Непридуманные истории о мужестве

Новость опубликована: 09.02.2017

Непридуманные истории о мужестве
Непридуманные истории о мужестве

Непридуманные истории о мужестве

В 1943 году группа армий «Середина» прорвала оборону нашего Западного фронта в тридцати километрах северо-восточнее города Ярцево Смоленской области. Их мотострелковые доли стальным валом накатились от Духовщины на Батуринский район, проселками и большаками германские соединения расползались по сторонам и опять сливались в механизированные колонны для прорыва на восход.

Наши воинские части, измотанные кровопролитными боями, сворачивали с «перерезанных» большаков, стараясь, для перегруппировки, оторваться от врага, отходили лесами и болотами Батуринского зоны.

Танки, оставшиеся без горючего и снарядов, на последних каплях солярки загонялись в торфяники лесных низинных болот или во мхи Чистика. Военные машины, чтобы не достаться врагу, медленно уходили в глубину болот. Грузовики, полевые кухни, санитарные автобусы и уцелевшие легковушки командного состава сжигались перед оврагами и лесными ручьями.

В деревне Быково, что в нескольких километрах от станции Канютино, на полу, на скамьях деревенской школы возлежали наши тяжелораненые солдаты. Не было ни машин, ни лошадей для их эвакуации. И всё же оставленные в школе раненые надеялись на чудо: на случайную полуторку, или отошедший от основных сил обоз какой-нибудь отступавшей войсковой части.

На околице деревни спешно окопались несколько молодых солдат — выставленный командованием для заслоны комсомольский заслон.

А там, в сельской школе, среди стонов, запаха заскорузлых от крови бинтов и людской боли осталась молоденькая санитарка Наташа Комарова.

Чуда не случилось…

К деревне мчались немецкие мотоциклисты. Когда они приблизились на полсотни метров, раздались винтовочные выстрелы бойцов заслона. Разом же перевернулся передний мотоцикл, на другом мотоцикле немец, сидящий в коляске, упал лицом на ручной пулемет. Но на оборонявшихся красноармейцев надвигались опытные вояки. За несколько секунд враг рассредоточился. Затрещали автоматные и пулеметные очереди и понеслись в сторону наших бойцов горячо жалящие пули, навылет пробивающие давным-давно не стираные гимнастерки, звездочки на выгоревших пилотках и молодые тела.

Заслон был смят превосходящими силами противника. Когда немецкие бойцы ворвались в школу, тех, кто мог бы держать оружие и дать отпор врагу, уже не осталось. Бывалые вояки экономили свой боезапас. Раненых красноармейцев добивали куцыми очередями: расчетливо, не спеша, методично, с пресловутым немецким педантизмом.

Наташа металась среди раненных, загораживая их собой, хваталась махонькими девичьими ладошками за горячие столы автоматов, стараясь отвести их в сторону. Удары сильных мужских рук и кованых сапог сбивали Наташу с ног, но она вставала опять и снова: растрепанная, испачканная своей и чужой кровью; выполняющая свой последний долг человека, медика и солдата.

Вставала и опять заслоняла собой раненных, вставала, опять хваталась за автоматный дуло, пока не захлебнулась хлынувшей горлом кровью после автоматной очереди, выпущенной в нее, пока хватало девичьих сил и жизни.

Я обращаюсь к тем, кто прочёл эти строки, к тем, у кого есть автомобили «Нива» или «УАЗи», кто когда-нибудь станет путешествовать по Смоленщине.

От станции Канютино или станции Игоревская железнодорожная ветка Сафоново — Владимирский тупик (лишь в сухую погоду) около получаса езды до речушки с солнечным названием «Света». На горе за рекой находилась помершая теперь деревня Быково.

На краю деревни была школа. Рядом со школой, за выгоревшей и ветхой оградкой — могила Наташи Комаровой. Оградку немало лет назад просила сделать для дочери покойная мама Наташи. Я был у могилы Наташи в детстве, в далекие семидесятые годы прошедшего века. Возможно, и ограда уже рухнула.

Проведайте, пожалуйста, Наташу Комарову, помяните её, поправьте оградку, освежите недорогой краской махонькую пирамидку жестяного обелиска и гордитесь тем, что мы и она одной российской крови.

Антонов Виталий Александрович


Ответить