Как Чехия сделалась крупнейшим поставщиком урана для атомной бомбы СССР

Новость опубликована: 14.12.2016

Как Чехия стала крупнейшим поставщиком урана для атомной бомбы СССР

Как Чехия сделалась крупнейшим поставщиком урана для советской атомной бомбы Как Чехия стала крупнейшим поставщиком урана для атомной бомбы СССР Мой собеседник буквально светится — столько в нем оптимизма, здоровья, нерастраченной энергии и юмора. У него ослепительные голубые глаза и прекрасная память.

Между тем этот человек много лет проработал на урановых шахтах. Потому, когда я сообщаю, что от него исходит свет, он тут же подхватывает:

— Это внутри меня атомы расщепляются.

Михаил Невкрло — один из ветеранов секретного "уранового проекта", какой начал реализовываться на территории Чехословакии сразу после Второй мировой. Именно чехи в конце 40-х и в 50-х гг. обеспечивали СССР порядочной долей того урана, который пошел на производство первых атомных бомб и в итоге обеспечил ядерный паритет с США.

***

Все завязалось с городка Яхимов, что в 30 км от знаменитого курорта Карловы Вары, фактически на границе с Германией. Сегодня сюда со всего света едут люд с проблемами опорно-двигательного аппарата. Считается, что как раз насыщенные радоном, то есть слаборадиоактивные, местные воды обладают целительным действием.

Но сам городок оставляет плачевное впечатление: брошенные дома, много нищих и побирушек, закрытые шахты, на всем печать запустения. Трудно поверить, что еще полвека назад по степени благосостояния яхимовцы превосходили даже пражан. Тогда Яхимов сам был столицей — "уранового проекта".

На рудниках получали вящие деньги: два месяца поработал — и машина твоя

Вообще-то этот городок не раз переживал периоды взлетов и падений. Еще в XVI веке он по числу обитателей занимал второе место в Богемии и Саксонии после Праги. Тогда здесь был "серебряный бум". Затем в окрестных горах заметили кобальт, висмут, никель, свинец и мышьяк — опять Яхимов оказался в центре внимания. И, наконец, во второй половине XIX столетия началась "урановая эра": сначала добытую руду использовали в лакокрасочной и стекольной промышленности, затем узнали о целительных свойствах радона, и в Яхимов потянулись на лечение знатные особы со всей Европы.

Но звездный час настал после изгнания фашистов. Янки и англичане делали все, чтобы эта часть Чехословакии отошла к оккупационной зоне союзников. Однако и Сталин, к тому времени запустивший собственный "атомный проект", не дремал. Вскоре после Победы в Чехословакию из Москвы нагрянули наши специалисты с заданием изучить потенциал урановых месторождений и наладить вывоз сырья в СССР. В итоге уже осенью 1945 года с правительством Бенеша было заключено договоренность, по которому 90% всего добытого урана вывозилось в СССР, а 10% оставалось чехам.

И закипела работа. Причем наши весьма скоро поняли, какой щедрый подарок упал к их ногам: если содержание урана в месторождениях на территории СССР было 0,18%, то породы в Яхимове подавали 3%. И уже за 4 первых месяца отсюда в Союз отправили 25 тонн урана.

Так что первая бомба, испытанная под Семипалатинском в 1949 году, на 20% заключалась из урана, привезенного из Чехословакии.

Объемы добычи резко пошли вверх с вхождением страны в соцлагерь и начавшимися в связи с этим массовыми репрессиями. Кругом Яхимова построили десяток лагерей, куда в целях перевоспитания свозили буржуазных элементов, кулаков, инакомыслящих. А затем — все, как у нас — зэками сделались представители старой партийной верхушки и выходцы из номенклатуры. Всего через яхимовские лагеря прошли 65 тысяч узников.

К середине 50-х здешние шахты давали на-гора уже 2500 тонн руды ежегодно. И таких шахт было 60 — в различных районах страны.

***

Михаил Невкрло пошел в шахтеры не от хорошей жизни. У него, сына крупного землевладельца, выбор был скуден: или в совхоз, или на рудник. По-иному за тунеядство — в лагерь. Под землей заработки были выше, это и определило его решение.

— Вы работали с дозиметрами?

— Да, все шахтеры имели счетчики Гейгера, и любой месяц их показания собирались: смотрели, кто и сколько рентген получил. Если перебрал норму, то месяц в шахту не пускали. Желая однажды мои хлопцы померили уровень радиации у нас в канцелярии — там он был куда выше, чем внизу.

— Ну и как складывалась ваша карьера?

— Сначала полгода толкал вагонетки с рудой — это была самая низшая ступень в шахтерской иерархии. После перешел в забой. Сверлили шурфы, закладывали взрывчатку, затем в дело шли отбойные молотки. И так 7 лет. Стал мастером, начальником участка, директором шахты. Несколько раз ко мне подходили с предложением вступить в партию. "Трудишься хорошо, значит, достоин". Но я всегда отвечал: "Работаю добросовестно, потому что так с детства отцом приучен. А ваша партия тут безотносительно ни при чем".

— Говорят, на урановых рудниках получали большие деньги?

— Средняя зарплата в стране тогда была 2 тысячи кущу. А у нас выходило и по 8, и по 12 тысяч. Моя первая машина, итальянский "Фиат", тогда стоила 19 тысяч. То кушать два месяца ударно поработал — и машина твоя.

Многие приезжали к нам на рудник только для того, чтобы быстро разбогатеть. Помню, был хлопец из Словакии, какой 8 часов работал, потом 8 отдыхал и снова спускался вниз. И так без выходных, много дней подряд. Через год он построил большенный дом. А еще через год умер.

— На вашей шахте работали заключенные?

— На нашей нет. Но было много так называемых диссидентов. Под землей то и дело можно было услышать: "Добросердечный день, пан доктор", "добрый день, пан инженер". "Народная власть" не обожала интеллигенцию.

— А добытую руду отправляли сразу в СССР?

— Нет, вначале ее обогащали на комбинате в Южной Чехии, а полученный концентрат в брикетах отправляли к вам в Днепропетровск. Там мастерили урановые стержни для АЭС. А для боеголовок использовался уже плутоний.

— Каким был режим секретности?

— Почти все шахты находились в погранзоне, куда не было независимого доступа. Все местные жители имели специальные пропуска.

— Это правда, что еще гитлеровская Германия, нацеливая своих ученых на создание супероружия, деятельно занималась добычей урана?

Михаил Невкрло — один из ветеранов секретного «уранового проекта». Фото: Владимир Снегирев

— Да, мне самому довелось с этим столкнуться. Лет 40 назад мы шли по урановому пласту на закат и вдруг на глубине 80 метров натолкнулись на бетонную стену. Она шла как раз по границе Чехословакии и ГДР. Оказывается, немцы возвели ее еще в 1942 году. Слышал, что Гитлеру помешало создать атомную бомбу отсутствие "тяжкой воды". Корабль с этой водой якобы потопили англичане в Северном море.

— Вы, наверное, рекордсмен среди шахтеров по долгожительству?

— Нет. Ведаю хлопцев, которым и по 90 лет, и больше. И вообще, чтобы вы знали, куда опаснее для здоровья было работать на тех шахтах, где промышляли уголь.

***

Отчего же опять впал в запустение городок Яхимов, а вместе с ним и другие урановые "клондайки" Чехии?

Первая вина в том, что добыча некогда секретного сырья здесь стала элементарно нерентабельной. Уран, который залегал неглубоко, за четверть столетия вывезли, а извлекать руду с горизонтов ниже 1 км стало накладно. К тому же на рынке появились и другие предложения: Канада, Австралия, Нигер упрашивали за свой товар меньшую цену.

Сегодня здесь лишь одна работающая шахта недалеко от Брно. Но если в лучшие годы область имела 46 тысяч работников, то сейчас их меньше 2 тысяч.

Прощаясь с паном Невкрло, я спросил его про Яхимов: верно ли, что там все же осталось одно работающее предприятие? Ветеран оживился:

— Как же! Есть! Шахта "Единство". Но ее держат с единственной целью — снабжать радоновой водой здешние санатории. Я когда-то занимался реконструкцией этой шахты.

А я 3 года назад пытался вылечить там свой радикулит.

Кстати

Дирекция чешского госпредприятия по добыче урана Diamo ратифицирует, что только на одном законсервированном в 90-х годах месторождении "Хамр" лежат нетронутыми 115 тысяч тонн урана, то кушать больше, чем было добыто за 60-летнюю историю чешской урановой промышленности.

В мире сегодня работает 440 ядерных реакторов, потребляющих в год 67 тысяч тонн урана.


Ответить