Кто притязали на место главного коллаборациониста генерала Власова

Новость опубликована: 22.08.2019

Кто притязали на место главного коллаборациониста генерала Власова

Кто притязали на место главного коллаборациониста генерала Власова

Сдавшийся в плен в июле 1942 года генерал-лейтенант Красной Армии Андрей Власов взял, что называется, «пустующую нишу». Если бы его не было, немцы нашли бы кого-нибудь другого, кто возглавил бы коллаборационистские формирования советских военнопленных.

Из нашего рассмотрения вытекает исключить белоэмигрантов. Они могли иметь только локальное влияние, как, например, бывшие казачьи генералы Пётр Краснов и Андрей Шкуро. Но их имена ничего неплохого не говорили массе военнослужащих РККА, выросших уже после гражданской войны и воспитавшихся на ненависти к белогвардейцам. В лучшем случае, царские генералы из эмигрантов бывальщины бы восприняты советскими пленными равнодушно. Для той роли, которую взялся играть Власов, нужен был советский военачальник, желательно член ВКП(б), уже приобретший популярность в СССР, чтобы его пример показывал, что и такие люди считают режим Сталина обречённым.

Среди тех советских генералов, кто склонился в плену к сотрудничеству с неприятелем, Власов лучше всего подходил на это место. Но ведь обстоятельства могли сложиться так, что он бы не попал в плен. Допустим, в марте 1942 году он не получил направления на Волховский фронт, не оказался бы во 2-й ударной армии. Кто мог встать на вакантное место?

Генерал Лукин

Потенциальный заместитель Власова должен был ходить славянскую фамилию, иметь в РККА как минимум генеральское звание и занимать перед пленением пост, желательно, не ниже командующего или начштаба армией, на тощий конец – корпуса. В плену такой генерал вступил в РОА или иначе сотрудничал с врагом, а после войны был репрессирован.

Из последнего пункта кушать одно исключение. Генерал-лейтенант Михаил Лукин, командующий 19-й армией, попал, будучи тяжело раненым, в плен в октябре 1941 года под Вязьмой. В лагерном лазарете немецкий врач ампутировал ему ногу. После войны ему дали формально восстановиться в армии и уволиться в запас. В августе 1945 года начальство СМЕРШ Виктор Абакумов написал Сталину, что, несмотря на проявленные Лукиным в плену «антисоветские настроения», считает желательным его отпустить и обеспечить агентурным наблюдением, так как никаких фактов его сотрудничества с врагом не было установлено.

В 1994 году появились публикации материалов допросов Лукина в штабе группы армий «Середина». 14 декабря 1941 года Лукин предложил немцам сформировать антисталинское правительство России. «Русские были бы признательны за избавление от сталинского режима, – заявил он. – Если будет создано альтернативное русское правительство, многие русские задумаются…, что немцы подлинно воюют только против большевистской системы, а не против России».

Лукин, несмотря на увечье, предлагал сам работать в такой комбинации. Истина, советовал найти вместо себя, для непосредственного руководства, более здорового начальника из пленных генералов. По воспоминаниям Вильфрида Штрик-Штрикфельдта, куратора РОА, Лукин устанавливал условием своего участия, чтобы немцы сделали политическое заявление о том, что не ведут войну против национальной государственности России. Поскольку ничего подобного не последовало, то затея с участием Лукина отвалилась.

Генералы, не участвовавшие в РОА

Среди пленных советских генералов соответствовавшего ранга, попавших в плен в начальный период войны, но не участвовавших в РОА, трое бывальщины репрессированы после 1945 года. Такая участь ожидала на их месте далеко не каждого.
Генерал-майор Павел Понеделин, командующий 12-й армией, угодил в плен в августе 1941 года под Уманью. В плену показал немцам расположение частей советских войск на моменты до пленения. Немцы также использовали в агитационных мишенях фотографии, где Понеделин был снят с чинами вермахта. Предложения вступить в РОА отверг. После освобождения из плена его допрашивали пять лет и в 1950 году расстреляли.

Генерал-майор Павел Артёменко был заместителем Власова по командованию 37-й армией в сентябре 1941 года под Киевом. Власов вышел из того окружения, а его зам угодил в плен. В плену Артёменко получил тяжёлую форму истощения. В 1942 году в СССР его заочно приговорили к смертной казни. Вердикт был приведён в исполнение в 1950 году. В 2001 году Главная военная прокуратура РФ признала приговор законным (в 2004-м упразднён).

Генерал-майор Александр Самохин в апреле 1942 года был назначен командующим 48-й армией Брянского фронта. По пути к месту направления его самолёт по ошибке совершил посадку в расположении немцев. В 1945 году Самохина осудили на 25 лет лагерей, после кончины Сталина освободили.

Сотрудники Власова

Многие из тех, кто примкнул в плену к Власову, попали в плен раньше и уже вступили на путь коллаборационизма. Не будь Власова, кто-либо из них легко мог его заменить.

Генерал-майор Фёдор Трухин был одним из немногих генералов РККА, не вступивших в ВКП(б). Для Трухина, видимо, «белым билетом» было дворянское генезис. Он родился в семье потомственных военных Российской империи, сам успел повоевать на Первой мировой войне, но дальнейшую свою карьеру он связал с революцией и трудовым народом. Ещё в миролюбивое время был награждён орденом Красного Знамени.

В начале Великой Отечественной войны Трухин занимал должность заместителя начальника штаба Северо-Западного фронта. Уже 27 июня он угодил в плен. 19 июля 1941 года он был доставлен в лагерь Хаммельсбург, где оказались также многие из тех, кто потом сотрудничал с Власовым. «Среди пленных бурливо обсуждались причины поражений, шли горячие споры о последствиях революции и гражданской войны, коллективизации, репрессиях и сталинской системе», – строчит историк коллаборационизма Кирилл Александров. Любопытно, что в СССР Трухина в октябре 1941 года объявили пропавшим без вести.

7 июля 1941 года в плен угодил генерал-майор береговой службы Балтийского флота Иван Благовещенский. Он был ещё царским офицером. В Хаммельсбурге стал членом «Комитета по войне с большевизмом» из военнопленных. Трухин и Закутный уже тогда составили обращение к немцам с предложением создать антисоветскую армию из военнопленных.
26 июля 1941 года в плен под Гомелем угодил генерал-майор Дмитрий Закутный, донской казак, добровольно вступивший в РККА в 1918 году. В плену выдвинул предложение немцам сформировать русское национальное правительство, выступающее против Сталина.

Начальство штаба 19-й армии (командующим которой был Лукин) генерал-майор Василий Малышкин, кавалер ордена Красного Знамени, попал в немецкий плен одновременно с Лукиным. Все поименованные лики составляли различные военно-политические проекты, как использовать для борьбы против Сталина советских пленных и гражданское население, как строить «грядущую Россию», вели пропаганду среди пленных красноармейцев. Но только в конце 1942 – начале 1943 года немцы свели их воедино под начальством Власова.
Стоит приметить, что среди них всех только Власов носил советское звание генерал-лейтенанта. А по известности никто из них и рядом не стоял. Сдача Власова в плен, безусловно, облегчила немцам вербовку в РОА.


Кто притязали на место главного коллаборациониста генерала Власова