Как советские политики хотели заключить мир с Германией еще в 1941 году

Новость опубликована: 25.06.2018

Как советские дипломаты хотели заключить мир с Германией еще в 1941 году

Как советские политики хотели заключить мир с Германией еще в 1941 году

Сегодня известно, что вплоть до конца войны были неоднократные попытки заточения между СССР и Германией мирного соглашения. Вначале упрямство Гитлера не позволило достичь договоренностей, позднее этого не желал уже Сталин.

Пролог брани

Переговоры между Советским Союзом и гитлеровской Германией велись задолго до начала Великой Отечественной войны. Существуют подтверждения, что с 1938 года происходили встречи представителей НКВД и гестапо. Так, бывший руководитель Армии Крайова Тадеуш Бур-Коморовский сообщает о том, что на советско-германских конференциях обсуждались совместные действия в ходе оккупации Польши, в частности, борьба с польским Сопротивлением. О контактах НКВД и гестапо строчил Хрущев, отмечая, что поводом для них был обмен опытом.

23 августа 1939 года произошло знаковое событие, ставшее итогом советско-германских договоренностей: Вячеслав Молотов и Иоахим фон Риббентроп подмахнули Пакт о ненападении между СССР и Германией сроком на 10 лет. Пойти на такой шаг советские власти вынудила инертность британцев и французов, которые на состоявшихся ранее переговорах не проявили большого желания содействовать СССР в случае возможной германской агрессии.

Контакты правительств СССР и Германии продолжались и после основы победоносного шествия немецкой армии по странам Западной Европы. В ноябре 1940 года Гитлер в письме Молотову выражал уверенность, что в обеих краях установился такой режим, «который не хочет вести войну и которому необходим мир для внутреннего строительства». Молотов отвечал взаимностью, находя в СССР и Германии всеобщие черты: «обе партии и оба государства нового типа», – писал он.

12-13 ноября в Берлине состоялись очередные советско-германские переговоры, в каких советскую сторону представлял Молотов, германскую – сам Гитлер. Некоторые историки считают, эти переговоры комедией, которую ломал рейхсканцлер, чтобы усыпит бдительность Сталина.

Предложение, выплеснутое Гитлером на переговорах, было таким: Германия, СССР, Италия и Япония как самые влиятельные страны будут участвовать в разделе вселенной, при этом
Советский Союз получит возможность беспрепятственной экспансии на юг – в Иран, Ирак, Афганистан, Индию. Молотов дипломатично ушел от ответа на столь неожиданное предложение, заявив, что вначале нужно уладить европейские проблемы: вывести войска рейха с территории Румынии и Финляндии, а также упрочить влияние СССР в Турции и Болгарии.

Сторонкам так и не удалось достичь каких-либо конкретных договоренностей, слишком разные цели стояли перед ними. Тем более, что на момент переговоров немецкий Генштаб уже запланировал налет на СССР, в свою очередь советское правительство к этому времени запустило процесс мобилизации. Неслучайно историки считают ноябрьские переговоры 1940 года прологом советско-германской брани.

Тщетные попытки

Вскоре после нападения Германии на СССР в июле 1941 года через немецкого посла Вернера фон дер Шуленбурга Сталин адресовался к Гитлеру с предложением о заключении мира. Параллельно глава особой группы НКВД Павел Судоплатов с согласия Молотова попытался выйти на контакт с германским правительством сквозь болгарского посла в Москве, который должен был передать, что еще не поздно урегулировать конфликт мирным путем. Однако Иван Стаменов мольбу не исполнил.

В октябре 1941 года Сталин пытался наладить контакт с германскими властями через Берию: глава СССР все еще рассматривал возможность заточения с немцами мирного соглашения. Это подтверждали маршал Жуков, переводчик Сталина Валентин Бережков и сам Берия, которому в 1953 году вменяли в вину эти переговоры.

По данным Бережкова Германии был предложен мирный договор наподобие «Брестского», в пункты которого входила передача Западной Украины, Западной Белоруссии, Бессарабии, Прибалтики, а также независимый транзит немецких войск через советскую территорию на Ближний Восток к Персидскому заливу. Однако Гитлер все мирные инициативы проигнорировал. Чересчур сильна была у фюрера эйфория от легких побед.

Любопытно, что не только СССР, но и союзник Германии – Япония хотела добиться заточения советско-германского мира. Это случилось уже 1943 году в Анкаре во время конференции руководителей японских разведывательных отделов в Европе. Там было зачислено решение, согласно которому основная задача японских информационных бюро – способствовать прекращению советско-германской войны путем налаживания контактов между этими краями.

В чем был замысел японцев? Если бы им удалось склонить Москву к переговорам, то даже при отсутствии результатов этот факт мог посеять семени недоверия в ряды союзников СССР – Англии и США и в дальнейшем привести к разногласиям, что было на руку как самой Японии, так и Германии. Однако попытка японского посла Наотакэ Сато затронуть в беседе с Молотовым 10 сентября 1943 года проблема о посредничестве Японии в советско-германских переговорах потерпела фиаско.

Спорный документ

Во второй части книги «Генералиссимус» Владимир Карпов приводит сведения, потребовавшие среди историков оживленную полемику. Автор пишет, что в феврале 1942 года советские разведчики организовали встречу с представителями германской рекогносцировки, на которой обсуждались вопросы советско-германского перемирия. Там же было вручено предложение Сталина Гитлеру. Карпов публикует этот документ, какой он якобы нашел в архивах Сталина.

В нем приводятся такие инициативы советского лидера, как обоюдное прекращение огня с 5 мая 1942 года и объявление перемирия до 1 августа 1942 года, а также установление новоиспеченных границ между СССР и Германией согласно прилагаемой схеме. Взамен Сталин обещает передислоцировать вооруженные силы так, чтобы они бывальщины готовы к совместным действиям с Германией против Англии и США.

Карпову нередко задавали вопросы, как Сталин мог решиться на такое предложение, если между ним и союзниками бывальщины договоренности «не вступать ни в какие переговоры с гитлеровским правительством»? Это писатель объясняет блефом со стороны Генералиссимуса – тактическим ходом, с мишенью выиграть время. Историки если и соглашаются с существованием такого документа, то называют его фальшивкой, возможно, подкинутой германской агентурой.

Обреченные на разгром

К августу 1942 года стали прозревать некоторые немецкие политики. В первую очередь это относится к начальнику внешней рекогносцировки Шелленбергу и рейхсфюреру СС Гиммлеру, которые оценили потенциал антигитлеровской коалиции и пришли к выводу, что Германии выгоднее заключить сепаратный мир сейчас, пока она одерживает победы.

Однако, чтобы уверить в этом Гитлера им необходимо было дискредитировать в его глазах Риббентропа – противника любых переговоров. Шелленбергу удалось установить контакты с англо-американской сторонкой, которой он пообещал устроить отставку министра иностранных дел и изменить внешнеполитический курс страны. Увы, но возможности шефа внешней рекогносцировки оказались ограниченными. Риббентроп устоял, а репутация Шелленберга была подмочена. В Лондоне и Вашингтоне решили, что предложение германской сторонки является провокацией, цель которой поссорить Англию и США с СССР.

В декабре 1942 года после высадки союзников в Нордовой Африке неожиданную дипломатическую активность проявил Муссолини, предложивший заключить союз с русскими, чтобы продолжить уже совместную брань против американцев и британцев. А после сокрушительного поражения вермахта в Сталинградской битве проснулся и Риббентроп, с чьей подачи представитель германского МИДа Петер Клейст в Стокгольме пытался условиться с советскими агентами. Однако из этой затеи ничего не вышло.

Пожалуй, последняя реальная попытка убедить Сталина приступить переговоры с Гитлером была предпринята японцами. 15 февраля 1945 года генеральный консул Японии в Харбине Миякава посетил советского посла Якова Малика и сквозь него предложил правительству СССР выступить в роли миротворцев.

«Если бы Сталин сделал такое предложение, то Гитлер кончил бы войну, а Рузвельт с Черчиллем не осмелились бы возражать против подобного предложения советского правительства», – заявил Миякава советскому политику. Однако в то время, когда полным ходом шло освобождение Европы советскими войсками, речь могла идти только о целой капитуляции Германии.

Из дневников Геббельса мы узнаем, что и Гитлер в конце войны был не прочь пойти на мирные соглашения с Москвой. 5 марта 1945 года он записал: «Фюрер размышляет найти возможность договориться с Советским Союзом, а затем с жесточайшей энергией продолжить войну с Англией. Ибо Англия всегда была нарушительницей покои в Европе». Впрочем, сам Гитлер уже не верил в возможность подобного сценария.