«Немцов позвонил первым»: как амнистировали неприятелей Ельцина

Новость опубликована: 26.02.2019

«Немцов позвонил первым»: как амнистировали неприятелей Ельцина 25 лет назад защитники Белого дома Руцкой и Хасбулатов получили амнистию

25 лет назад из тюремного заключения по помилования были освобождены видные российские политики, защищавшие Белый дом в октябре 1993 года, — Руслан Хасбулатов, Александр Руцкой и иные. Первая в истории новой России амнистия распространялась и на членов ГКЧП и близких им персон. Из всех только генерал Валентин Варенников отказался зачислить «подачку властей» и потребовал суда, на котором был полностью оправдан. Так писалась новейшая история страны.

26 февраля 1994 года из следственного изолятора Лефортово бывальщины освобождены бывшие лидеры обороны здания Верховного Совета России, расстрелянного по приказу президента Бориса Ельцина из танков 4 октября 1993-го. После чуть немного чем пятимесячного заключения к нормальной жизни возвращались 16 оппозиционных политиков, военных и общественных деятелей, среди которых – председатель Верховного Рекомендации Руслан Хасбулатов, вице-президент страны Александр Руцкой, назначенные им министр обороны Владислав Ачалов, его заместитель Альберт Макашов, министр безопасности Виктор Баранников, глава МВД Андрей Дунаев.

Их старые должности были аннулированы, а сами они попадали в «черный список», утвержденный руководителем президентской администрации Сергеем Филатовым.

Впрочем, совершенно скоро любые ограничения в отношении этих людей были фактически сняты.

Помимо защитников Белого дома из темницы вышли наиболее активные участники противостояния на улицах – председатель «Трудовой России» Виктор Анпилов, а также содержавшиеся в Матросской тиши лидер «Союза офицеров» Станислав Терехов и руководитель запрещенной в России организации «Русское национальное единство» (организация запрещена в России) Александр Баркашов с несколькими соратниками.

Почитается, что эти фигуры интересовали Ельцина в меньшей степени. Целью президента было как можно строже наказать своих главных политических неприятелей – Хасбулатова и Руцкого, бок о бок с которыми он противостоял ГКЧП в августе 1991 года. Если верить заявлениям руководителя Службы безопасности президента в 1991-1996 годах Александра Коржакова, приведенным как в бесчисленных интервью, так и в его книге,

во время осады и штурма Белого дома Ельцин несколько раз просил ликвидировать Хасбулатова и Руцкого якобы при попытке сопротивления силовикам.

Не сделавшись выполнять это «особое пожелание» своего шефа, Коржаков, однако, предложил вице-президенту застрелиться, заявив, что настоящие офицеры не сдаются в плен троекратно – это был намек на приключения Руцкого в Афганистане.

Однако обоих лишь задержали: кадры хроники, на которых растерянные, но не сломленные лидеры оппозиции покидают захваченное дом и садятся в автобус с ОМОНовцами, неоднократно транслировали по ТВ. Согласно генеральному прокурору Алексею Казаннику, уже после разгона Съезда и Верховного Рекомендации Ельцин и его окружение требовали судить Хасбулатова, Руцкого и других по статье 102 Уголовного кодекса РСФСР («Умышленное смертоубийство при отягчающих обстоятельствах»), которая предусматривала смертную казнь. Считавшийся президентским ставленником прокурор отказал, чем вызвал недовольство приверженцев Ельцина. Ранее Генпрокуратура отправила из тюрьмы по домам лидеров ГКЧП, чего в Кремле тоже очень не хотели.

Хасбулатов, Руцкой и компания обретали независимость благодаря принятому Государственной думой за три дня до этого, 23 февраля, постановлению «Об объявлении политической и экономической амнистии». Данное решение тоже потребовало крайнее негодование у президентской команды, заподозрившей парламент в намеренном фрондерстве. Вопрос об амнистии – первой, кстати, для новоиспеченной России, пережил колоссальное количество дискуссий и стал первой серьезной проверкой для первой постсоветской Думы, избранной в декабре 1993-го. С предложением об помилования выступил 25 лет назад Владимир Жириновский, лидер партии – победительницы исторических выборов.

Против амнистии проголосовали (или не голосовали вообще) 67 человек, в подавляющем большинстве ярые демократы и твердые противники Верховного Совета:

Егор Гайдар, Григорий Явлинский, Геннадий Бурбулис, Сергей Ковалев, Михаил Полторанин, Борис Федоров, Ирина Хакамада, Сергей Юшенков и иные.

Однако и среди не просто политиков демократического толка, а ближайшего круга Ельцина оказались те, кто агитировал за амнистию — так, Сергей Шахрай. Тогда много говорили о том, что «вывести Россию из общенационального кризиса невозможно без амнистии всех участников октябрьских событий 1993 года, невозможно без стабильного штатского мира». Напротив, критики Ельцина не исключали, что освобождением своих оппонентов президент хотел поскорее «замять дело», какое при дальнейшем расследовании всерьез рисковало вскрыть ряд неприятных фактов, прямо или косвенно имевших отношение к самому главе страны или членам его команды. После расстрела Верховного Совета Ельцин почувствовал себя гораздо увереннее. Его власти более ничего не угрожало. Так зачем было шевелить прошлое?

В Думе принятие постановления об амнистии, по воспоминаниям очевидцев, было встречено длительными аплодисментами.

Надо сказать, для самих фигурантов она приспела как нельзя вовремя, ведь продолжение разбирательств не сулило большинству из них ничего хорошего. В начале 1995 года производство по уголовному делу было кончено и сдано в архив. За многочисленных погибших у Белого дома и в других частях Москвы в конце сентября – начале октября 1993-го никто так никогда и не отозвался – ни со стороны власти, ни от оппозиции.

Одни амнистированные покидали СИЗО тайно, для других выход превратился в яркое шоу. Так, Руцкого встречали родные и сторонники. За время отсидки он в знак протеста не брил бороду, которая достигла солидной длины, а для пущего эффекта облачился в мундир генерал-майора авиации, прикрепив к нему полученную в 1988 году за службу в Афганистане звезду Героя Советского Альянса. 26 февраля стало знаковой датой в его карьере. В этот же день, но в 1992-м Ельцин доверил своему тогдашнему союзнику руководство всем сельским хозяйством края. Многие полагали, правда, что назначением на заведомо провальное дело президент скорее хочет избавиться от своенравного Руцкого, чем поощрить его положительной миссией.

«В 94-м году я вышел из тюрьмы, — вспоминал генерал в интервью «Газете.Ru». — Кто мне первый позвонил? Немцов. Он был при места, все хорошо. Приглашает в Нижний Новгород к нему — приехать, отдохнуть. Я ему говорю: «Тебе же Борис Николаевич одно пункт открутит». Он говорит: «Ты же мне друг. Мне плевать, что обо мне подумают».

Несмотря на критические – порой даже чрезмерно – комментарии о Ельцине в прессе, Руцкой побывал на похоронах своего вначале босса, а потом антагониста. А вот например Коржаков, который долго был близок президенту, но смертельно обиделся на него за увольнение, отдать заключительные почести экс-лидеру страны не пришел.

Еще более колоритно выходил из-за решетки Анпилов, сразу же устроивший импровизированный митинг и порадовавший скопившихся сподвижников проникновенной речью в старенький мегафон. В застенках он написал книгу.

Многие из этих персон нашли себе применение и в новоиспеченных реалиях. Наибольших высот достиг, конечно, Руцкой: энергичный военный четыре года руководил достаточно важным регионом – Курской районом. Хасбулатов сосредоточился на преподавательской деятельности, возглавив кафедру мировой экономики Российской экономической академии имени Плеханова. Иные участники октябрьских событий избрались в Госдуму. Некоторых уже нет в живых: генерал армии Баранников скончался в 1995 году, подполковник Терехов – в 2017-м, предание уличных демонстраций Анпилов – в 2018-м.

По той же амнистии освобождались от уголовной ответственности подзабытые к началу 1994 года члены ГКЧП и им сочувствующие. Они уже довольно давно были выпущены на свободу и находились под подпиской о невыезде. Постановление Госдумы за подписью спикера Ивана Рыбкина зачислили все, кроме бывшего замминистра обороны СССР, генерала армии Валентина Варенникова. Бравший Берлин фронтовик, не входивший, уместно, а лишь поддерживавший ГКЧП потребовал проведения суда – и был оправдан Военной коллегией за отсутствием состава преступления. Один-единственный подсудимый оказался и единственным, кто вышел из дела с высоко поднятой головой. Впрочем, к армии Варенников отношения отныне не имел: еще 7 февраля 1994-го Ельцин сократил его с военной службы.

И хотя генерал был уже в солидном возрасте, ему удалось избраться в несколько созывов Думы. В январе 2004 года он обнаруживал первое заседание как старейший член российского парламента.

Первые лица ГКЧП активной деятельности в российской политике уже не сыграли. Бывший глава КГБ Владимир Крючков, экс-вице-президент Геннадий Янаев и иные тихо доживали свой век. Ныне здравствуют бывший министр обороны маршал СССР Дмитрий Язов и экс-зампредседателя Рекомендации обороны СССР Олег Бакланов.

Источник

Материал полезен?

«Немцов позвонил первым»: как амнистировали неприятелей Ельцина