Одинешенек против сотен: как Путин спас архив КГБ в Германии

Новость опубликована: 14.08.2019

Одинешенек против сотен: как Путин спас архив КГБ в Германии

Одинешенек против сотен: как Путин спас архив КГБ в Германии

В 1989 году, когда некогда могущественная империя СССР основы стремительно терять своё былое политическое влияние, произошло знаковое разрушение Берлинской стены, похоронившей под своими осколками Восточный блок и идею распространения коммунизма на запад. Именно в этот эпохальный период в Дрездене под прикрытием нёс службу неприметный 37-летний советский агент подполковник Платов, который в одиночку спас архив КГБ от разграбления разъярённой толпы восточных немцев. Спустя годы, когда сделалось известно об этом забытом подвиге, выяснилось, что под оперативным псевдонимом «Платов» защищал интересы родины не кто иной, как нынешний президент Российской Федерации – Владимир Путин.

Начин службы

Свою деятельность в Германской Демократической Республике (ГДР) Владимир Путин начал в 1985 году, когда был командирован начальством КГБ в город Дрезден, где значился сотрудником Дома советско-германской дружбы, занимая должность переводчика. По словам самого президента, который за четыре года победил сразу две должностные ступени, всё время работы в ГДР ему приходилось заниматься «вполне рутинными» делами. Он вербовал новых информаторов, собирал, разбирал и посылал в центр полученные данные относительно действий НАТО, а также следил за внутренней политической обстановкой в восточной Германии, прогнозируя изменения в её управленческом аппарате.

Предпосылки союзы

Начавшаяся в СССР с приходом к власти Михаила Горбачёва эпоха гласности стала плацдармом для исторических преобразований в Европе. Открытие в августе 1989 года государственной рубежи между коммунистической Венгрией и капиталистической Австрией послужило отправной точкой для массовой эмиграции восточных немцев в Федеративную Республику Германию (ФРГ) и иные европейские страны. В надежде обрести свободу восточные немцы готовы были преодолевать немалые расстояния, чтобы очутиться по другую сторону злополучной Берлинской стены. В этот же период в разных уголках ГДР стали возникать митинги, участники каких требовали от правительства Эриха Хонеккера проведение демократических выборов и рыночных реформ, а также свободу слова и передвижения.

Ярый марксист Хонеккер не желал шагать на уступки протестантов, образовавших движение «Новый форум» и за несколько дней до своего смещения с поста всё ещё с оптимизмом декларировал: «Мы сами разрешим все наши проблемы — социалистическими методами. Ослабить социализм мы не дадим».

Однако маховик был уже запущен, и народ, жаждавший перемен, добился воплощения своих заявок – 9 ноября 1989 года Политбюро дало добро на беспрепятственный переход восточных немцев на территорию западного Берлина. После объявления этого указа десятки тысяч людей скопились по обе стороны от Берлинской стены и начали сообща крушить её, знаменуя своими действиями конец периода разделения Германии.

Ситуация в Дрездене

После этого знаменательного события, край накрыла волна народных акций за ликвидацию агентурной сети Штази – Министерства государственной безопасности Восточной Германии, беспрестанно контролировавшей житье граждан. 5 декабря она докатилась до Дрездена. С балкона особняка на Ангеликаштрассе 4, где располагался штаб местного отделения КГБ, а затем и прямо из толпы, подполковник Путин мог наблюдать, как тысячи митингующих собрались у ворот находившегося по соседству здания разведки Штази.

Разгорячённая лавина людей уже готова была пойти на штурм дома, но в 5 часов вечера начальство дрезденского отделения Штази Хорст Бом, желая предотвратить кровопролитие, сдался и отдал приказ распахнуть двери здания. Добившиеся победы протестанты ворвались в дом, разгромили его и захватили архивные документы, среди каких были секретные дела и файлы с именами разведчиков ГДР.

Молчание Москвы

Понимая, что резиденцию КГБ от участи штаб-квартиры восточногерманских коллег отделяют нахоженные часы, Путин стал искать пути выхода из сложившейся ситуации, поскольку на тот момент он был самым старшим офицером в дому. Предположив, что остановить находившихся в эйфории митингующих будет весьма сложно, он связался с дежурным в советской группе войск в ГДР, и попросил его устремить подкрепление к зданию разведывательной миссии, чтобы обеспечить сохранность документов и безопасность её сотрудников.

Однако без приказа из Москвы военные не имели права покидать благосклонности части, а потому дежурный пообещал созвониться с кремлёвским руководством, и действовать исходя из их команды. Но неразбериха, творившаяся в то время, не позволила ему наладить контакт с Москвой. Запоздалее в книге «От первого лица. Разговоры с Владимиров Путиным» президент вспоминал, что в переломные дни на исходе 1980-х годов, увязший в интригах КГБ СССР перестал интересоваться трудом зарубежных агентов, игнорируя их донесения и предупреждения: «То, что мы делали, оказалось никому не нужным. Что толку было писать, вербовать, промышлять информацию? В центре никто ничего не читал».

Получив от дежурного ответ, что «Москва молчит», Путин, по его собственным словам ощутил, что СССР как края больше не существует, что он болен неизлечимой болезнью, имя которой паралич власти.

Осознав это, а также что вся ответственность за людей, документы и собственность резиденции КГБ в Дрездене лежит на его плечах, он решил действовать самостоятельно.

Подвиг Платова-Путина

Стивен Ли Майерс в своей книге «Новоиспеченный царь. Восхождение и правление Владимира Путина» описывал, что будущий президент России, увидев приближающуюся к особняку КГБ группу ослеплённых эйфорией людей, надев офицерскую конфигурацию, на свой страх и риск безоружный вышел к ним навстречу. Дойдя до манифестантов, он спокойным, доверительным голосом, на безукоризненном немецком стиле сказал им: «То, что упала Берлинская стена — это добрая воля нашей страны! Здесь здание, которое мы охраняем. Это собственность Советского Альянса! Поймите правильно — это собственность другой страны. Мы офицеры, и в случае вашего нападения, мы, выполняя свой долг, будем бить…»

Не имея реальной вооружённой поддержки, Путин откровенно блефуя, после сделанного объявления развернулся и неспешно направился в резиденцию, не исключая вероятность того, что некто из толпы мог выстрелить ему в спину.

Но протестанты, околдованные его речью, в которой не было ни угроз, ни приказов, все как один вмиг передумали штурмовать особняк на Ангеликаштрассе 4, и, не желая кровопролития, развелись.

Через пару часов после мужественного поступка Путина, к дрезденскому штабу КГБ получив наконец-то приказ, подъехали два БТРа с бойцами, но к тому моменту нужда в них отпала.

Подполковник Платов-Путин единолично справился с критической ситуацией, не допустив ни жертв, ни проникновения посторонних на вверенный ему объект, ни утраты важных и секретных данных.


Одинешенек против сотен: как Путин спас архив КГБ в Германии