«Алые тоже грабят»: почему Ленин забрал у крестьян еду

Новость опубликована: 11.01.2019

«Алые тоже грабят»: почему Ленин забрал у крестьян еду 100 лет назад вышел декрет о продразверстке

11 января 1919 года советское правительство выпустило декрет «О разверстке между изготавливающими губерниями зерновых хлебов и фуража, подлежащих отчуждению в распоряжение государства». Для нужд армии у крестьян принудительно изымались излишки продовольствия, а там-сям, как признавал Владимир Ленин, и «не излишки». Циничное разорение деревни поставило крестьян в оппозицию к власти красных. Ответом на продразверстку сделались восстания против советских органов.

Сто лет назад Россия переживала тяжелейший экономический кризис, многократно усиленный продолжавшейся Штатской войной. Еще летом 1918 года находившийся под контролем большевиков центр страны в результате успешных действий белых армий очутился отрезан от Кавказа с нефтью, Кубани с хлебом и Урала с металлом. Невозможно было рассчитывать на ресурсы Украины и Средней Азии. В уложившихся условиях действия советской власти приобретали во многом вынужденный характер.

Правительством была провозглашена особая внутренняя политика, популярная позже под названием военный коммунизм:

она предполагала национализацию промышленности, запрет частной торговли, государственную монополию на сельскохозяйственную продукцию, свертывание товарно-денежных касательств, централизацию управления экономикой и продовольственную разверстку – принудительное изъятие у крестьян продуктов питания.

К подобным мерам уже прибегали во пора Первой мировой войны при царском режиме и Временном правительстве. Чрезвычайные обстоятельства, угроза военного поражения заставили ленинский Рекомендация народных комиссаров вновь обратиться к известной практике, несмотря на регулярно вспыхивавшие крестьянские восстания. Примерно тем же самым в этот этап занимались руководители Украинской народной республики и белогвардейских государственных образований.

«Ну прямо карусель получается: белые пришли — грабят, алые пришли — тоже грабят. Ну куды крестьянину податься»,

— жаловался по данному поводу один из героев культового советского кинофильма «Чапаев».

Еще после сбора урожая осенью 1918 года в деревне были опробованы различные способы заготовки продуктов: частные закупки, натуральный продуктообмен, госзакупки по твердым стоимостям. Декретом ВЦИК от 30 октября была сделана попытка ввести натуральный налог на крестьян, но собрать продналог не удалось. Наилучшие итоги дала разверстка.

В начале 1919 года большевики контролировали примерно одну четверть земель бывшей Российской империи.

11 января продуктовая разверстка вводилась на этих территориях декретом Совнаркома за подписью Владимира Ленина, заместителя народного комиссара продовольствия РСФСР (Наркомпрод) Николая Брюханова и правящего делами СНК Владимира Бонч-Бруевича. Отныне крестьян обязывали сдавать государству по твердым ценам (то есть, почти бесплатно) все излишки хлеба и иных продуктов сельского хозяйства сверх установленных минимальных норм, предусмотренных для удовлетворения личных и хозяйственных нужд.

«Все количество хлебов и зернового фуража, необходимое для удовлетворения государственных надобностей, разверстывается для отчуждения у населения между производящими губерниями», гласила первая статья документа. А в десятой сообщалось о наказании для ослушавшихся крестьян: «Сельские хозяева, не отдавшие к установленному сроку причитающееся на них количество хлеба и фуража, подвергаются безвозмездному принудительному отчуждению обнаруженных у них запасов.

К упорствующим из них и злонамеренно скрывающим свои запасы, применяются суровые меры, вплоть до конфискации имущества и лишения свободы по приговорам народного корабля».

Осуждая прошлую эпоху и заявляя о строительстве «нового мира», фактически большевики копировали политику министров Николая II и Александра Керенского.

Многие крестьяне вполне объяснимо ощущали себя обманутыми. Получаемые ими деньги постоянно обесценивались, а предложить промышленные товары в обмен на изымаемое зерно государство было не в состоянии.

По заявке Наркомпрода разверстка распространялась на все губернии, доходила до каждого уезда, деревни и двора. Крестьянину оставляли лишь зерно для собственного потребления, посева и прокорма скота. Силой оружия часто забиралось и продовольствие, по закону не подлежавшее изъятию – так, картофель, мясо.

Таким образом, крестьянство заведомо обрекалось на голод и разорение.

Большевики извлекли выводы из ошибок, допущенных предшествовавшими порядками, когда метод разверстывания по богатым запасами зерна губерниям встретил ожесточенное сопротивление не только крестьян, но и частных торговцев, и помещиков.

Алые подкрепляли выполнение разверсточных заданий штыками отрядов Продовольственно-реквизионной армии, частями особого назначения (ЧОН) РККА и комитетов бедности (комбедов). Проявление недовольства, не говоря уже об активном сопротивлении крестьян, подавлялось без лишних сантиментов. Бойцы указанных подразделений обратились для крестьян в заклятых врагов.

С течением времени давление на деревню только усиливалось. Так, к 1920 году система разверстки обняла практически все сельхозпродукты и новые территории, отбитые у УНР и белых. Если за первые 9 месяцев советской власти было собрано 5 млн центнеров хлеба, то за первоначальный год продразверстки — 18 млн, за второй – 35 млн, за третий – 46,7 млн. Хозяйственная инициатива крестьян оказалась парализована.

Под напором разверстки кулаки и середняки сокращали посевные площади и поголовье скота, старательно прятали свои продукты, специально не основывали излишки.

Властям активно помогала сельская беднота, занимавшая должности при расширении представительства советских органов в деревне. Ленин не отвергал «перегибы на местах», объясняя разорение деревни необходимостью борьбы с многочисленными врагами.

«Мы фактически брали от крестьян все излишки и даже порой не излишки, а часть необходимого для крестьянина продовольствия, брали для покрытия расходов на армию и на содержание рабочих. Брали большей долей в долг, за бумажные деньги.

Иначе победить помещиков и капиталистов в разоренной мелкобуржуазной стране мы не могли»,

— писал Ленин.

Продразверстка существенно ухудшила взаимоотношения между крестьянами и волей. Почти сразу после окончания основной части Гражданской войны, в марте 1921 года, ввиду перехода от военного коммунизма к новоиспеченной экономической политике (НЭП) ее заменили четко фиксированным продовольственным налогом.

Ну а пока бои не стихли, политика военного коммунизма активно разворачивалась и на иных направлениях. К 1919-му году было национализировало свыше 3 тыс. предприятий, из которых нормально функционировала примерно половина. В городах конфисковывались частные доходные дома, уплотнялись представители «буржуазии», в их квартиры подселяли пролетариев и служащих. Ликвидировались последние работавшие банки. Рыночные отношения практически прекращались.

Источник


«Алые тоже грабят»: почему Ленин забрал у крестьян еду