевики в трёх революциях, стр. 159.

6 – И.П. Лейберов. На штурм самодержавия, стр. 126.

7 – И.П. Лейберов. На штурм самодержавия, стр. 126//Петроградские большевики в трёх революциях, стр. 159.

8 – А.Е. Сукновалов, И.Н. Фоменков. Фабрика «Алое знамя», стр. 58.

8а – Публикация документов о положении в стране в начале 1917 года, о подготовке и ходе Февральской буржуазно-демократической революции/ Советские архивы, 1967, №1, стр. 25.

9 – Петроградские большевики в трёх революциях, стр. 160-161.

10 – А.С. Гундоров. За Невской заставой/В пламени революционных боев, стр. 314.

11 – А. Ломбак. Пламенные годы, стр. 59-61.

12 – История пролетариата СССР, 1932, №11, стр.111.

13 – Э.Н. Бурджалов. Вторая русская революция, стр. 127.

14 – И.И. Минц. История Великого Октября. Том 1. Свержение самодержавия, стр. 425.

15 – И.П. Лейберов. На штурм самодержавия, стр. 130.

16 – В. Старцев. 27 февраля 1917 года, стр. 105.

17 – И.П. Лейберов. На штурм самодержавия, стр. 131.

Ключ