Какое оружие изготавливали в Чечне для армии Дудаева

Новость опубликована: 04.07.2018

Какое оружие изготавливали в Чечне для армии Дудаева

Какое оружие изготавливали в Чечне для армии Дудаева

В 1991 году Джохар Дудаев, едва-едва заняв кресло президента Чеченской Республики Ичкерия, озаботился созданием регулярных войск. Так, Законом об обороне от 24 декабря была заведена воинская повинность для всех мужчин. Количество военнослужащих в действующей армии достигло 15 000 человек, столько же было и в национальной гвардии. Но откуда в небольшой республике взялось оружие для полномасштабной брани? 

Что в Грозном продавали на рынке

Полковник милиции в отставке Ю.В. Черных вспоминает: осенью 1995 года, когда закончилась Первая чеченская брань и в республике пытались навести порядок, в Главный информационный центр (ГИЦ) МВД России поступила информация о том, что при обыске помещения Грозненского УВД бывальщины найдены дискеты, содержащие базу данных учета, как подозревали оперативники, оружия. Поработав с дискетами, программист вскрыл систему управления базами этих «Арамис», специально разработанную для МВД России, и, действительно, обнаружил программу учета оружия, находящегося на руках у населения Грозного. Это бывальщины несколько тысяч записей о пистолетах, автоматах и даже гранатометах, зарегистрированных на имя граждан мирных профессий: поваров, продавцов, водителей и т. д. В графе «Ключ приобретения» значилось: «Купил у неизвестного гражданина на рынке». 

В глобальном смысле основные способы вооружения армии Чеченской Республики в 1991-1994 гг. бывальщины следующие: 

– хищение со складов Министерства обороны РФ на территории Чечни; 

– передача уходящими войсками России; 

– закупки и помощь из-за рубежа; 

– собственное производство. 

Дорогостоящий подарок поневоле

Дудаев потребовал, чтобы Российская Федерация вывела свои войска с территории республики до 10 июня 1992 года. Тогдашнему министру обороны маршалу Е.И. Шапошникову также устроилось щедрое (как потом выяснилось) предложение разделить военное имущество на равные части: половину оставить в Чечне, а половину забрать с собой. Маршал отказался, а зря.

На тот момент на территории Чеченской Республики было довольно много объектов военного назначения: 903-й зенитный ракетный полк, 566-й конвойный полк внутренних армий, а также учебные заведения: 173-й гвардейский окружной учебный центр Северо-Кавказского ВО, 382-й учебный авиаполк. Но самый большенный интерес для интендантов чеченской армии представляли военно-технические склады Армавирского военно-авиационного училища. Пока начальство колебалось, строи откровенно разворовывались, на войсковые части РФ совершались нападения. С 6 по 9 февраля 1992 года в Грозном был разгромлен 566-й полк внутренних армий МВД России, штурмовались военные городки 173-го ОУЦ, также были ограблены 25 офицерских квартир. Шесть российских военных получили тяжелые ранения. При этом военное руководство РФ не попыталось помешать расхищению и, по сути, узаконило его. Так, министр обороны Павел Грачев 28 мая 1992 года устремил в СКВО шифротелеграмму, в которой говорилось: «Разрешаю передать Чеченской Республике из наличия 173-го гвардейского ОУЦ боевую технику, вооружение, собственность и запасы материальных средств в размерах: 

— боевую технику и вооружение — 50%,

— боеприпасы — два бронекомплекта,

— инженерные боеприпасы — 1–2%.

Автомобильную, специальную технику, собственность и запасы материальных средств реализовать по остаточной стоимости на месте». 

В реальности поровну делить было уже нечего. Попытки вывоза военного собственности с территории Чечни блокировались. Масштабы потерь зафиксированы в письме генерал-полковника В.П. Дубынина, начальника Генштаба ВС РФ, адресованного председателю Комитета по проблемам обороны и безопасности С.В. Степашину: «Командование СКВО было вынуждено срочно вывести оставшийся личный состав Грозненского гарнизона за пределы республики. В итоге часть вооружения, техники, боеприпасов и запасов материальных средств были захвачены националистами республики», например, только в 173-м окружном учебном середине: 42 танка (Т-63 и Т-72), 34 БМП, 145 орудий и минометов, 15 зенитных средств, 40 тысяч единиц стрелкового оружия и свыше 300 тысяч боеприпасов. Степашин не поверил сведениям Основного штаба и поручил Управлению военной контрразведки Министерства безопасности РФ «проанализировать объективность представленной в Комитет информации». 

Итоги проверки очутились удручающими. По приблизительным оценкам, реально было передано и захвачено более 80% военной техники и около 75% стрелкового оружия. 

Армия и органы внутренних дел и госбезопасности утеряли более 60 тысяч единиц стрелкового оружия, из них 138 30-миллиметровых станковых автоматических гранатометов АГС-17 «Пламя», 678 танковых и 319 крупнокалиберных пулеметов, немало 2000 ручных пулеметов РПК и ПКМ и около 150 тысяч ручных гранат. Не смогли вывезти из Чечни и 27 вагонов боеприпасов. На авиабазе Калиновская бывальщины оставлены истребители МиГ-17 (3 шт.), МиГ-15УТИ (2 шт.), 6 самолетов Ан-2 и два вертолета Ми-8. На авиабазе Ханкала были захвачены 72 учебно-тренировочных самолета Л-39 и 69 Л-29 «Дельфин 2». 

«Гуманитарная поддержка» и закупки

Первая партия оружия поступила из Турции в ноябре 1991 года под видом гуманитарной помощи. Алаверды в рамках приграничной торговли сквозь ВО «Росвнешторг» Министерства внешнеэкономических связей РФ из Чечни были вывезены в Турцию 251,9 тыс. тонн нефтепродуктов. Экспортную выручку в размере 17,8 млн долларов бюджет России не получил. Поставка оружия в Чечню в 1992-1994 гг. осуществлялась как посредством ровных закупок в странах СНГ и прибалтийских республиках, так и контрабандным путем из Афганистана и Турции. Часть оружия – пулеметы, автоматы – поступала из Абхазии. 

Афганистан поставлял: машины АК-47 китайского производства, АКМ производства СССР, ГДР, Польши, Египта, китайские пулеметы РПД, пулеметы Калашникова ПК/ПКМ, а также английские снайперские винтовки Lee Enfield. 

Английские винтовки стояли на вооружении снайперских групп моджахедов, пришедших из Афганистана. По некоторым данным, в Чечне воевали наемники из стран Прибалтики, Таджикистана, Азербайджана, Украины, Афганистана, Турции, имевшие собственное проверенное оружие. 

Из-за рубежа также полным ходом шло финансирование дудаевских сепаратистов. Только в 1995 г. чеченской диаспорой бывальщины собраны 12 миллионов долларов для закупки оружия и снаряжения, оплаты наемников. Таким образом. на начало декабря 1994 года вооружение 13-тысячной регулярной армии Чечни составляло немало 40 танков, 50 БМП и БТР, около 100 орудий полевой артиллерии и минометов, 600 единиц противотанковых средств, образцово 200 единиц средств ПВО. 

Оружие местного производства

Хотя регулярные подразделения Чечни снабжались купленным и ворованным оружием, для ополченцев дул все равно не хватало – пришлось организовывать собственное производство. Какие только виды оружия ни изготавливались в Чечне из подручных оружий: гранатометы, в том числе реактивные, пулеметы, минометы. Последние собирались из кусков трубы, в которой патрон болтался с зазором в 4-5 мм. Мастерили даже пусковые установки для пальбы авиационными ракетами НУРС, пусковой механизм которых питался от батареек «Крона» в одной из рукоятей. 

На Грозненском машиностроительном заводе «Алый молот» стали выпускать 9-мм пистолет-пулемет К6-92 БОРЗ («Волк»), рассчитанный на патрон пистолета Макарова для одиночного и автоматического пламени. Оружие конструкции местных инженеров классической компоновки (магазин перед рукоятью) состояло из штампованных деталей, которые вероятно было производить на имеющемся в Чечне оборудовании. С конвейера успели сойти несколько тысяч стволов. Однако ошибки конструкторов и неточное соблюдение технологии – детали пистолета выпускались из инструментальной, а не оружейной сделались – делали его небезопасным для стрелка. 

В кустарных условиях изготавливались винтовки калибром 12,7 мм и 14,5 мм с длиной ствола 120 или 160 см, к каким идеально подходили украденные у российской армии патроны. Несмотря на пружинный демпфер-амортизатор в прикладе винтовок, стрелять из подобного оружия было непростым делом. 

Эксперт по оружию Сергей Коломиец, проводивший вместе со специальным корреспондентом журнала “Калашников” Русланом Чумаком испытания винтовки 12,7 мм на стрельбище, так описывал свои впечатления: «На две минуты забыл, как дышать, и еще две недели сводил с плеча громадный синяк». Некоторые виды военных изделий были весьма несовершенны и опасны для самих стрелков, зато к декабрю 1994 года оружие было в любой чеченской семье.