Крестовый поход бедности

Новость опубликована: 22.02.2019

В 1095 году папа Урбан II на Клермонском соборе призвал во что бы то ни сделалось отвоевать Святую землю у неверных. Причем покарать огнем и мечом требовалось не только мусульман, но и представителей других вер. После этого призыва хрупкое равновесие в Европе сломалось. Людей охватил настоящий религиозный психоз. И его активно поддерживали своими проповедями и священнослужители на пунктах. Первыми под удар попали евреи. Толпы разношерстной бедноты объединилась в шайки и начали свою «священную войну», какую принято называть Крестьянским крестовым походом. А во главе озлобленной массы встал Петр Пустынник, монах-отшельник.

Крестовый поход бедности

Массовая истерия

Папа римский Урбан II не ожидал подобный прыти от рабов божьих. Он рассчитывал, что оголтелая толпа официально отправится в Первый крестовый поход в праздник Успения Богородицы, что пятнадцатого августа, но бедность так сильно рвалась отвоевывать Святую землю, что взяла курс на Иерусалим гораздо раньше намеченного срока. Армию составляли в основном крестьяне и обедневшие рыцари, какие в походе видели единственную возможность поправить свое бедственное положение, ну или умереть за веру, тут уж как кому повезет.

Надо произнести, что до призыва к походу Европу на протяжении нескольких лет сильно «штормило». За короткий временной отрезок людям пришлось вытерпеть и засуху, и голодание, и чуму. Эти события давили на умы народа, заставляя выживших думать о скорой неминуемой смерти. А в 1095 году произошло еще несколько необычных природных явлений, таких как месячное затмение и метеоритный дождь. Их священнослужители быстро обратили себе на пользу, заявив, что это – Божье благословение для похода против неверных. И измученный, утомившийся и испуганный народ поверил. Точно неизвестно, что всего людей приняло участие в Крестьянском походе. По мнению исследователей, их численность колыхалась от ста до трехсот тысяч. Причем армию составили не только мужчины, но женщины с детьми.

Естественно, у войска должен был появиться лидер. И подобный нашелся в лице монаха-отшельника Петра Амьенского, которого прозвали Пустынником. Ради усиления эффекта он нарядился в белые платья, оседлал коня и путешествовал по Северной Франции и Фландрии, всеми силами пропагандируя крестовый поход. Петр отличался умением возглавлять и заводить толпу, его речи слушали, открыв рты. И поэтому немудрено, что именно Пустынника крестьяне стали воспринимать не просто как лидера, а как полноценного Божьего пророка. Сам Петр деятельно поддерживал эту легенду, рассказывая всем и каждому о том, что на путь проповеди его отправил лично Христос. Так постепенно вокруг Пустынника основы собираться разношерстная толпа, где главной силой стали дикие, неграмотные и нищие люди, которые в походе на Иерусалим видали только возможность обогатиться. Были среди них и по-настоящему религиозные паломники, но их численность значительно уступала отбросам общества. Но Петр, разумеется, не обращал внимания. Главное – количество, а не качество.

О самом Петре, надо сказать, информации не так много. Известно, что он появился на свет в Амьене образцово в 1050 году. Сначала служил в армии, потом ударился в религию. Общаясь со священнослужителями Петр загорелся идеей выдворения магометан и остальных иноверцев со Святой земли. Поэтому призыв Урбана II стал для него настоящим «звездным часом». И хотя официально во главе похода стоял собственно папа римский, на деле же его лидером стал именно тщедушный и жалкий на вид Петр. Народ не обращал внимания на его внешность, люд видели в нем могучую внутреннюю силу. Современники Пустынника говорили, что ум у него был «быстрым и проницательным, говорил приятно и свободно». Уместно, есть версия, что именно Пустынник стал чуть ли не идейным вдохновителем крестового похода. Во время своих странствий он добрался до Палестины, где увидал, что местные христиане находятся в ужасном положении. Им срочно требовалась помощь. И Петр добился встречи с иерусалимским патриархом Симоном. Тот, выслушав монаха-отшельника, лишь пожал раменами и посоветовал обратиться к «владыке-папе и римской церкви, королям и князьям Запада». Пустынник не отступил и вскоре уже был в Риме на приеме у папы Урбана II. Тот выслушал Петра и пообещал всяческое содействие. Так, собственно, и был оглашён крестовый поход.

Крестовый поход бедности

Петр Амьенский

Появился у Петра и главный помощник. Им стал французский рыцарь Вальтер, по уши погрязший в нищете. И потому он получил говорящее прозвище «Голяк». Он командовал армией, закрывая глаза на выходки своих «подопечных». Дело в том, что войско Божье, отправившееся в Святую землю, шло, так произнести, налегке. Точнее, бедняки просто не в состоянии были взять с собой ни припасов, ни обоза. «Забыли» они и взять с собой дисциплину. Гурьба, словно лавина голодных крыс, шла на Восток, уничтожая и сметая все на своем пути. Они грабили деревни, убивали ради собственной выгоды и не подчинялись распоряжениям. Причем страдали от их действий не только иноверцы, но и сами христиане, которые отказывались проспонсировать крестовый поход.

Среди историков кушать одна любопытная версия, касавшаяся организации Крестьянского крестового похода. Некоторые считают, что тысячи бедняков были специально посланы на Восток на верную смерть. Таким образом, верхушка римско-католической церкви, прикрывшись благим поводом, избавилась от «лишних уст», которых было слишком много в Европе.

Европа в крови

Но путь до Иерусалима был не близким, солдатам Божьим для начала требовалось минуть по самой Европе. Едва армия оформилась, как начались погромы и убийства. Страдали в основном евреи, которых папа Урбан II без малейшей сочувствия бросил на растерзание нищим крестоносцам. Разногласия между христианами и иудеями начались еще до официального призыва папы. Известно, что летом 1095 года кровавые столкновения произошли в еврейских общинах Франции. Но тогда кое-как священнослужителям удалось создать иллюзию мирного существования. Но в 1096 году слова Урбана сделали евреев беззащитными. Храм, запустив маховик религиозной истерии, уже никак не могла повлиять на поведение христиан. Священнослужителям оставалось просто наблюдать за погромами и смертоубийствами.

Слова Урбана народ воспринял буквально. Для христиан евреи стали такими же врагами, как и мусульмане. Им припомнили неприятие «верной» церкви, а также распятие Христа. Особенно рьяно взялись за искоренение иудеев во Франции и Германии. В этих странах всяческую поддержку простолюдинам в «священной брани» оказывали и влиятельные люди. Например, французский герцог Готфрид Бульонский заявил: «пойти в этот поход только после отмщения крови распятого пролитием крови еврейской, целым искоренением тех, кто называются евреями, таким образом смягчив гнев Божий». А вот что писал хронист Сигеберт из Жамблу: «Пока евреи не крестятся, не сможет грянуть война во славу Господа. Тех, кто откажется, нужно лишить своих прав, убивать и изгонять из городов».

На какое-то время христиане и вовсе позабыли о Святой земле, Иерусалиме и гробе Господнем. Зачем отправляться за тридевять земель, если и здесь, можно сказать, на соседней улице существуют враги? Вот что об этих событиях писал еврейский хронист Самсон: «…проходя через места, где жили евреи, произнесли один другому: вот мы идем в дальний путь искать дом позора и мстить исмаильтянам, а вот евреи, живущие среди нас, отцы каких убили его и распяли его ни за что. Отомстим-ка им сначала, и истребим их из народов, и не будет помянуто больше имя Израиля, или будут как мы и признают сына злоумышления».

Но не лишь местью за Христа руководствовались новоявленные крестоносцы. Хотя это и скрывалось, но главной причиной истерии по поводу евреев стали их обеспеченности. Христиане прекрасно знали, что еврейские общины живут очень хорошо, денег у них было много. Преуспеяние иноверцев было потребовано первоначальным отношением властей. Евреям позволили жить обособлено и заниматься весьма выгодным делом – ростовщичеством. А вот для католиков эта, произнесём так, «золотая жила», находилась под запретом. Припомнили христиане евреем и это, завернув жажду наживы в обертку классовой ненависти. Собственно нападение на иудеев стало для бедняков самым простым, быстрым и безопасным способом разбогатеть. Одних просто грабили, иных брали в заложники и требовали баснословных выкупов. Велика была еще и доля тех крестоносцев, которые сами влезали в долги, и потому они без малейшего сожаления расправлялись со вчерашними кредиторами. В общем, борьба с иноверцами шла полным ходом. Как в старой циничной шутке: банк пылает, ипотека тушится.

Правда, не все европейские лидеры поддерживали призыв папы римского расправляться со всеми иноверцами. Например, император Генрих IV велел своим священнослужителям и герцогам оказать максимальную поддержку еврейским общинам. Под это распоряжение угодил и выше упомянутый Готфрид Бульонский. Но сдержать многотысячную толпу христианских бедняков было практически невозможно. Они не слушали даже своего лидера – Петра Амьенского. А ведь он, надо произнести, не вел антиеврейский пропаганды и считал, что иудеи должны поучаствовать в крестовом походе финансово. Они были не против, но деньги не помогали. Навыворот, чем больше новоявленным воинам Христа платили, тем сильнее росли их аппетиты. Не помогли и епископы, которые получали от евреев денежки за защиту.

Первыми пострадали общины в Руане и Кельне, то есть, в городах, в которых и стартовал Крестьянский крестовый поход. Затем вал добралась до Майнца. Христиане не ограничивались грабежами, они старались именно убивать всех иноверцев. Понимая, что на спасение нет даже малейшего шанса, многие евреи свершили массовое самоубийство. Не оставили в живых они даже маленьких детей, поскольку знали, что крестоносцы расправятся с ними максимально бессердечно. Та же кровавая история произошла в Мозеле, Трире, Шпайере и Вормсе.

Известно, что воины Христа добрались до Вормса в середине мая. И поначалу они усердствовали сдерживать свою агрессию. Но затем прошел слух, будто евреи убили христианина, а его труп использовали для того, чтобы отравить воду в колодцах. Этого очутилось достаточно, ведь крестоносцам для расправы нужен был лишь повод, истина никого не интересовала. Епископ, который регулярно получал от евреев плату, попытался спрятать их в одной из твердынь. Но толпа узнала об этом и начала осаду. Епископ старался изменить ситуацию, но у него ничего не получилось. Еврейская община была почти целиком уничтожена. Известно, что в резне погибло порядка восьмисот человек. Одних убили европейцы, другие покончили с собой, поскольку был поставлены перед выбором «крещение или кончина».

В Майнц прибыла десятитысячное войско крестоносцев. Местный епископ Рутхард спрятал более тысячи евреев в своем замке. Но здешний граф Эмихо Лейнинген заявил о том, что у него было видение. Мол, от всевышнего он получил приказ покрестить евреев или же убить их. Гурьба с восторгом восприняла речь Лейнингена, особенно ее заключительную часть. Интересно вот еще что: далеко не все высшие чины и простые жители Майнца бывальщины в восторге от уничтожения иноверцев. Не поддавшись всеобщей истерии, они встали на защиту замка епископа. Но силы были не равны. В крышке концов, воины Христа ворвались внутрь и устроили резню. Почти все евреи, которых укрыл у себя Рутхард бывальщины убиты. Некоторым, правда, все же тогда удалось сбежать. Но их поймали и казнили спустя всего лишь несколько дней. Еврейский историк и астроном строчил: «в тот год волна погромов и преследований прокатилась по всей Германии, Франции, Италии, Испании, Англии, Венгрии и Богемии. Эти преследования бывальщины беспрецедентны по своей жестокости».

Крестовый поход бедности

Петр Пустынник указывает крестоносцам путь в Иерусалим. Французская миниатюра (около 1270 г.)

Оставляя за собой кровоточащий след, крестоносцы все же сумели добраться до Венгрии. Первыми были солдаты, которыми командовал Вальтер Голяк. Король Кальман I Книгочей был осведомлен о приближающемся войске обезумевшей от жадности, алчности и злости толпы. И поэтому стянул к границе свои войска. Затем последовала встреча Вальтера с венгерским королем. Кальман согласился проглядеть воинов Божьих по своим землям и даже пообещал оказать им финансовую поддержку, но выдвинул условие – строжайшего соблюдения распорядка и дисциплины. Голяк, конечно, согласился, хотя прекрасно понимал, что он не в состоянии справиться со своими солдатами. Кстати, среди них был и упомянутый рослее Эмихо Лейнинген. Он, наплевав на приказ Вальтера, начал вести свою, скажем так, «внешнюю политику». А именно: его солдаты взялись разграблять деревни и убивать людей. На защиту своей земли встал чешский князь Бржетислав II. Он сумел разгромить отряд Лейнингена и известил об этом королю Венгрии. Параллельно еще несколько отрядов крестоносцев начали грабить и убивать. Реакция Кальмана была жесткой и бессердечной. Его солдаты нанесли воинам Христа болезненное поражение. И поэтому оставшуюся часть пути они прошли тихо и спокойно. И к Константинополю Вальтер привел лишь несколько сотен голодных, злобных и уставших людей, которые напоминали разбойников, нежели воинов Божьих.

Затем к Венгрии подошли крестоносцы под предводительством Петра Амьенского. Они ведали о том, что случилось с их предшественниками, поэтому вели себя дружелюбно, в силу своих возможностей, конечно.

Святая земля

Так или иначе, но осенью 1096 года под Константинополем скопилась внушительная по численности армия – порядка ста восьмидесяти тысяч человек. Но об их боевых качествах говорить не приходилось. Император Византии Алексей Комнин увидал орды злых и измученных людей, которые были готовы пойти на любое преступление ради наживы. Естественно, оно воображало для Византии серьезную угрозу. Комнин думал, что папа римский направил к нему для войны с неверными профессиональных солдат, а вместо этого пришагали оборванцы. Было понятно, что европейцы ничего не смогут противопоставить воинам-мусульманам. Поэтому появление войска Петра и Вальтера воспринял как издевка и личное оскорбление.

У стен Константинополя крестоносцы пробыли несколько недель. За это время они совершили несколько набегов на близлежащие деревушки и даже на сам город. А грабили бойцы не только купеческие лавки, но и церкви, хотя византийцы всячески старались задобрить европейских «партнеров». И Алексею Комнину это наскучило. Византийский флот переправил крестоносцев через Босфор и высадил на противоположном берегу. Войско встало лагерем возле Цивитота. Но даже тут Петру не удалось объединить разрозненные шайки в одну армию. Вскоре отряды начали уходить, скажем так, в свободное плавание. Они разбредались по землям, относящимся мусульманам, думая, что с ними справиться будет также просто, как и с евреями. Никто из них и не подозревал, с каким сильным противником ожидала встреча. А нищий рыцарь Рено де Брей, вставший во главе многочисленной шайки, и вовсе решил взять быка за рога и завладеть Никею – столицу сельджуков. По пути де Брей даже сумел захватить крепость, что лишь усилило в нем веру в безоговорочную победу. Истина, он не придал значение тому, что ее охранял малочисленный и слабый гарнизон.

Султан Кылыч-Арслан I не хотел тратить время на оборванцев, потому решил разделаться с ними одним ударом. Сначала он уничтожил отряд де Брея, затем при помощи шпионов распустил весть о том, что Никею взяли франки. Крестоносцы отреагировали именно так, как и было нужно султану. Они отправились в город. И двадцать первого октября 1096 года бойцы Божьи угодили в засаду на Никейской дороге. Битвы как таковой не произошло, сельджуки просто разгромили европейцев. Несколько десятков тысяч крестоносцев погибло, многие угоди в плен. Сложил голову в том сражении и Вальтер Голяк. Вот так бесславно закончился Крестьянский крестовый поход.

Крестовый поход бедности

Петр Пустынник у византийского императора Алексея Комнина

Увлекательно вот что: в том сражении Петр Амьенский участия не принимал. Как только крестоносцы окопались в Цивитоте, он поспешил убраться оттуда, поскольку соображал, что его солдаты – не жильцы на этом свете. Пустынник примкнул к армии Готфрида Бульонского и в 1098 году попал в плен. Истина, вскоре сумел освободиться и вернуться на родину. В Пикардии Пустынник основал августинский монастырь и являлся его настоятелем до самой кончины. А не стало его в 1115 году.

Источник

Материал полезен?

Крестовый поход бедности