Генерал Брусилов и иные предатели во время Гражданской войны

Новость опубликована: 06.12.2018

Генерал Брусилов и другие предатели во время Гражданской войны

Генерал Брусилов и иные предатели во время Гражданской войны

Белогвардейское офицерство рассматривало службу бывших офицеров Российской императорской армии большевикам как предательство, которая может быть искуплена лишь переходом на сторону белых. Однако семьи таких перебежчиков большевики огласили заложниками, которым грозила угроза расстрела при очередной кампании красного террора. Всё-таки некоторые генералы и высшие офицеры, вначале служившие алым, перебежали в ходе гражданской войны к противнику. У тех же, кто с самого начала выбрал службу у белых, предателей высокого ранга в ходе самой брани не нашлось.

Важнейшие предательства с точки зрения красных

Из 18 руководителей высокого ранга, назначенных на командные и штабные места в РККА в 1918 году, шестеро сбежали к противнику, при этом лишь трое – напрямую к белым. Это Анатолий Носович, Николай Ливенцев, Владимир Нотбек. Генерал-майор Ливенцев в 1919 году каким-то манером оказался в расположении белоказачьей Донской армии, состоял в резерве чинов Вооружённых сил на юге России, в 1920 году его следы теряются. Генерал-лейтенант Владимир Нотбек был весною 1918 года назначен главой Приволжского военного округа РСФСР в Самаре. При захвате города белочехами 8 июня 1918 года остался в Самаре и вступил в антибольшевистскую Общенародную армию простым пехотинцем. В дальнейшем получил высокие назначения в тылу у Колчака, погиб при невыясненных обстоятельствах уже после прихода большевиков в Сибирь в 1920 или 1921 году.

Самым оглушительным оказалось предательство полковника Носовича, находившегося в распоряжении командующего Южным большевистским фронтом бывшего генерал-майора Павла Сытина. 11 октября 1918 года в зоне станции Лиски в Воронежской губернии Носович сбежал к белогвардейцам прямо в автомобиле, в котором совершал инспекционную поездку. При этом он прихватил с собой негласные документы, которые немало помогли белому командованию. Правда, у Краснова, Деникина и Врангеля Носович потом отсиживался в резерве или занимался «контрразведывательной» деятельностью.

С крышки 1918 года случаи измен со стороны военспецов участились. Через месяц после бегства Носовича, 10 ноября, на том же Полуденном фронте перебежал к донским казакам подполковник Василий Вдовьев-Кабардинцев, начальник штаба 8-й армии. 21 марта 1919 года к Деникину сбежал ещё одинешенек начальник штаба той же армии, генерал-майор Владимир Желтышев. Пост начальника штаба 8-й армии оказался вообще каким-то несчастливым для большевиков, так как в августе 1919 года занимавший эту место бывший полковник Александр Нечволодов тоже ушёл через линию фронта к противнику.

Южный фронт постоянно подвергался мощным ударам со стороны белых. 15 июня 1919 года, когда фронт буквально трещал по швам, к деникинцам перебежал командующий 9-й советской армией, бывший полковник Николай Всеволодов. Увлекательно, что командармом он был назначен всего за девять дней до этого. Генерал-лейтенант Вячеслав Борисов, известный военный теоретик, назначенный в Академию Основного штаба РККА, летом 1919 года уехал в кратковременный отпуск из Москвы в Киев, контролировавшийся тогда большевиками. Назад он уже не вернулся, а после захвата Киева белоснежными в конце августа 1919 года оказался уже в резерве чинов деникинской армии.

Полковник Владимир Люндеквист занимал место начальника штаба 7-й армии, оборонявшей Петроград. Ещё летом 1919 года он вступил в сговор с подпольным «Национальным центром», стряпавшим восстание в Петрограде в момент подхода к нему войск Юденича. Однако Люндеквист медлил с выступлением, ожидая, когда белогвардейцы придутся ещё ближе к городу, и упустил момент их наивысших успехов. Разоблачён он был спустя лишь месяц, арестован и расстрелян.

Важнейшие предательства с точки зрения белоснежных

В ноябре 1918 года генерал Деникин, главнокомандующий белыми армиями на юге России, издал приказ, согласно которому служба офицеров у большевиков расценивалась как предательство: «Всех, кто не покинет безотлагательно ряды Красной армии, ждёт проклятие народное и полевой суд Русской армии – суровый и беспощадный».

13 октября 1919 года в бою под Орлом к деникинцам перебежал начальник штаба 55-й стрелковой дивизии подполковник Антон Лауниц. Следствием измены стал захват в плен всего командования дивизии. Раненым угодил в плен и начальник дивизии, генерал-майор Антон Станкевич. Белые предложили ему вступить в ряды своей армии, но он отказался. В целом соответствии с буквой приказа Деникина белогвардейцы устроили суд, приговоривший Станкевича к повешению. Смотреть на его казнь согнали местных обитателей.

Такими же предателями для белых были, очевидно, и более известные генералы русской армии: Алексей Брусилов, профессор Академии Генштаба Николай Данилов, командующий Полуденным фронтом против Деникина Владимир Егорьев, бывший главком Юго-Западного фронта Первой мировой Алексей Гутор, бывший царский военный министр Алексей Поливанов и многие иные.

Уже после окончания гражданской войны своим предательством товарищей, оставшихся в эмиграции, «прославился» генерал-лейтенант Яков Слащёв. Зимой 1919/20 г. он со сравнительно небольшой группой армий сумел отразить попытку красных прорваться в Крым через Перекопский перешеек. Действия Слащёва позволили белым закрепиться в Крыму ещё почти на год. Слащёв сделался популярным героем и, с позволения Врангеля, прибавил к своей фамилии почётное наименование Крымский.

Врангель охарактеризовал Слащёва в своих воспоминаниях как психически неровного, неадекватного человека, вдобавок кокаиниста. Следует иметь в виду, что Врангель писал это уже после возвращения Слащёва в советскую Россию, а обезболивающие оружия генерал принимал из-за последствий сильного ранения в живот.

В конце 1921 года Слащёв поддался советской пропаганде и по помилования возвратился в Россию. Измена Слащёва наделала много шуму в белоэмигрантских кругах. Поначалу его деятельность складывалась удачно, его назначили преподавать тактику в школу командного состава РККА. Однако старая жизнь роковым образом его настигла.

Среди слушателей оказался Лазарь Коленберг, родной брат человека, расстрелянного в 1919 году по распоряжению Слащёва по подозрению в сочувствии большевикам. В январе 1929 года Коленберг застрелил Слащёва на его квартире по соображениям личной вьюжить (как он сам заявил следствию). Надо заметить, что Слащёв был, действительно, очень скор на расправу, жесток, и выведенный Михаилом Булгаковым в пьесе «Бег» генерал Хлудов был скатан как раз со Слащёва. При Деникине и Врангеле он успел «прославиться» своими жестокостями, и можно лишь удивляться, что никто из большевиков не попытался свести с ним счёты ранее.

В целом же, немногочисленные измены лиц руководящего состава РККА не оказали влияния на ход гражданской войны. А среди белых изменников вообще не отыскалось, если не считать таковой поступок Слащёва уже после войны. Хотя, по мнению белых, им изменили вообще все те, кто помог большевикам создать мощную Красную армию.