«ГОП-коммуна»: как в СССР показались первые «гопники»

Новость опубликована: 12.05.2019

«ГОП-коммуна»: как в СССР показались первые «гопники»

кадр из кинофильма«ГОП-коммуна»: как в СССР появились первые «гопники»

К малоизвестным проектам послереволюционной эпохи относится создание Государственного общежития пролетариата – одной из первых советских коммун, какая находилась в Петрограде. От аббревиатуры ГОП, как считают исследователи, получило распространение слово «гопник» в его современном значении – «представитель маргинальной городской молодёжи, ближний к криминалу».

ГОП-коммуна

Советский ГОП №1 располагался в нескольких зданиях гостиницы «Октябрьская» в районе Московского вокзала. Появился он не на гладком месте – до революции здесь же базировалось Городское общество призрения, бравшее под опеку подростков-беспризорников.
Государственное (или, по другим источникам, Городское) общежитие пролетариата предназначалось для пролетариев и крестьян, приезжавших в Петроград из провинции на заработки, а также для безработных петроградских люмпен-пролетариев. О малолетних бродягах тоже не забыли – их, сообразно некоторым сведениям, по-прежнему свозили в ГОП. Однако перевоспитание беспризорников новые власти поставили на рельсы господствующей идеологии. По информации публициста Леонида Лужкова, обитатели ГОПа, бывальщины освобождены от домашних обязанностей – они питались в столовых, а одежду сдавали стирать в прачечную.
В начале 20-х годов Ленин высказывал дума, что коммунизм настанет тогда, когда мелкие домашние хозяйства массово «перестроятся» в «крупное социалистическое хозяйство».
«Домашнее хозяйство в большинстве случаев является самым непродуктивным, самым диким и самым тяжким трудом», – отмечал вождь мирового пролетариата, выступая перед советскими женщинами. Апологетам обобществления быта представлялось, что высвобождавшееся от приготовления пищи и работ по дому время пролетарии будут тратить на полезный труд и культурный досуг. Реальность петроградской коммуны оказалась крайне далека от этих радужных преставлений.

Нравы «ГОП-ников»

Лиговский проспект, на котором стоял ГОП, после Штатской войны был районом высокой концентрации уличных банд. Здесь, например, всегда можно было достать популярный в ту пору наркотик кокаин. «Гопниками» горожане сделались называть не только обитателей пролетарского общежития, но и всех босяков, грабителей и хулиганов, терроризировавших окрестности.
«Количество гопников определяется в лигах», – гласила петроградская пословица того поре. Если человеку хотели указать на некультурное поведение, то у него спрашивали, не на Лиговке ли он живёт.
Населявшие рабочую коммуну заезжие «лимитчики» не только вполне были способны постоять за себя в столкновениях с уличной шпаной, но и сами порой ничем от неё не выделялись. Порядки внутри общежития, как утверждают исследователи, походили на нечто вроде бандитского клуба, жившего по воровским законам. В связи с этим аббревиатуру ГОП сделались расшифровывать как «Гостиница обездоленного пролетариата».
«К середине 1920-х в общежитии были прописаны почти четыреста человек, средний годы которых не превышал 24 лет. По большей части уже к двум дня в здании не оставалось ни единого трезвого человека. Грабили «ГОП-ники» всех, кто рисковал прийтись к их логову ближе, чем на километр», – описывает суровые реалии тех лет петербургский писатель Илья Стогов. По его словам, Государственное общежитие пролетариата было затворено после того, как в 1926 году его обитатели устроили групповое изнасилование рабочей Любови Беляковой. 20-летнюю девицу из деревни, имевшую неосторожность прогуляться по Лиговке, молодые парни силой затащили в сад, где над ней надругались 40 человек. Стоило это «наслаждение» 15 копеек для всех желающих. Пострадавшая осталась жива, однако её за одну ночь заразили целым букетом венерических заболеваний. Вероятно, многие участники этого действа, слишком буквально понимавшие коммунистические призывы к «свободной любви», недоумевали, отчего семерых из них суд приговорил расстрелять.
После закрытия ГОПа «Октябрьская» вновь стала выполнять функции гостиницы. Слово же «гопник» продолжило существовать своей жизнью как обозначение неотъемлемой части советского и постсоветского социума.


«ГОП-коммуна»: как в СССР показались первые «гопники»