Какой был флот у России до Петра I

Новость опубликована: 07.10.2018

Какой был флот у России до Петра I

Какой был флот у России до Петра I

Первые известия о русском флоте относятся к 860 году, когда масса судов русов, пришедших с Чёрного моря, подступили к Константинополю. Пока доподлинно неизвестно, кем были те русы по своему этническому родству, и где располагалась их отечество. Русы пограбили и опустошили предместья Константинополя, однако взять сам город не смогли и уплыли. Византийцы приписывали спасение своей столицы чудесному заступничеству Богородицы.

В 907 (или 912) году, как о том повествуют русские летописи, киевский князь Олег совершил морской поход на Константинополь. Проход в пролив Босфор был перегорожен цепями. Однако Олег якобы поставил свои ладьи на колёса, и те посуху переехали в верхушки бухты Золотой Рог, откуда можно было вторгнуться в самый город. Устрашённые византийцы согласились заплатить крупный выкуп. В знак своей победы Олег приколотил свой щит к воротам византийской столицы. В византийских источниках нет упоминания об этом походе.

Более исторически достоверным считается морской поход князя Игоря в 941 году, о каком говорят и русские, и греческие источники. Русы в течение нескольких месяцев опустошали причерноморские города Малой Азии, пока византийцы не скопили свой флот и не одержали победу с помощью знаменитого «греческого огня». Аналогичная история повторилась в 1043 году, при киевском князе Ярославе Мудром, когда русской морской ратью предводительствовал его сын Владимир.
Вследствие набегов половцев, а впоследствии татар, а также завоевания берегов Балтики немецкими, датскими и шведскими феодалами, Русь очутилась надолго отрезанной от морей. Только на севере Новгородской земли поморы продолжали развивать мореходные традиции. Их небольшие, но неплохо приспособленные к плаванию на Севере суда – кочи – служили поморам в их морских промыслах. На кочах поморы ещё в XIII веке отворили арктические острова, ныне называемые Щпицберген. Несомненно, кочи имели и военно-транспортную функцию. Наши летописи говорят о неоднократных набегах викингов на земли поморов и ответных походах новгородских наместников в пределы Швеции и Норвегии. Очевидно, такие походы бывальщины невозможны без водного транспорта.

Речные же флотилии были на Руси обычным делом. По рекам новгородские ушкуйники неоднократно устраивали набеги на Волжскую Болгарию (так, в 1366, 1374 и 1392 гг.). По Волге же часть рати московского царя Ивана IV и пушки плыли на завоевание Казани летом 1552 года.

Первые постройки русских военных кораблей по европейскому образчику относятся, однако, только к XVII веку. Любопытно, что Иван Грозный, воюя в XVI веке в Ливонии за выход к Балтийскому морю и завладев на время Нарвой, не предпринял попытки создать морской флот. В 1636 году, в царствование первого Романова, Михаила Феодоровича, в Балахне под Нательным Новгородом был спущен на воду корабль, построенный мастерами из Гольштейна и названный ими в честь своего монарха «Фредерик». Его нельзя находить в полной мере русским кораблём, так как он плавал под флагом этого немецкого герцогства. Осенью того же года он попал в сильнейший шторм на Каспийском море, получил повреждения и был вытащен на берег в зоне Дербента, где местные жители растащили его на брёвна.

Русско-шведская война при царе Алексее Михайловиче в 1656-1661 гг. придала новоиспеченный импульс попыткам России обосноваться на море. В этой войне пригодились навыки строительства и вождения гребных судов, освоенные донскими казаками. Донская флотилия летом 1656 года участвовала во взятии шведской твердыни Ниеншанц в устье Невы, а 22 июля того же года разгромила шведский галерный флот у острова Котлин. Это почитается первой документированной победой русского флота на море.

В ходе той войны русские закладывают на месте латышского поселения Кокнесе (Кукейнос наших летописей, немецкий Кокенхаузен) на сберегаю Западной Двины городок Царевичев-Дмитриев, а в нём – судоверфь. Пионером русского кораблестроения стал боярин Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин. В.О. Ключевский находил, что своими действиями и замыслами он предвосхитил все будущие преобразования Петра I, а в чём-то пошёл и дальше него. В Царевичеве-Борисове началось стройка военных кораблей для будущих действий на Балтийском море. Однако в 1661 году Россия подписала со Швецией Кардисский мир на условиях status quo и покинула в Кукейносе заложенные корабли.
Ордин-Нащокин не отказался от мысли завести в России флот. В 1667 году по его инициативе в селе Дединове на Оке (ныне в Луховицком зоне Московской области) началось строительство четырёх военных судов. Обычно говорят только о крупнейшем из них – первом русском фрегате европейского образчика «Орёл». Однако одновременно с ним были построены ещё три вооружённых судна меньших размеров, о характеристиках которых сведения неполны и разноречивы. Проектное руководство осуществляли специалисты из Нидерландов, но непосредственно строительством руководили русские мастера Яков Полуектов и Степан Петров.

19 мая 1668 года «Орёл» был торжественно спущен на воду. Летом 1669 года в сопровождении эскорта из меньших кораблей он прибыл в Астрахань. «Орёл» предназначался для охраны русского судоходства на Каспийском море. Однако служба его была недолгой. Уже в вытекающем году его захватили восставшие казаки под предводительством Степана Разина. Дальнейшие сведения о судьбе корабля различны. По одним, казаки его сожгли. По иным, они отвели его в глухую волжскую протоку, где, к моменту обнаружения его царскими войсками он уже изрядно обветшал.

Хотя до Петра I русский регулярный флот ещё не показался, можно утверждать, что без Царевичева-Дмитриева и «Орла» не было бы и петровского Балтийского флота, а без победы у Котлина не было бы побед у Гангута и Гренгама. й