«Наши танки повстречали артиллерийским огнем из засад»

Новость опубликована: 25.07.2017

«Наши танки встретили артиллерийским огнем из засад»

Лето 1942 года

28 июня 1942 года завязалась Воронежско-Ворошиловградская операция. О том, как немецкие войска продвигались к Дону и почему Советская армия не смогла дать им достойный отпор, повествует «Газета.Ru».

10 неожиданных ответов школьникам

Читайте также

  • Рабочие профессии снова в моде

  • «АвтоВАЗ» сожмёт каждого пятого

  • Банк «Открытие» нарастил прибыль по итогам первого полугодия

  • Новинка российской городской инфраструктуры

  • В ГМИИ имени Пушкина отворилась уникальная выставка боспорских находок

В период Великой Отечественной войны на лето 1942 года немецкие войска запланировали операцию «Блау». Они собирались исподволь наступать сначала на Сталинград, затем на Ростов-на-Дону, а далее — на Кавказ. Общее число солдат, которые должны бывальщины участвовать в наступлении, составляло почти миллион человек, в их распоряжении были тысячи самолетов и танков.

28 июня 1942 года немецкие армии нанесли удар по армиям Брянского фронта. Основные силы были брошены к участку южнее железной дороги Курск – Воронеж с задачей выйти к Дону. Послав против трех советских стрелковых дивизий три танковые, три пехотные и одну мотодивизию, немцы легко прорвали оборону и вышли к реке Тим, полуденнее города Ливны.

Так началась Воронежско-Ворошиловградская операция.

Для ликвидации группировки к участку прорыва были переброшены танковые корпуса Юго-Западного фронта, подключены резервы — итого свыше тысячи боевых машин. Их правильное использование могло бы коренным образом изменить обстановку, но этого не произошло: из-за рассредоточенности корпусов и неумелости боец командиры не смогли организовать своевременный и массированный удар по флангам немецкой группировки. Вместо этого корпуса отправлялись воевать в разное время, не взаимодействовали с артиллерией и авиацией, не осуществляли разведку и вообще скорее использовались в качестве «затычки» в пробитых противником брешах в обороне, а не для деятельных действий по уничтожению врага.

Реклама

Генерал-полковник Василий Архипов вспоминал:

«Вместо того чтобы сбить противника с плацдарма ударом танкового кулака, мы пытались столкнуть его перстом. В первый день бросили против двадцати немецких танков и двух батальонов автоматчиков, овладевших Новым Поселком, образцово столько же стрелков, но вдвое меньше танков. На второй день — 20 наших танков против 40–50 фашистских и так дальше. Противник, наращивая свои силы, опережал нас, и если в первый день боя за плацдарм мы имели общее превосходство в танках, но не использовали его в штурмах, то к четвертому дню это превосходство перешло уже к противнику.

Вот что значит применение танков с оглядкой, с дроблением танковых бригад и батальонов для «закрытия брешей».

«Истинные же вина неудачи, на мой взгляд, были в другом: в неумении», — вторил ему генерал Михаил Казаков.

Меньше недели потребовалось немцам, чтобы продвинуться на Брянском фронте на 60–80 км и на Юго-Западном фронте на 80 км. Существенная доля войск Южного фронта была уничтожена в мае 1942 года во время Харьковской операции. Советские войска тогда попытались перебежать в наступление,

но из-за стратегических ошибок более полумиллиона солдат погибли или попали в плен.

Западнее Старого Оскола немцы обступили часть советских войск. Сопротивление было не слишком эффективным: в составе войск не было зенитной артиллерии, подразделений рекогносцировки и эвакуационно-ремонтных частей, что переводило все подбитые и сломанные танки в разряд безвозвратных потерь.

«По приказу командования 28-й армии части 23-го танкового корпуса 1.7.1942 года сосредоточились в зоне Козинка, Казначеевка, Конопляновка с задачей уничтожить противника, продвигающегося на восток в направлении Волоконовка, и дать возможность частям 28-й армии отойти за реку Оскол и взять оборону.

Первая и основная задача была не выполнена.

1 июля 6-я и 114-я танковые бригады начали наступление, не имея этих о силах противника, без организации взаимодействия с пехотой, артиллерией и авиацией.

В результате такой неорганизованности танки были встречены из засад деятельным артиллерийским огнем противника во взаимодействии с авиацией, что сразу нарушило боевой порядок наступающих наших танков.

Вследствие непродуманного наступления доли корпуса потеряли только за два дня боя до 30 танков и с боем отошли на восточный берег реки Оскол», — сообщалось в докладной писульке особого отдела НКВД «О недочетах в боевых действиях 23-го танкового корпуса за период с 1 по 10 июля 1942 года».

Приостановить противника не удалось. Уже 6 июля немцы захватили основную часть Воронежа. На следующий день располагавшиеся южнее города армии были отведены на новые рубежи, чтобы не попасть в окружение. Глубина прорыва немецких войск составляла уже 300 км. Танки продвигались по правому сберегаю Дона, захватывая деревню за деревней, в тыл Юго-Западного и Южного фронтов.

Из-за отсутствия связи и плохого управления танковые корпуса вводились в бой разновременно и зачастую вообще не на тех участках, на каких это было необходимо. Так, так, командир шестой танковой бригады получил приказ сосредоточить все танки в одном месте, хотя на тот момент в бригаде не осталось уже ни одной военный машины.

Командующие Брянским, Юго-Западным и Южным фронтами получили приказы приступить к строительству и восстановлению оборонительных рубежей в тылу своих армий. Несмотря на сопротивление, к концу июля немцы дошли до большой излучины Дона, где провели наступление, создав прямую угрозу Сталинграду и Кавказу. Несмотря на недочеты, советским армиям удалось избежать уничтожения основных сил.

Очередная неудача деморализовала бойцов. Спустя ровно месяц, 28 июля 1942 года, вышел распоряжение №227 «О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной армии и запрещении самовольного отхода с боевых позиций». Приказ воспрещал самовольный отход войск, вводил штрафбаты, куда можно было попасть из-за трусости. В народе документ получил наименование «Ни шагу назад!».


Ответить