Какие трофеи из Германии красноармейцы слали домой

Новость опубликована: 20.06.2019

Какие трофеи из Германии красноармейцы слали домой

Какие трофеи из Германии красноармейцы слали домой

Представители РККА (основным образом, представители высшего командного состава) после войны вывезли из Германии массу всякого добра – от сверхценных созданий искусства до банальных предметов обывательской роскоши – мехов, мебели и прочих вещей, невиданных и не выпускавших в СССР.

Они вывозились официально

По учету и распределению вывезенных после завершения Великой Отечественной войны из Германии ценностей (картин, гобеленов, скульптур и других работ всемирно известных художников) трудилась специальная трофейная комиссия. Начальник отдела перемещенных культурных ценностей Минкульта РФ Александр Кибовский говорил в комментарии изданию «Труд», что и сейчас наследство этого «экспроприационного» процесса дает о себе знать – периодически в руки коллекционеров попадают ценные вещи, якобы в свое пора вывезенные из Германии.

По информации автора книги «Великая контрибуция. Что СССР получил после войны» Александра Широкорада, целеустремленным и систематическим сбором всего ценного из доставшихся трофеев советская армия начала заниматься уже с первых дней Великой Отечественной брани. В 1943 году вышло постановление Государственного комитета обороны «О сборе и вывозе трофейного имущества и обеспечении его хранения».

К наиболее скрупулезной классификации и дифференциации ценностей приступили уже на оккупированной территории Германии и ее стран-сателлитов, но этот процесс так и не стал по-настоящему подконтрольным.

В 1948 году муж знаменитой певицы Людмилы Руслановой генерал-лейтенант Владимир Крюков был взят по «Трофейному делу», отсидел в лагерях, будучи осужденным по обвинению в злоупотреблениях, касающихся вывоза и присвоения трофеев с оккупированных территорий. По тем же обвинениям (и тогда же) взяли генерал-полковника Василия Гордова (Героя Светского Союза, командующего войсками Сталинградского фронта), генерал-лейтенантов Василия Терентьева, Константина Телегина, Леонида Минюка и Григория Кулика, а также (годом ранее) генерал-майоров Филиппа Рыбальченко, Алексея Сиднева, Григория Бежанова и Сергея Клепова. Кулика, Гордова и Рыбальченко в 1950 году расстреляли. Телегин, Крюков и Минюк отсидели различные сроки в ГУЛАГе. Историки утверждают, что «копали» в этом деле «под Жукова», но Маршала Победы в итоге «только» сняли с места Главкома сухопутных войск СССР.

«Наказал еврейский Бог»

Эту историю про забавное трофейное приобретение фронтового корреспондента Льва Никулина рассказал Сергей Довлатов в своем «Соло на ундервуде» (он Никулина, мягко сообщая, недолюбливал и называл «сталинским холуем»; брат не менее известного советского журналиста Михаила Кольцова художник Борис Ефимов, визави, считал Никулина «незаурядным литератором»). По Довлатову, Никулин «экспроприировал» в Германии чугунную, очень тяжелую печатную машинку «Ундервуд», немало претерпел, чтобы доставить ее в СССР. Дома, обратившись к механику, попросил заменить «латиницу» на буквы русского алфавита. Очутилось, что… машинка предназначена для печати на иврите  – печатает справа-налево (переделать такой «Ундервуд» невозможно; Никулин его зря тащил).

«Так наказал политработника еврейский Бог», резюмировал Довлатов (Никулин-Олькеницкий (натуральная фамилия) по национальности и происхождению был евреем).

Для возрождения собаководства

Руководитель Санкт-Петербургского питомника восточно-европейских овчарок «Верный друг» Дарья Соболева находит, что окончание Великой Отечественной войны способствовало возрождению советского служебного собаководства: общеизвестно, что сотни выдрессированных породистых собак погибли на полях сражений Другой Мировой – их, обвязанных гранатами, обучали бросаться под немецкие танки, четвероногие помощники санитаров вывозили раненых с передовой, тащили на фронтах другую, не менее опасную, службу.

Советские солдаты и офицеры, имевшие доступ к военным и полицейским питомникам, вывезли из поверженной гитлеровской Германии потенциальных производителей ценных пород овчарок. С точки зрения рациональности на тот момент эти трофеи не воображали материального интереса. Но по мнению кинологов, они в последующем во многом составили генофонд служебного собаководства СССР.

До сих пор среди собаководов на вести такие производители, вывезенные из Германии в качестве трофеев, как Альф фон Бухерпоркшлосс, Клаус фон Бистрих, Цидли фон Хаус-Доротея и другие. С послевоенным этапом, отмеченным массовым собачьим «пополнением» из Германии, специалисты связывают возрождение планового и систематического разведения овчарок в СССР. С поддержкой таких немецких четвероногих трофеев началось воссоздание поредевших в войну семей породистых собак и образование новых.

Бойцы возвращали … свое же, советское

Научный сотрудник Института российской истории РАН Елена Сенявская в комментарии одному из популярных отечественным печатных СМИ известила, что солдаты и младшие командиры РККА, имевшие весьма ограниченную возможность в отсылке домой посылок из оккупированных германских территорий (этим охотно и во массе пользовались тыловики и высокопоставленные офицеры командования частей и соединений РККА), часто слали на родину вещи с немецких строёв, имевшие советские клейма: «мы возвращаем обратно то, что намародерствовали, наворовали фашисты» – немецкую одежду, обувь они зачастую не хватали, потому что брезговали ею.

Часто столкнувшиеся с иной цивилизацией воины РККА забирали и отсылали домой трофеи, которые на их отечеству были просто не нужны. Известный советский военный корреспондент, поэт и киносценарист, автор легендарного, вдохновлявшего сотни тысяч фронтовиков, стихотворения «Жди меня» Константин Симонов в своей книжке «Разные дни войны» писал, что один солдат-узбек принес для отсылки ящик электрических лампочек, тогда как в его далеком ауле никогда не было электричества.

Журналист русской службы ВВС Артем Кречетников в своем материале приводит историю о советском полковнике, какой набил чемодан лаковыми полуботинками, развалившимися почти сразу после использования. Как позже выяснилось, советский офицер «позаимствовал» обувь «на морозную ногу» в германском магазине, торговавшем похоронными принадлежностями – он просто по незнанию языка не разобрал значение вывески.


Какие трофеи из Германии красноармейцы слали домой