«Фидель глядел с презрением»: как Горбачев предал Кубу

Новость опубликована: 02.04.2019

«Фидель глядел с презрением»: как Горбачев предал Кубу 30 лет назад Горбачев посетил Кубу и сократил помощь правительству Кастро

30 лет назад Михаил Горбачев повстречался с Фиделем Кастро. Итогом визита советского лидера на Кубу стало охлаждение отношений с главным союзником в Западном полушарии и острое снижение помощи кубинцам, что пагубно сказалось на экономике Острова свободы. Руководители двух стран кардинально разошлись во взорах на развитие социализма.

2 апреля 1989 года начался визит генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева на Кубу. Встреча советского лидера с Фиделем Кастро должна была символизировать сотрудничество двух социалистических краёв, продолжающееся на фоне преобразований в СССР. По всем внешним данным это была встреча друзей, однако реальная атмосфера форума очутилась далека от идиллии. Вождя кубинской революции сильно тревожила затеянная Горбачевым перестройка, в результате которой, по мнению Кастро, СССР мог удалиться от социализма к капитализму. Кроме того, его откровенно тяготило наметившееся сближение Горбачева с США. Главным пострадавшим от еще недавно казавшегося невообразимым союза рисковал стать именно Остров свободы, считал команданте.

Поэтому в Гаване Горбачеву пришлось успокаивать своего коллегу, объясняя, что демократизация и независимость выбора не исключают выбора в пользу социализма.

Напряжения добавлял тот факт, что первоначально Горбачев должен был посетить Кубу еще в декабре 1988 года – разом после выступления в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке и встреч с уходящим президентом США Рональдом Рейганом и готовившимся заступить на эту должность Джорджем Бушем-старшим. Такая последовательность уязвляла амбиция Кастро. Тем не менее, на Кубе масштабно подготовились к приему гостей. В последний момент планы нарушили известия о землетрясении в Армении в Армении. Горбачеву пришлось в спешном порядке лететь в Советский Союз.

На протяжении нескольких десятилетий Куба играла роль советского оплота в подбрюшине США, за что получала солидную поддержку. Кубинцы посылали своих студентов и молодых специалистов в СССР, а после Чернобыльской крушения безвозмездно взяли на отдых тысячи советских детей. Замирение с американцами резко снижало значение острова для Москвы. К тому же Советскому Альянсу при учете собственных экономических проблем уже было крайне накладно содержать своих многочисленных партнеров по соцблоку. Стремительно рушился крепкий альянс, на что есть намек в известных строчках группы «Чайф»:

«Hа детском pисунке домик с тpубой —
Фидель Михаилу размахивает pукой,
Мы никак не можем пpивыкнуть жить без войны».

Если с Никитой Хрущевым первый секретарь кубинской компартии дружил, а с Леонидом Брежневым поддерживал весьма хорошие отношения, то с Горбачевым у него не сложилось — слишком уж разными являлись убеждения этих людей. Взаимное недоверие двух лидеров во пора визита достаточно емко отметил историк Андрей Фурсов:

«У меня есть фото, на котором Горбачев с дурацкой своей усмешкой смотрит в зал, а Кастро, зная о планах Горбачева, смотрит на него с удивлением и презрением».

В будущем Кастро назовет своего коллегу «могильщиком социализма».

Впрочем, сам генсек и председатель Президиума Верховного Рекомендации СССР в своей книге «Жизнь и реформы» вспоминал о визите в радужных тонах.

«Оказался я на Кубе спустя ровно год после нашего телефонного беседы с Фиделем. Началось с торжественного церемониала в аэропорту. Все было строго расписано. От аэродрома до резиденции десятки километров, мы ехали в отворённой машине, сопровождаемые приветствиями кубинцев. Конечно, если постараться, можно вывести массы на улицы, но настроение им не закажешь. Меня потрясли открытость, неподдельный энтузиазм людей, их стремление пообщаться с нами и их добрые, радостные глаза», — писал Горбачев.

Встреча завязалась в расширенном составе. С советской стороны, помимо лидера, за столом разместились министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе, «зодчий перестройки» Александр Яковлев, заместитель председателя Совета Министров СССР Владимир Каменцев и посол СССР на Кубе Юрий Петров. Главу Кубы окружали его брат Рауль, члены Политбюро Карлос Родригес, Карлос Альдана, Хулио Камачо и другие.

«Присели за стол в небольшом кабинете. Мы с Фиделем — друг против друга. Передо мной три страницы заметок.

И тут наступило минутное тяжелое молчание. На лицах кубинских друзей настороженность. Казалось, что-то взорвется за этим столом. Такие вот возникли ощущения, и, как после выяснилось, у всех, не только у меня. Надо было найти слова, которые разрядили бы эту атмосферу. Я сказал друзьям, что делегация все еще есть под огромным впечатлением встречи, проявленных к нам чувств. И это лучшее доказательство того, что между двумя странами, расположенными на разных континентах, имеющими различную историю, сформировались добрые, поддерживаемые обоими народами отношения солидарности и сотрудничества», — указал Горбачев в книжке, также отметив, что за происходящим в Гаване пристально наблюдает «северный сосед» Кубы.

Новости СМИ2

«Перед нами стоит задача адаптации социализма к нынешним реальностям, — сообщал советский лидер, обращаясь к Кастро и его соратникам. — Нынешний этап как никогда хорошо высветил, что нет универсальной модели, какая позволила бы всем решать свои проблемы. Есть опыт Кубы, стран Восточной Европы, Китая, Советского Альянса. У каждой страны свои традиции, точка отсчета, динамика.

Встреча позволяет нам с вами провести одновременно разговор о советско-кубинских касательствах. Время предъявляет к ним свои требования. Мы открыты для того, чтобы все вопросы рассмотреть основательно, по-дружески, при полном доверии.

То, что мы мастерим у себя, нам нужно. А полезно ли это и в какой мере для вас — решать вам. Мы стараемся держать вас в курсе происходящего в Советском Союзе. А то, что вы мастерите у себя, исходя из своих условий, у нас не вызывает вопросов».

После этих высказываний, на взгляд Горбачева, атмосфера за столом изменилась: пропало напряжение, стали открывать бутылки с минералкой.

«Пошел разговор. Фидель активно откликнулся на мое приглашение посмотреть на социализм и капитализм в контексте всеобщей цивилизации, с учетом современных императивов, — вспоминал Горбачев. — Я почувствовал, насколько внимательно он следит за событиями, развитием социальной мысли в мире, но так же и за текущей информацией.

По ходу беседы Кастро иллюстрировал свои рассуждения ссылками на высказывания и сообщения из Латинской Америки, соединенных Штатов, иных стран, приводил массу конкретных фамилий, органов печати.

Особенно тщательно кубинцы анализировали американскую прессу. Судя по ее извещениям, США ждали, что между СССР и Кубой произойдет разлад: Советский Союз пошел на демократизацию, а вот Куба все больше консервируется, укрепляет железный занавес. Порядок на Кубе иначе чем диктаторским не назывался. Коснувшись этой темы, Фидель иронически заметил: «Наверное, мы не оправдали надежд американской прессы».

Одинешенек из западных журналистов спросил генерального секретаря ЦК КПСС о военном присутствии СССР на Кубе, на что получил следующий ответ: «На Кубе нет советских армий! Есть только советские военные специалисты-офицеры, которые обучают кубинских солдат».

По результатам встречи Горбачева и Кастро между Советским Альянсом и Кубой был заключен Договор о дружбе и сотрудничестве сроком на 25 лет. Как указывалось в тексте, к такому решению стороны пришли, «исходя из существующих между ними касательств братской и нерушимой дружбы и солидарности, основанных на общности идеологии марксистско-ленинского учения и интернационализма, а также единстве целей построения социализма и коммунизма». Намечалось, что действие Договора будет автоматически продлеваться на пятилетние периоды, если ни одна из сторон не заявит о своем желании его денонсировать.

Впрочем, документ кормил слишком мало конкретики.

На деле же главным итогом пребывания Горбачева на Острове свободы стало значительное сокращение поддержки кубинцам.

При Борисе Ельцине политика России по отношению к Кубе станет еще более холодной. Если в 1989 году объем ввоза из СССР составлял $8 млрд 139 млн, то в 1992 году — $2 млрд 236 млн, а в 1994-м – лишь $549 млн. Огромный перечень из 700 важнейших для кубинской экономики товаров, закупавшихся на советском рынке, сократился до одной позиции – нефти, какая обменивалась на сахар из расчета 1 млн т сахара примерно на 1,8 млн т нефти. Сориентированная за 30 лет блокады на советский рынок кубинская экономика вдруг осталась без энергетических ресурсов, оборудования для индустриальных предприятий, транспортных средств, удобрений, основных предметов потребления, многих видов продовольствия и медикаментов.

На встрече Горбачев также возвысил вопрос долга кубинского правительства Советскому Союзу (в 2014 году эта задолженность была списана современными российскими волями).

Согласно формулировке историка Фурсова, «Горбачев и Ельцин предали Кубу».

«На Острове свободы был введен особый режим. Кубинцам было весьма и очень трудно, но при этом к русским они все равно относятся хорошо. Для них русские – это все равно «компаньеры», товарищи. Они соображают, что предатели Горбачев и Ельцин – это не русский народ, это не Россия», — констатировал он.

Сам Горбачев положительно оценивал итоги поездки:

«В целом визит на Кубу помог решить много крупных проблем и устранить, по крайней мере на тот момент, обоюдное недопонимание.

Наши различия в оценке перспектив мира и социализма объясняются прежде всего историческими особенностями развития Кубы и СССР, их ролью в нынешнем мире. Для правильного понимания важно учитывать, что вся эволюция режима на Кубе протекала в обстановке «холодной войны» между двумя блоками, буквально под боком у сверхдержавы, взаимоотношения с которой были и остаются конфронтационными».

Источник

Материал полезен?

«Фидель глядел с презрением»: как Горбачев предал Кубу