“Нет денежек? Отрубим уши, ноги и руки!” Каким был Тибет на самом деле

Новость опубликована: 10.01.2019

"Нет денежек? Отрубим уши, ноги и руки!" Каким был Тибет на самом деле

Феодально-теократический Тибет был нескончаемо далёк от того романтизированного Шангри-Ла, которым с энтузиазмом восхищаются прозелиты буддизма.

Меня иногда спрашивают: «А почему ты всё пора проповедуешь Христианство? Чем, например, плох буддизм — древняя религия, у которой есть свои ценности, свои представления о отличном, свои легенды о Шамбале, и многое иное?.. Чем ты можешь обосновать преимущество Христианской этики перед буддийской? И если вдруг пожелаешь ответить — нельзя ли использовать при этом не только твои личные умозаключения, но и ссылочки на дополнительные источники информации?..» – строчит в ЖЖ популярный блогер Олег Боровских.

Отлично, драгоценные мои! Я вас услышал. И сегодня мы как раз поговорим о буддизме и о таком оплоте буддизма как Тибет.

При этом, не будет никаких моих собственных умозаключений. Предлагаемая вашему вниманию публикация, позаимствована мной вот здесь. Я её только немножко подсократил и подкорректировал:

 В 1959 году, случилась так называемая «оккупация» Тибета Китаем. Хотя на самом деле, Тибет задолго до того принадлежал Китаю и лишь на короткое время, воспользовавшись неурядицами (Гражданская война и война с Японией) отделился от Китая — который никогда не признавал законность этого филиалы. Как только период хаоса и неразберихи в Китае закончился — Тибет был возвращён под юрисдикцию Пекина. Практически бескровно.

Но почему же альпийская страна, в которой житель равнины задыхается даже без физических усилий, не смогла сопротивляться? Почему страна монастырей, не упёрлась в оборонительных сражениях за любое ущелье? Почему веками строящиеся мощнейшие укрепления, не оказали никакого сопротивления, слабовооружённой и очень не сытой китайской армии?..

Да потому что отстаивать теократический режим, было некому.

Треть населения Тибета, в 1959 году составляли рабы. Треть – крепостные. Причём, и невольники и крепостные, были не картонными – а самыми что ни на есть настоящими.

Раб был имуществом. Скотиной. Раба можно и должно было истязать, унижать, морить голоданием и пытками. Можно было искалечить – в Тибете ламы очень любили обереги из отрубленных человеческих рук, кистей и ступней. Носили на пояске. Некоторые экземпляры обвешивались человечиной в несколько слоев.

Крепостной не отличался в правовом статусе практически ничем. Его обязанность была одна – платить. Когда платить было нечем – его обращали в невольника. Долги крепостного монастырю, индексировались – иногда под 50 – 80% годовых (наши банки громко сглатывают слюну и облизываются) и переносились на детей, внуков и правнуков. Должок по процентам, залезал человечиной – членов семьи обращали в монастырских рабов.

Тибетские ламы были теократическими правителями горной страны. В миллионном Тибете, 200 тысяч народонаселения составляли монахи. Остальные – рабы и крепостные.

Монахи, кстати, тоже не были высшей кастой. Большинство было бесправно и было на положении практически тех же рабов. Каждый монастырь имел свой боевой отряд, задачей которого было поддерживать покорность подданных на монастырской земле.

Как вы соображаете, из карателя бойца не сделаешь – поэтому противостоять «оккупации» такая армия не могла даже теоретически.

Вот, собственно, здесь и кроется ответ – отчего жители Тибета не встали грудью на защиту родной земли от кровавых оккупантов. Это была не их земля. Это была земля лам. Властителей, какие были так же бесконечно далеки от народа, как Будда был далёк от самих лам.

Ну а пропаганда – да, она нарисовала из Шамбалы райский уголок с благородными монахами, мудрыми правителями и нескончаемо трудолюбивым верным народом, который поработили кровавые завоеватели из Китая…

Как-то зашла речь о Тибете времен правления Далай-ламы и некто удивился рассказу о том, что в 20-х годах прошлого века, пытаясь найти деньги на войнушку с соседями, духовный правитель Тибета завёл налог на уши.

То есть, тот кто хотел, чтобы его уши остались на месте, должен был уплатить подать — иначе их отрубали (ну это в Европе назвали налогом. А в самом Тибете было гораздо несложнее — приезжает во двор отряд всадников и главный говорит: у тебя 10 членов семьи, включая грудного ребёнка. С любого по 3 монеты за ухо! За кого не заплатишь, у того и отрежем!).

Слушатели воскликнули: «И это тот самый свободный Тибет, который угнетают китайцы?…»

Ну неплохо, давайте посмотрим на то, каким был Тибет до 1959 года, когда на штыках Народно-освободительной армии Китая, в Тибет пришло освобождение от рабства.

Переживающие за находящегося в изгнании далай-ламу, эти фото о тибетском рае никогда не опубликует. Глядите их сами:

Верхний ряд слева направо: поделки тибетских лам из черепов казненных рабов; обереги из отрубленных рук (их следовало носить у пояски); раб тащит на спине другого раба, которому отрубили ноги за ослушание хозяина. Нижний ряд слева направо: раб и собака — одна подстилка на двоих; раб в колодках; женщина-раб с отсечённой ступнёй.

Слева: раб, которому лама за провинность выколол глаза. Справа: орудия наказания рабов.

Места проживания невольников тибетских лам. Вдалеке виднеется белый дворцовый комплекс.

Тибетский раб, держащий свою отрубленную хозяином руку.

Так жили невольники тибетских лам. Слева скарб, справа само семейство.

Старый, умирающий раб тибетских лам.

Тибетская рабыня держит руку супруга, отрубленную перед тем, как его похоронили заживо.

Ещё раз повторимся: все фотографии сняты в 1959 году китайскими фотографами в Лхассе, после бегства далай-ламы.

Сейчас немного о том, за что могли наказать раба. Известен случай, когда хозяин послал раба в отдалённое селение с поручением. Тот не поспел вернуться засветло и заночевал в поле. Поле оказалось принадлежащим какому-то местному землевладельцу и тот потребовал с раба денег за ночевка. Денег у того, естественно, не было — и тогда в наказание ему отрубили руку. Когда он ослабевший вернулся обратно к хозяину, то тот, разгневанный тем, что крепкий, хороший раб стал инвалидом, приказал отрубить ему и вторую руку… Неправда ли, эта замечательная страна заслуживает всякого похвалы со стороны правозащитных организаций?..

Скованные по двое рабы в Тибете.

Умирающий ребёнок-раб.Раб, с отрубленной хозяином рукой.

Этой рабыне итого 35 лет…

Ослеплённый своим хозяином раб.

Хозяин отрубил ногу, в наказание за провинность.

Далай-ламе на день рождения могли подарить такие вот дары: высушенный человеческий желудок, 2 головы, человеческая кровь, выделанная человеческая кожа…

Высушенная кожа младенца.

Напомним ещё раз, эти снимки сделаны в 50-х годах 20 века…

Многие буддисты утверждают, что до китайского вторжения в 1959 году, старый Тибет являлся духовно-ориентированным королевством, независимым от эгоизма, пустого материализма и коррупции, захлестнувших современное индустриализированное общество. Западные СМИ, путеводители, литературные произведения и голливудские кинофильмы, изображают тибетскую теократию как подлинную Шангри-Ла.

Сам далай-лама заявлял, что «проникающее влияние буддизма» в Тибете «создало общество, погруженное в мир и созвучие. Мы наслаждаемся свободой и полнотой жизни».

Но изучение истории Тибета рисует несколько иную картину. «Религиозный конфликт был разболтанным явлением в старом Тибете» – пишет один западный приверженец буддизма.

«У многих историков принято создавать благообразный манер тибетских лам и их последователей, живущих вместе во взаимной терпимости и доброй воле. В действительности, ситуация была совсем иной. Престарелый Тибет куда больше походил на Европу времен религиозных войн и контрреформации».

В XIII веке, император Кубла-Хан, создал первого Верховного Ламу, назначив его председательствовать над всеми иными ламами, как папа Римский над епископами. Несколько столетий спустя, армия китайского императора была послана в Тибет, дабы оказать поддержку Верховному Ламе – амбициозному человеку 25 лет от роду, давшему себе впоследствии титул Далай (океан) Лама, правителя итого Тибета.

Две его предыдущие «инкарнации» в качестве ламы, были ретроактивно признаны за его предшественниками, таким образом, превратив первого далай-ламу, в третьего далай-ламу. Этот первоначальный (или третий) далай-лама захватил монастыри, не принадлежавшие его секте, а также уничтожил буддийские письмена, которые выражали несогласие с его притязаниями на святость.

Далай-лама, пришедший ему на смену, сибаритствовал, имел множество любовниц, устраивал пышные празднества в обществе друзей, и вообще, вёл себя не приличествующим для своего высокого сана образом. За это он был убит своими священниками.

В течение 170 лет, несмотря на признанный священный статус, пятеро далай-лам бывальщины убиты представителями высшего духовенства, или своими придворными. Сотнями лет соперничающие буддийские секты в Тибете устраивали жестокие схватки и многочисленные казни.

В 1660 году, при пятом далай-ламе, разразилось восстание в провинции Цанг – цитадели соперничающей секты Кагу, во главе с верховным ламой по имени Кармапа. Пятый далай-лама призвал к твердым действиям против восставших, направив монгольскую армию, чтобы уничтожить мужчин, женщин и детей «подобно яйцам, разбивающимся о камни… Куцей, сотрите с лица земли все их следы, даже их имена».

В 1792 году многие монастыри Кагу были конфискованы, а их монахи бывальщины насильственно обращены в секту Гелуг (секта далай-ламы). Школа Гелуг, известная также под именем «жёлтые шапки», не желала проявлять терпимость к иным буддийским сектам. Традиционные молитвы секты содержали такие слова: «Благословен ты, о жестокий бог учения жёлтой шапки, обращающий в пыль великие созданья, высших сановников и простых людей, которые загрязняют и портят учение Гелуг».

Воспоминания тибетского генерала, жившего в XVIII столетье, содержат описания борьбы между буддийскими сектами – кровавой и беспощадной.

Эта мрачная история остается незамеченной сегодняшними последователями тибетского буддизма на Закате. Религии крепко связаны не только с насилием, но также и с экономической эксплуатацией. Часто именно экономическая эксплуатация обуславливает сила. Так было и с тибетской теократией. До 1959 года, когда Тибет возглавлял последний далай-лама, большая часть плодородных земель была организована в поместья и обрабатывалась крепостными. Эти поместья относились представителям двух социальных групп: богатым землевладельцам и состоятельным ламам. Даже автор, симпатизирующий старому порядку, признаёт, что «львиная часть недвижимости принадлежала монастырям, владевшим колоссальными богатствами».

Основное богатство аккумулировалось «посредством активного участия в торговле, коммерции и ростовщичестве». Монастырь Дрепанг был одним из крупнейших землевладений в вселенной, включавшим в себя 185 поместий, 25000 рабов, 300 огромных пастбищ и 16000 пастухов. Богатство монастырей было в распоряжении небольшого числа высших лам. Простые монахи по большей части жили скромно и не имели доступа к великому обеспеченности. Сам же далай-лама «жил во дворце Потала из 1000 комнат и 14 этажей». Светские лидеры тоже не бедствовали. Хорошим примером является главнокомандующий тибетской армией, член кабинета далай-ламы, какой владел 4000 квадратных километров земли и 3500 крепостных.

Старый Тибет был идеализирован некоторыми западными восторженными обожателями, и представлен как «нация, которой не требовалось полиции, так как её люди добровольно соблюдали законы кармы».

На самом же деле, в Тибете была профессиональная армия, хотя и небольшая, служившая в основном в качестве жандармерии для землевладельцев, поддерживая для них порядок, охраняя их собственность и преследуя сбежавших невольников.

Тибетские мальчишки обычно забирались из крестьянских семей и продавались в монастыри, где их готовили в монахи. Оказавшись раз в монастыре, они оставались привязаны к нему на всю оставшуюся существование. Монах Таши-Церинг сообщает, что крестьянские дети обычно подвергались в монастырях сексуальным надругательствам. Сам он неоднократно подвергался изнасилованиям, начиная с 9 лет.

Монастыри подписывали детей на пожизненную службу в качестве домашней прислуги, танцоров и боец.

В старом Тибете существовало небольшое число фермеров, нечто вроде свободного крестьянства и, возможно, ещё 10000 людей, составлявших «посредственный класс» — семьи коммерсантов, держателей магазинов и мелких торговцев. Тысячи остальных были нищими.

Также были рабы – обычно домашняя прислуга, не имевшие никакой собственности. Их дети рождались обреченными на рабство.

Большинство сельского народонаселения составляли крепостные. С ними обращались чуть лучше, нежели с рабами. Они не получали никакого образования и не имели доступа к медицинской поддержки. Они были пожизненно привязаны к работе на земле, принадлежащей помещику или монастырю – бесплатно ремонтировали хозяйские дома, перевозили урожай и собирали дрова. От них также требовалось предоставлять пролетарий скот и транспортные услуги. Их хозяева диктовали им, какие культуры выращивать и каких животных разводить. Они не могли жениться без позволения помещика или ламы. Их можно было разлучить с семьей, если помещику требовалось сдать их в наём для работы в удалённых пунктах.

Как и при системе наёмного труда, в отличие от рабства, хозяева не несли никакой ответственности за содержание крепостных и не имели прямого заинтересованности в выживании своего крепостного, хотя бы ради сохранения дорогой собственности. Крепостные должны были поддерживать своё существование самостоятельно. Но, как и при рабовладельческой системе, они бывальщины привязаны к своим хозяевам, гарантируя им постоянную рабсилу, которая не могла, ни организовываться, ни бастовать, ни свободно уйти к другому хозяину.

Хозяева блаженствовали преимуществами обеих систем. Одна 22-летняя женщина, сама беглая крепостная, сообщала: «Хорошенькие крепостные девушки обычно брались хозяином в качестве домашней прислуги и использовались по хозяйской прихоти. Они были просто рабынями без всяких прав». Чтобы пойти куда-либо, крепостным требовалось позволение. Помещики имели законное право ловить тех, кто пытался сбежать.

Один 24-летний беглец, приветствовал китайское вторжение как освобождение. Он указывал, что при крепостничестве он подвергался непрерывным издевательствам, мёрз и голодал. После третьей неудавшейся попытки бежать, он был безжалостно избит людьми помещика, до тех пор, пока кровь не пошла у него носом и устой. Затем они вылили алкоголь и соду на его раны, дабы усилить боль…

Крепостные облагались налогом на женитьбу, рождение любого ребёнка и на каждую смерть члена семьи. Они платили налог на посадку дерева в своём дворе и на содержание животных. Бывальщины налоги на религиозные праздники, публичные танцы и игру на барабанах, налогом облагалось даже заключение в тюрьму и освобождение из неё. Те, кто не мог отыскать работу, платили налог за то, что были безработными, а если они отправлялись в другую деревню в поисках работы, то платили налог на проезд. Если люд не могли платить, монастыри одалживали им деньги под 20-50%. Иногда долги переходили в наследство от отца к сыну, от деда к внуку.

Должники, бывшие не в состоянии рассчитаться по своим обязательствам, рисковали быть проданными в рабство. Теократические религиозные учения опирались на классовый порядок. Бедным и притесняемым внушалось, что они сами навлекли на себя свои несчастья, так как грешили в предыдущих жизнях. Поэтому они обязаны смириться со своим горестным жребием в жизни нынешней и принять его как кармическое возмездие, живя надеждой на улучшение своей судьбы в будущих инкарнациях. Состоятельные и сильные рассматривали свою удачную судьбу, в качестве награды за заслуги в прошлой и нынешней жизни.

Тибетские крепостные не вечно хотели мириться с ролью кармических жертв, виновных в своём угнетённом положении. Как мы видели, некоторые бежали; другие противились открыто, зачастую подвергаясь за это суровым наказаниям. В феодальном Тибете пытки и нанесение увечий – включая выкалывание глаз, вырывание стиля, отрывание конечностей – были излюбленными видами наказаний, применявшимися к ворам и к беглым, или строптивым крепостным.

Путешествуя по Тибету в 1960-х годах, Стюарт и Рома Гердер, взяли интервью у бывшего крепостного, Церефа Ванг Туэя, укравшего двух овец, принадлежавших монастырю. За этот проступок ему вырвали оба глаза и изуродовали руку так, что он не смог больше её использовать. Он разъяснил, что перестал быть буддистом: «Когда святой лама приказал им ослепить меня, я подумал что в религии нет ничего хорошего»…

Так как лишение жития противоречит буддийскому учению, некоторых преступников подвергали сильному бичеванию, а затем «оставляли Богу» замерзать на ночь до кончины.

В 1959 году, Анна Луиза Стронг посетила выставку пыточного оборудования, использовавшегося тибетскими властителями. Там были наручники всех размеров, вводя крошечные для детей, инструменты для отрезания носов и ушей, ломки рук и подрезания сухожилий ног. Были приспособления для горячего клеймления, кнуты и особые устройства для потрошения. На выставке были представлены фотографии и свидетельства жертв, подвергшихся ослеплению, покалеченных или лишенных конечностей за кражу.

Одному пастырю хозяин должен был уплатить компенсацию в юанях и пшенице, но выплачивать отказался. Тогда пастух забрал у хозяина корову. За это ему отсекли руки. Другому скотоводу, противившемуся, чтобы у него забрали жену и отдали её помещику, поломали руки. Были представлены снимки коммунистических активистов с отрезанными носами и порванными губами, а также женщины, которую сперва изнасиловали, а затем отрезали ей нос.

Как бы нам не хотелось веровать в обратное, но феодально-теократический Тибет был бесконечно далек от того романтизированного Шангри-Ла, которым с энтузиазмом восхищаются западные прозелиты буддизма…

Ключ


"Нет денежек? Отрубим уши, ноги и руки!" Каким был Тибет на самом деле