Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния

Новость опубликована: 31.10.2019

В начине XIII века Хорезм с полным правом считался одним из самых сильных и богатых государств в мире. Его правители имели в своём распоряжении вящую и закаленную в боях армию, вели агрессивную внешнюю политику, и трудно было поверить, что их государство скоро падёт под ударом монголов.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Хорезмшах со свитой. Персидская миниатюра XIII столетия

Государство хорезмшахов

Название «Хорезм» – очень древнее, известно с VIII–VII веков до н.э. Имеются несколько версий его генезисы. Согласно первой, это – «кормящая земля», сторонники второй считают, что это земля «низкая», а С.П. Толстов полагал, что его следует переводить, как «Край хурритов» – Хваризам.

Через эти земли проходили армии многих завоевателей, последними были сельджуки, в состав державы каких входила и территория Хорезма. Но последний из Великих Сельджуков – Ахмад Санджар, погиб в 1156 г. Ослабевшее государство, не в силах немало удерживать в покорности окраины, рассыпалось на куски.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Ахмад Санджар, портрет на туркменской банкноте достоинством 5 манат

В 1157 г. Хорезм получил самостоятельность, и к власти пришла династия, предпоследний представитель которой погубил страну, а последний сражался, как герой (и стал национальным героем четырех краёв), но, увы, слишком поздно пришел к власти.

Земли, подвластные хорезмшахам, простирались тогда от Аральского моря до Персидского залива, и от Памира до Иранского нагорья.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Хорезм перед нашествием монголов

Чрезмерно выгодное географическое положение гарантировало стабильный доход от транзитной торговли. Самарканд, Бухара, Гургандж, Газни, Тебриз и иные города славились своими ремесленниками. Сельское хозяйство процветало в многочисленных плодородных долинах и в оазисе в нижнем течении Аму-Дарьи. Аральское море было состоятельно рыбой. Огромные табуны и отары скота паслись в бескрайней степи. Арабский географ Якут аль-Хамави, посетивший Хорезм незадолго до монгольского нашествия, строчил:
«Не думаю, чтобы в мире были где-нибудь обширные земли шире хорезмийских и более заселенные, при том, что жители приучены к тяжелой жизни и довольству немногим. Большинство селений Хорезма — города, имеющие рынки, жизненные припасы и лавки. Как редкость случаются селения, в которых нет рынка. Все это при общей безопасности и полной безмятежности».

Победы и проблемы

Своего расцвета государство хорезмшахов достигло при Ала ад-Дине Мухаммеде II, какой последовательно разгромил Гуридский султанат и Каракитайское ханство, после чего присвоил себе звание «второго Александра» (Македонского).

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния

При его дворе всегда жили до 27 заложников из числа сыновей правителей окрестных стран. В 1217 г. он даже попытался повести свое армия на Багдад, но из-за рано наступившей зимы его армия не сумела преодолеть горные перевалы. А потом появились тревожные сведения о появлении у восточных рубежах Хорезма монгольских войск, и Мухаммеду стало не до Багдада.

Столицей Мухаммеда II вначале был Гургандж (сейчас туркменский город Кёнеургенч), но затем он перенес её в Самарканд.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Динар Мухаммеда II

Однако все это было лишь прекрасной внешней стеной, прикрывающей неприглядную картину внутреннего разлада и неустроенности.

Одной из проблем Хорезма было своеобразное двоевластие. Грозный со сторонки хорезмшах Мухаммед вынужден был во всех делах считаться с мнением своей матери Теркен-хатын – представительницы влиятельного рода «ашира», мужа которого занимали высшие военные и административные посты.

«Большинство эмиров государства были из ее рода»,
– писал Мухаммед ан-Насави.

Одна из немножко женщин мусульманского мира, она имела лакаб (возвеличивающий эпитет, как часть имени) Худаванд-и джахан – «Властительница вселенной». Была у нее и своя личная тугра (графический символ, являющийся одновременно и печатью, и гербом) для указов: «Защитница мира и веры Великая Теркен, владычица дам обоих миров». И свой девиз: «Ищу защиты только у Аллаха!»

Когда Мухаммед перенес свою столицу в Самарканд (сбежал от суровой мамы?), Теркен-хатын осталась в Гургандже, где у нее был свой двор, не хуже и не меньше, чем у сына, и продолжала активно вмешиваться во все дела страны. Ан-Насави утверждал, что, если от нее и от хорезмашаха по одному и тому же делу поступали два различных указа, «правильным» считался тот, что поступил запоздалее.

Старшего сына Мухаммеда – Джелал ад-Дина, родившегося от туркменки Ай-чичек, Теркен-хатын ненавидела – настолько, что когда, во время нашествия монголов евнух Бадр ад-дин Хилал предложил ей нестись к новому хорезмшаху, она ответила:

«Как я могу опуститься до того, чтобы стать зависимой от милости сына Ай-Чичек и находиться под его покровительством? Даже плен у Чингисхана и мое нынешнее унижение, и бесчестье для меня лучше, чем это».
(Шихаб ад-Дин Мухаммад ан-Насави, «Жизнеописание султана Джелал ад-Дина Манкбурны».)

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния

В результате интриг Теркен-хатын, наследником престола огласили младшего сына Мухаммеда – Кутб ад-Дина Узлаг-шаха, единственным достоинством которого было происхождение из того же рода, что и она сама. А демонстрировавший с юных лет вящие воинские успехи Джелал ад-Дин получил афганскую Газну, да и туда его отец не отпускал, так как не доверял и боялся заговора.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Джелал ад-Дин, нынешний рисунок

Тревожным знаком для историка, изучающего Хорезм в XII-XIII в.в., безусловно, являются сведения об армии этого государства, основу какой теперь составляли наемники – туркмены и канглы. Такие войска еще можно использовать в завоевательных войнах с более слабыми противниками, но надеяться на них в случае тяжелой войны с сильным неприятелем на своей территории вряд ли разумно. Им нечего защищать в чужой для них земле, и нет чаяния на богатую добычу.

Другой признак напряженности – восстания в Самарканде и в недавно присоединенной Бухаре. А в Исфахане (западный Иран) и в Рее (нордовый Иран) шли постоянные столкновения между шафиитами и ханафитами. А тут ещё на востоке пришли в движение прежде слабые и разрозненные кочевнические племена, изумляя и пугая соседей своими победами. Пока ещё монголы воевали на востоке, но всем более или менее разумным людям было удобопонятно, что когда-нибудь они двинутся и на запад.

Накануне катастрофы

Первые дипломатические контакты между хорезмийцами и монголами были установлены в 1215 году, когда послы Мухаммеда II посетили Чингисхана накануне штурма Пекина, и могли увериться в мощи его армии.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Монголы захватывают срединную столицу империи Цзинь, город Чжунду (будущий Пекин). Современная стенная живопись. Мемориал Чингисхана в Ордосе (КНР)

Общей границы между Хорезмом и государством Чингиса ещё не было, и завоеватель заверил послов, что не влечётся к войне с западными соседями, рассчитывая на добрососедские отношения и взаимовыгодную торговлю. Но, почти сразу же, им были предпринято наступление на закат – пока ещё не на Хорезм, на его соседей. Субэдэй отправился в поход на племена Дешт-и-Кипчак, Джучи выступил против туматов и киргизов, Джэбе атаковал кара-киданей. К крышке 1217 года все они были сокрушены, и теперь столкновение молодого (государство монголов) и старого (Хорезм) хищников стало неминуемым.

О Субэдэе и Джэбе от имени Джамухи так говорится в «Сокровенном сказании монголов»:
«Мой анда Тэмуджин собирался откормить человеческим мясом четырех псов и посадить их на железную цепь… Вот эти четыре пса:

Лбы их — из бронзы,
А рыла — стальные долота.
Шило — стиль их,
А сердце — железное.
Плетью им служат мечи,
В пищу довольно росы им,
Ездят на ветрах верхом.
Мясо людское — походный их харч,
Мясо людское в дни сечи кушают.
С цепи спустили их. Разве не радость?
Долго на привязи ждали они!
Да, то они, подбегая, глотают слюну.
Спросишь, как имя тем псам четырем?
Первая чета — Джебэ с Хубилаем,
Пара вторая — Джелме с Субетаем».

Имя первого из этих «псов» – Джиргоадай, а Джэбе («Стрела») – это кличка которое он получил от Тэмуджина за то, что ранил его в 1201 г. выстрелом из лука. Он был одним из темников, возглавлявших монголов во время битвы с русскими князьями на Калке. Еще лучше ведают у нас Субэдея, который, после Калки, пришел на Русь вместе с Бату-ханом. Джэлме, имя которого в этом тексте стоит рядышком с именем Субэдея – старший брат этого великого полководца. А Хубилай, о котором здесь говорится, не внук Чингисхана, а монгольский полководец из числа нукеров завоевателя.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
«Заветное сказание монголов», оглавление

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
«Сокровенное сказание монголов». Вопрос Чингисхана о наслаждении и ответ на него

В начале 1218 года Чингисхан послал в Хорезм своих послов, которые передали Мухаммеду II очень дружелюбное, но, вместе с тем, и провокационное послание:
«От меня не скрыто, как велико твое дело, мне популярно и то, чего ты достиг в своей власти. Я узнал, что твое владение обширно и твоя власть распространилась на большинство стран земли, и поддержание вселенной с тобой я считаю одной из своих обязанностей. Ты для меня подобен самому дорогому моему сыну. Не скрыто и для тебя, что я завладел Китаем и соседними с ним краями тюрок и их племена уже покорились мне. И ты лучше всех людей знаешь, что моя страна – скопища войск и рудники серебра и в ней столько (обеспеченностей), что излишне искать какую-либо другую. И если сочтешь возможным открыть купцам обеих сторон путь для посещения, то это (было бы) на благо всем и для всеобщей пользы».

Обращаясь к Мухаммеду как к «сыну», пусть и «самому дорогому», Чингис фактически предлагал ему признать себя своим вассалом. Разумеется, это послание вызвало гнев Мухаммеда.

Далее последовала так называемая «Отрарская катастрофа»: направленный Чингисханом торговый караван, в котором были 450 человек, сопровождавщие 500 нагруженных верблюдов был разграблен наместником султана Кайр-ханом, который обвинил купцов в шпионаже.

Ан-Насави ратифицирует, что хорезмшах всего лишь приказал ему задержать караванщиков до особого распоряжения, но тот превысил свои полномочия, и его главным побудительным мотивом был элементарный грабительство:
«Тогда султан разрешил ему принять меры предосторожности к ним, пока он не примет своего решения, тот преступил все пределы (дозволенного), превысил свои права и подхватил (этих купцов). После этого от них не осталось следа и не слышно было вестей. А упомянутый единолично распорядился тем многочисленным по-хорошему и сложенными товарами, из злого умысла и коварства».

А вот Ибн ал-Асир в «Полном своде истории» фактически объявляет Мухаммеда II соучастником этого правонарушения:
«Их царь, зовущийся Чингисхан… отправил группу купцов с большим количеством слитков серебра, бобровых мехов и других товаров в города Мавераннахра Самарканд и Бухару, чтобы они приобрели для него одежду для облачения. Они прибыли в один из городов тюрков, называемый Отрар, а он – крайний предел владений хорезмшаха. Там у него был наместник. Когда эта группа (торговец) прибыла туда, он послал к хорезмшаху, сообщая ему об их прибытии и извещая о том, что они имеют ценного. Хорезмшах послал к нему (гонца), приказывая уложить их, забрать все, что у них было, и отправить к нему. Тот убил их и отправил то, что они имели, а было много всякого (добра). Когда (их товары) барыши к хорезмшаху, он поделил их между купцами Бухары и Самарканда, взяв себе восьмую часть».

Рашид ад-Дин:
«Хорезмшах, не послушавшись наставлений Чингисхана и не вникнув бездонно, отдал приказ, допускающий пролитие их крови и захват их имущества. Он не понял того, что с разрешением их убийства и (захвата их) имущества сделается запретной жизнь (его собственная и жизнь его подданных).
Кайр-хан согласно приказу (султана) умертвил их, но (тем самым) он разорил целый мир и обездолил цельный народ».

Вполне возможно, что с купцами действительно шли лазутчики монголов, но это, разумеется, не давало оснований для открытого грабежа и, тем более смертоубийства. Однако искушение «погреть руки» оказалось слишком велико.

После этого к хорезмшаху пришли послы Чингисхана, какие доставили письмо завоевателя. По свидетельству Ибн ал-Асира, в нем говорилось:
«Вы убили моих людей и забрали их добро. Готовьтесь к войне! Я иду к вам с армией, которому вы не сможете противостоять»… Когда хорезмшах услышал его (содержание), он приказал убить посла, и тот был убит. Тем, кто сопровождал его, он приказал отхватить бороды и вернул к их хозяину Чингисхану».

Хорезмшах поступил именно так, как хотелось Чингисхану: теперь у него был законный и понятный всем его подданным предлог для войны: убийства послов монголы не прощали.

Гумилев как-то написал, что дипломаты всех народов мира должны поставить монумент Чингисхану, поскольку именно он и его наследники научили всех принципу личной неприкосновенности послов. До его завоеваний их убийство считалось делом вполне повседневным, и месть монголов за их смерть рассматривалась буквально, как дикость и признак нецивилизованности.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Монгольские послы в Китае

Был у Чингисхана и еще один предлог к войне, уже личный: его брат Хасар, после ссоры с ханом, откочевал во владения Мухаммеда, где и был кем-то убит. Отношения между братьями бывальщины очень напряженными, даже враждебными, но кровную месть в Монголии никто не отменял.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Памятник Чингисхану в Монголии. Самая рослая конная статуя в мире

Сражение на Тургайской долине

В 1218 году была проведена разведка боем. Формально армию монголов возглавлял старший сын Чингиса Джучи, однако реальная воля над войском была у Субэдея.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Субэдэй. Китайский рисунок

Преследуя бегущих перед ними меркитов, монголы вошли в пределы Хорезма. Их было итого 20-25 тысяч человек, Мухаммед привел армию в 60 тысяч.

Как обычно, перед битвой монголы попытались вступить в переговоры. Схема была типовой, она будет применяться ещё много раз: Джучи сообщил, что он не имеет приказа сражаться с армией Хорезма, целью его похода был разгром меркитов, и, чтобы сохранить товарищество с Мухаммедом, он готов отдать всю захваченную его войском добычу. Мухаммед ответил примерно так же, как отвечали монголам многие другие, с условием здешней специфики, разумеется:
«Если Чингиз-хан приказал тебе не вступать в битву со мной, то Аллах Всевышний велит мне сражаться с тобой и за эту битву обещает мне благо… Итак, брань, в которой копья будут ломаться на куски, а мечи разбивать вдребезги».
(Ан-Насави.)

Так началось сражение на Тургайской равнине (какое В. Ян в своем романе назвал битвой при реке Иргизе), и скоро от самоуверенности Мухаммеда не осталось и следа.

Существуют две версии хода этого сражения. Сообразно первой, правые крылья противоборствующих армий одновременно ударили по левым флангам неприятеля. Монголы обратили левое покрывало хорезмийцев в бегство, и уже смяли было их центр, где находился Мухаммед. Вот что сообщает об этой битве Рашид ад-Дин:
«С обеих сторонок оба правые крыла сдвинулись, а часть монголов атаковала центр. Была опасность, что султан будет захвачен в плен».

Ата-Мелик Джувейни в труде «Чингисхан. История завоевателя вселенной» сообщает:
«Обе стороны начали наступление, и правые фланги обеих армий наголову разбили противников. Уцелевшая часть монгольской армии воодушевилась успехом; они намели удар по центру, где находился сам султан; и он чуть не попал в плен».

По другой, главный удар монголы нанесли по центру, целиком обрушив его и едва не пленив самого Хорезмшаха.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Монгольская конница, преследующая врага. Миниатюра из Сборника летописей Рашид ад-Дина, XIV век

Все авторы согласны в том, что лишь смелые и решительные действия Джелал ад-Дина, который также добился успеха на своем направлении, не позволили монголам разгромить хорезмийскую армию. По первой из этих версий, его отряды намели косой удар по флангу наступающих монголов, по второй – прямой в направлении центра.

Рашид ад-Дин:
«Джелал ад-Дин, обнаружив крепкое противостояние, отразил это нападение, которое не сдержала бы и гора, и извлек отца из этого гибельного положения… Весь тот день до ночи султан Джелал ад-Дин стоически сражался. После заката солнца оба войска, отойдя на свои места, предались отдыху».

Ата-Мелик Джувейни:
«Джелал ад-Дин отбил удары нападающих и спас его (хоремшаха)».

Исход сражения ещё не был решён, один из арабских авторов так оценивал его:
«Никто не знал, где победитель, а где побежденный, кто грабитель, а кто ограбленный».

На ночном рекомендации монголы решили, что продолжать сражение, теряя людей, не имеет смысла. Победа ничего не давала им, так как о дальнейшем наступлении на владения Хорезмшаха с такими небольшими силами и речи быть не могло. А боевые качества армии хорезмийцев они проверили, и, как показали дальнейшие события, оценили их не чересчур высоко. Той же ночью, оставив в своем лагере горящие костры, монголы ушли на восток.

А вот едва не попавший в плен Мухаммед II был весьма напуган. Рашид ад-Дин писал:
«Душой султана завладели страх и убежденность в их (монголов) храбрости, он, как говорят, в своем сфере сказал, что не видел никого, подобного этим людям храбростью, стойкостью в тяготах войны и умением по всем правилам пронзать копьем и колотить мечом».

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Копейщик монгольской конницы

Именно этим страхом и объясняются действия Мухаммеда во время военной кампании вытекающего года.

Рашид ад-Дин:
«Растерянность и сомнение нашли к нему путь, а внутренний разлад смутил его внешнее поведение. Когда он воочию уверился в силе и могуществе противника и уразумел причины возбуждения смуты, которая произошла перед этим, постепенно им овладевали потерянность и тоска, и в речах и поступках его стали появляться признаки раскаяния».

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Рашид ад-Дин, Свод летописей

Итак, Чингисхан сделался готовиться к вторжению в Хорезм. По современным подсчетом, в этот поход Чингис смог направить армию в 100 тысяч человек, в то пора, как общая численность войск Мухаммеда II достигала 300 тысяч. Тем не менее, еще недавно такой храбрый, а теперь напуганный насмерть, Мухаммед отказался от новоиспеченного сражения в открытом поле

Часть воинов он рассредоточил по гарнизонам крепостей, часть – отвел за Амударью. Его мать и жены отправились в горную твердыня Илал на территории Ирана. Приказав защищать лишь большие города, Мухаммед, фактически, отдавал Чингисхану самую лучшую и состоятельную часть страны. Он надеялся, что вдоволь пограбив, монголы с добычей уйдут в свои степи.

Мухаммед не знал, что монголы уже неплохо научились брать города. К тому же, в этом им активно помогали «военные специалисты» завоёванных стран. Чжурчжэнец Чжан Жун командовал военными инженерами, киданец Садархай (Сюэ Талахай) возглавил камнеметчиков и строителей паромов.

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Китайские и сарацинские осадные машины, какие использовали монголы

Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния
Осадная машина монголов

А китайские военные научили монголов методу осады городов «хашар» («гурьба»), согласно которому во время штурма следовало гнать перед собой, в качестве живого щита, пленных и миролюбивых жителей. Монголы стали называть хашаром не только данный военный прием, но и сам этот подневольный контингент, члены какого использовались также как носильщики и чернорабочие.

В результате этого рокового решения струсившего Мухаммеда монголы получили возможность разбивать превосходящие мочи хорезмийцев по частям, безнаказанно разоряя при этом Трансоксиану (Мавераннахр), и набирая столь нужных им пленных для хашара. Можно представить, какое тяжкое впечатление производило это на защитников крепостей, и как сильно сказывалось на их моральном состоянии и боевом духе.

Мухаммад ан-Насави, «Жизнеописание султана Джелал ад-Дина Манкбурны»:
«Услышав о приближении Чингисхана, (Мухаммед) разослал свои армии по городам Мавераннахра и Страны тюрок… Он ни одного города Мавераннахра не оставил без большого войска, и в этом была ошибка. Если бы он дал бой татарам своими отрядами до того, как распределил их, то он подхватил бы татар в охапку и начисто стер бы их с лица земли».

Ата-Мелик Джувейни утверждает, что Джелал ад-Дин был против такого плана ведения брани:
«Он отказался подчиниться плану своего отца… и повторял: “Рассеять войско по всему государству и показать хвост противнику, какого еще не встретил, более того, который еще не выступил из своей земли, – это путь жалкого труса, а не могущественного господина. Если султан не решится отправиться навстречу неприятелю, и вступить в бой, и пойти в наступление, и сражаться в близком бою, но будет упорствовать в своем решении бежать, пусть он поручит мне командование доблестным армией, так чтобы мы смогли обратить свои лица к отражению ударов и предупреждению нападок ветреной Судьбы, пока еще есть такая возможность”».
(«Чингисхан. История завоевателя вселенной».)

Тимур-мелик, полководец хорезмшаха (который скоро прославится защитой Ходженда), сказал ему:
«Тому, кто не умеет крепко держаться за рукоять своего меча, он, поворотившись острием, отрубит голову, повелитель».

Мухаммед II остался непреклонным, и решения своего не изменил.

Рашид ад-Дин свидетельствует:
«Так как его (хорезмшаха) осилили сомнения, то для него закрылись врата здравого суждения, а сон и покой бежали от него… Астрологи также говорили, что… до тех пор, пока злополучные звезды не минуют, из осторожности нельзя приступать ни к какому делу, направленному против врагов. Эти слова астрологов также явились добавлением к винам расстройства его дела…
Он приказал отстроить крепостную стену в Самарканде. Однажды он прошел надо рвом и сказал: “Если из армии, которое выступит против нас, каждый воин бросит сюда свою плеть, то ров разом наполнится!”
Подданные и войско от этих слов султана пришагали в уныние.
Султан отправился по дороге на Нахшеб, и всюду, куда он приходил, говорил: «Выпутывайтесь сами, потому что сопротивление монгольскому армии невозможно».

Он же:
«Султан Джелал ад-Дин повторял: “Лучший выход – это собрать, поскольку это будет возможным, войска и выступить против них (монголов). Если (султан) на это решится, (пускай он один) выполняет намерение идти в Ирак, а мне даст войска с тем, чтобы я пошел к границе и одержал победу и выполнил бы то, что осуществимо и вероятно”.
Султан Мухаммед по чрезвычайному (своему) замешательству и устрашённости не (внимал) ему и считал… мнение сына детской забавой».

Ибн ал-Асир:
«Хорезмшах приказал обитателям Бухары и Самарканда приготовиться к осаде. Он собрал припасы для обороны и расположил в Бухаре для ее защиты двадцать тысяч всадников, а в Самарканде пятьдесят тысяч, произнёсши им: «Защищайте город, пока я не вернусь в Хорезм и Хорасан, где соберу войска, и призову на помощь мусульман и вернусь к вам».

Сделав это, он отправился в Хорасан, переправился сквозь Джайхун (Амударья) и стал лагерем у Балха. Что касается неверных, то они подготовились и двинулись на захват Мавераннахра».

О монгольском нашествии на Хорезм будет рассказано в вытекающей статье.

Источник


Империя Чингисхана и Хорезм. Начин противостояния