Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

Новость опубликована: 14.09.2017

<tbody>

</tbody>

«Провел наилучший с нею вечер — перо трясется в руках!»

 

     Николай II и Матильда Кшесинская: уже более ста лет их взаимоотношения не дают покоя историкам, политикам, беллетристам, досужим сплетникам, ревнителям нравственности… В Государственном архиве РФ мы ознакомились с дневниками Николая Романова, которые он вел в 1890-1894 годах (основная доля этих записей была известна лишь узкому кругу специалистов). Дневники проливают свет на разгар романа танцовщицы с цесаревичем.

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

 

Весной этого года «МК» опубликовал ранее не изданные дневники самой Матильды Кшесинской. Чудом сохранившиеся тетради заканчиваются в январе 1893 года — и на самом интригующем моменте. У танцовщицы с Николаем состоялся «крайне тяжелый разговор»: Матильда настаивала на том, что им пора наконец испытать «блаженство любви».

Наследник престола, как описывает Кшесинская, отозвался: «Пора!», и обещал, что все скоро свершится.

Из последней записи Матильды от 23 января 1893 года следует, что Николай к ней после этого беседы не заезжал, балерина продолжала ждать его визита.

ИНТИМНЫЕ ДНЕВНИКИ МАТИЛЬДЫ КШЕСИНСКОЙ — в нашемСПЕЦПРОЕКТЕ «МАТИЛЬДА»

Но ведь и объект ее страстности тоже вел дневник, может быть, там есть некие убедительные факты? О чем же писал сам будущий Николай II про этот период? И какова в цельном его «версия» романа с Кшесинской?

До сих пор в статьях и книгах цитировались лишь отдельные фрагменты из ранних дневников Николая Романова, в том числе за 1890-й – первую половину 1894-го гг. Корреспонденту «МК» пришлось на несколько недель засесть в Госархиве РФ и проштудировать хранящиеся там тетради, заполненные дланью будущего российского императора.

И мы нашли запись в дневнике наследника престола ровно от того же 23 января, на котором прервался сохранившийся дневник Матильды! А основное — от 25 января, когда Николай «провел самый лучший с нею вечер», после которого «перо тряслось в руках».

Но прежде, чем пробовать с помощью дневника распутать клубок амурных отношений Николая с Матильдой, давайте взглянем на иные – примечательные с бытовой точки зрения, – эпизоды жития цесаревича.

«Решился сделать татуировку дракона»

Ничто человеческое ему не было чуждо. Применительно к Николаю Александровичу Романову – грядущему Императору Российскому и Царственному Страстотерпцу, причисленному много лет спустя к Лику Святых, такое утверждение отнюдь не выглядит святотатством.

«Компрометирующие» дневниковые записи, сделанные этим человеком в молодости, на самом деле вовсе не могут принизить подвиг его заключительного периода жизни – после отречения. И уж тем более не стоит расценивать их цитирование здесь, как попытку очернить почитаемого многими православного Святого.

В крышке концов каноническая церковная литература, «Жития Святых» и даже Библия содержат упоминания о многих людях, которые вели поначалу отнюдь не праведную существование, но в какой-то момент, раскаялись в прошлых прегрешениях и совершили духовный подвиг.

Так что будем с пониманием относиться к слабостям цесаревича Николая. В том числе и к интересу его хорошенькой балериной. Не надо забывать, что в интересующий нас период времени будущему царю было немногим больше 20-ти!

***

«22 июня 1890 г. Бивак у Царской Славянки… Примечательно весело провели всю ночь: обедали, возились на сене, бегали в саду, лазали на крышу и после ужина рассказывали анекдоты. Вечер и ночь бывальщины идеальны.

31 июля. Вчера выпили 125 бутылок шампанского…

16 апреля 1891 г. (Во время длительной остановки в японском Нагасаки – А. Д.) После обеда решился сделать себе татуировку на правой длани – дракона. Это заняло ровно семь часов времени – с 9 ч. вечера до 4 ночи! Довольно раз пройти чрез этого рода наслаждение, чтобы отбить охоту себе начинать снова. Дракон вышел на славу, и рука совсем не болела!

16 февраля, воскресенье. Размашистая масленица. Сейчас после завтрака поехал с Ксенией (сестрой – А. Д.) в балет «Царь Кандавл»… Очень весело поужинали у дяди Алексея и наконец, похерявши масленицу, вернулся домой в 3 ч. ночи.

17 февраля. (Первоначальный день Великого поста – А. Д.) Началось говение. Мысли и думы не совсем еще применились к церковному направлению после масленицы. Но это не беда, мне нравятся противоположности».

Судя по дневниковым записям, лишь первые шесть дней Великого поста вся царская семейство проводила в строгих ограничениях. В субботу на первой седьмице государь с супругой и детьми причащался Святых Тайн, а после этого можно было вновь «расслабиться» – по крайней мере молодому поколению, – вплоть до основы Страстной недели.

«28 февраля. Мое счастье, что у меня последствий от попоек на следующий день не бывает. Напротив, я себя чувствую лучше и как-то возбужденным!… В 8 час. обедали. Затем угодил на пресловутый измайловский досуг (пирушку офицеров в гвардейском Измайловском полку – А. Д.), застрял в полку до 6 ч. утра, – это уже продолжается две ночи сряду – просто несносно!

16 марта. Ужинали… с дамами. Потом я был и даже пребывал в винных парах до 6 час. Утра».

***

Упоминания о развеселых, даже не всегда свойственных его возрасту «детских» затеях, конечно, встречаются чаще в записях наследника за обычные дни.

«14 апреля. В 7 час. отправился к П. А. Черевину (генерал-адьютанту – А. Д.). Кроме меня обедали Димка Голицын, Володя Ш., Гессе, Никита Всеволожский, Котя Оболенский, Кочубей и Горбунов. Кормили нас… превосходно; анекдоты Горбунова бывальщины очень хороши. Особенно нецензурные…

11 июля. Проснулся на диване около ванной комнаты. Чувствовал себя крайне неблагонадежным цельный день, как будто эскадрон во рту ночевал… Вернувшись к себе после завтрака, у меня начались прискорбные последствия пирушки. Соснул у Мама (так называл свою мать, императрицу Марию Федоровну – А. Д.) на кушетке, потом погулял и пришел домой к чаю, который совершенно не хотелось пить.

21 июля. Теперь уже месяц, что я перестал бриться, и на подбородке выросло какое-то забавное подобие бороды. Даже как-то удивительно про это писать!

2 марта. Отправился с Митей в дежурной тройке к дяде Павлу (великому князю Павлу Александровичу – А. Д.). Играли наверху мячиками, перебили две люстры и спустились книзу пить чай…

23 мая. Обедали в 8 ½ и вечером играли в попрыгушки.

17 сентября. Ездили на велосипедах и здорово подрались яблоками. Хорошее времяпрепровождение для мальчишек 25-ти лет!”

Справедливости ради следует отметить наряду со всеми этими вольностями, даже откровенным мальчишеством также и по-настоящему истовую веру грядущего императора. Практически в каждой воскресной дневниковой записи упоминается о посещении им обедни в храме. И это отнюдь не было для наследника престола силой над собой, вынужденной уступкой придворному протоколу. Подтверждение тому находим, например, в дневнике за 1893 год.

«28 ноября, воскресенье. Весьма не люблю, когда не могу идти в церковь в воскресный день!» (На сей раз цесаревич был в Ораниенбауме, где организовали очередную охоту на сохатых. – А. Д.).

«Смотрел из-за занавеси на женский урок гимнастики»

Отдельная подборка цитат из дневника посвящена «женскому вопросу». Молодой цесаревич не так уж нередко – если исключить упоминания о Матильде Кшесинской и Алисе Гессенской, будущей жене – обращался в своих записях к этой пикантной теме. Неужели дамские прелести оставляли его равнодушным? Но тем интереснее прочитать те редкие упоминания Николая о представительницах прекрасного пола, в которых, хотя бы проскальзывает некий намек на флирт или, навыворот, категорическая неготовность к нему.

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

 

 

«18 марта 1891 г. Я особенно повеселился (в Сайгоне, на балу, данном французским адмиралом Вонаром, – А. Д.) за котильоном, когда плясал с прелестной m-m Banche. Сознаюсь, что совсем увлекся ею, – такая милая, красивая дама и удивительно хорошо разговаривает! Плясал с нею в продолжение трех часов, и это показалось мне слишком коротким временем!.. При расставании мы трогательно простились… Это было в 5 ½ час. утра.

15 апреля 1891 г. Наконец в восьмом часу при отличной солнечной погоде увидали высокие берега давно желанной Японии… Пройдя островок Паненберг… в глубине бухты увидели Нагасаки… Вечерком в кают-компании было всего человек 8; все же мичмана были в русской деревне Инасу (русской колонии, существовавшей в предместье Нагасаки – А. Д.), где каждый уже женился.

Признаюсь и мне бы очень хотелось последовать общему примеру, но стыдно, так как настала Страстная неделя».

(Есть в виду установившаяся в те годы среди русских морских офицеров традиция: во время длительных стоянок в Японии «жениться» на здешних молоденьких красавицах. В Стране Восходящего Солнца даже существовал термин «временная жена». Так называли официально разрешенные взаимоотношения между иностранным подданным и японской подданной: на период пребывания иностранца в Японии он получал – заплатив некоторую сумму, – «в семейное пользование» приглянувшуюся ему девицу из малообеспеченной семьи, которую обязан был достойным образом содержать. Сроки подобной «аренды» могли варьироваться от месяца до нескольких лет – А. Д.)

«29 января 1892 г. Залез к Ксении в горницу и из-за занавеси смотрел на ее урок гимнастики с молоденькою недурною особою.

24 ноября. (В имении Абас-Туман – А. Д.) Дамы все те же: старуха-вдова адмирала Г. М. Бутакова, Азбелева с сестрою (морда), супруга болгарского офицера Крестева, дочь Кобордо и молодая москвичка с гувернанткою – жопообразною швейцаркою.

26 февраля 1894 г. В 3 ч. начался в Аничковом бал… Остался недоволен невеселым составом женского пола».

«Маленькая Кшесинская еще похорошела»

Обратимся к главному, ради чего были взяты из архивных фондов дневники цесаревича. Добавочную помощь в расшифровке и оценке некоторых событий могут оказать дневниковые душеизлияния Кшесинской – куда более подробные. А о каких-то моментах во взаимоотношениях Николая и Матильды будет убедительно свидетельствует полное отсутствие упоминаний о них в дневнике.

«23 марта 1890 г. Поехали на спектакль в Театральное училище. Были небольшие пьесы и хореография – очень хорошо. Ужинали с воспитанницами».

Весьма лаконично. И без упоминания имени Матильды Кшесинской. Но все-таки точно известно, что собственно в этот день они познакомились. Все подробности общения молодого человека и девушки за приснопамятным ужином подробно – на двух страницах, обрисовала Малечка в своем дневнике. У нее-то сердечко точно ёкнуло при той первой встрече. А вот цесаревич, похоже, поначалу «дышал гладко». Хотя талантом юной балерины был явно впечатлен.

Появляется первое и весьма недвусмысленное упоминание о Матильде — впрочем, эту цитату уже не раз публиковали.

«6 июля. Почивал до 5 ½ дня. После обеда поехали в театр. Положительно, Кшесинская 2-я меня очень занимает. (В балетной труппе танцевали две сестры Кшесинские. Старшую, Юлию, в афишах именовали Кшесинской 1-й, а меньшую, Матильду, Кшесинской 2-й. – А. Д.)

17 июля. Поехали в театр… Кшесинская 2-я мне, положительно, очень нравится.

30 июля. Были в театре… Разговаривал с махонькой Кшесинской через окно.

31 июля. После закуски в последний раз поехал в милый красносельский театр. Простился с Кшесинской.

1 августа. В 12 ч. было освящение штандартов. Стояние в построению дивизии у красносельского театра дразнило своими воспоминаниями!»

Это ведь он о мимолетных встречах в театральном закулисье с Матильдой! Значит, уже угодил «в плен» к хорошенькой балерине? Впрочем, дальнейшие события не способствовали развитию этого увлечения: цесаревич уехал в полк на военные маневры под Нарвой. На подобный дальней дистанции очарование Кшесинской, похоже, еще не действовало. Зато мысли цесаревича обратились к другой представительнице прекрасного пустотела, интерес к которой у него пробудился гораздо раньше — Алисе Гессенской, будущей императрице.

***

«20 августа. Боже! Как мне хочется поехать в Ильинское!Сейчас там гостит Виктория с Аликс (принцессой Алисой Гессенской – А. Д.). Иначе если я ее не увижу теперь, то придется ждать целый год, а это тяжко!!!»

Затем был почти месяц пребывания цесаревича вместе с родителями в царской охотничьей резиденции Спала на территории Польши. И лишь в крышке сентября он вернулся в родные края. Через некоторое время после этого в записях вновь мелькнуло имя очаровательной хореографической дивы.

«17 октября. В 7 ч. поехали из Ропши в Петербург – проститься с балетом! Шла чудная «Спящая красавица». Видел Кшесинскую 2-ю».

Впереди его ожидала длинная разлука и с семьей, и с петербургскими театрами, и с симпатичной ему девушкой. Александр III отправил своего старшего сына в путешествие на Дальний Восход. В российскую столицу цесаревич вернулся лишь к августу 1892-го.

«4 августа 1892 г. В первый раз был в красносельском театре. Пьеса шла невеселая, а балет был оживленный. Видел маленькую Кшесинскую, которая еще похорошела».

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской 

Матильда Кшесинская в балетной роли.

 

 

Дальше опять последовал большенный интервал времени без упоминаний в дневнике об этой барышне. Цесаревичу предстояло новое расставание со столичными краями. Вместе родителями он отправился в Данию – в гости к родственникам по материнской черты. А вслед за тем Александр III со своими близкими переехал в Крым – на традиционный отдых. Лишь ближе к середине ноября царское семейство вновь основалось в Гатчине. Но в дневниковых записях Николая за последующие дни нет никаких упоминаний о встречах с Кшесинской или, по крайней мере, о том, что он мечтает о таких встречах. Зато в тетради встречается упоминание о совершенно другом заветном желании.

«21 декабря. Вечером у Мама… рассуждали о жизни теперешней молодежи из общества. Этот беседа затронул самую живую струну моей души, затронул ту мечту, ту надежду, которыми я живу изо дня в день. Уже полтора года прошло с тех пор, как я говорил об этом с Папа в Петергофе, а с тех пор ничего не изменилось ни в дурном, ни в хорошем смысле! – Моя мечта – когда-нибудь жениться на Аликс Г. Я давным-давно ее люблю, но еще глубже и сильнее с 1889 г., когда она зимой провела 6 недель в Петербурге. Я долго противился моему чувству, усердствуя обмануть себя невозможностью осуществления моей заветной мечты!.. Единственное препятствие или пропасть между ею и мною это проблема религии!.. Я почти убежден, что наши чувства взаимны!»

Впрочем в отсутствие каких-либо непосредственных контактов с Алисой сквозь некоторое время к наследнику вновь вернулся интерес к «балетной прелестнице».

«15 февраля 1892 г. Сегодня мною овладела сценическая горячка, случающаяся каждую масленицу. После небольшого приема поехал в Мариинский театр в мою любимую «Спящую красавицу»… Немножко поговорил на сцене с К.

28 февраля. Отправился кататься с Ксенией в коляске, встретили кого-то на набережной».

За этим обезличенным упоминанием в контексте старых записей явно угадывается Матильда Кшесинская. Тем более, что она в своем дневнике неоднократно описывала, как специально каталась в экипаже по центральным улицам Петербурга, чтобы «невзначай» повстречаться с цесаревичем.

«10 марта. В 8 час. отправился в Театральное училище, где видел хороший спектакль драматических классов и балет. За ужином сидел с воспитанницами как прежде, лишь очень недостает маленькой Кшесинской».

«У моей бедной Маленьки болел глаз»

Важнейшее событие в «сердечной» истории Николая и Матильды случилось на следующий день. Он стал рубежом начала гораздо более доверительных отношений между цесаревичем и балериной.

«11 марта 1892 г. Вечер провел чудесным манером: отправился в новое для меня место, к сестрам Кшесинским. Они страшно удивились увидеть меня у них. Просидел с ними более 2-х часов, болтали обо всем без умолку. К горе, у моей бедной Маленьки болел глаз, который был перевязан, и кроме того нога не совсем здорова. Но радость была обоюдная вящая! Выпив чаю, простился с ними и приехал домой к часу ночи. Славно провел последний день моего пребывания в Питере втроем с такими ликами!

13 марта. После чаю опять читал и много думал об известном лице.

19 марта. Отправился кататься. На Морской встретил К…. Погулял в саду, хлебнул чаю один-одинешенек!»

С первых дней их близкого знакомства между Николаем и Матильдой завязалась переписка. Судя по дневниковым заметкам Кшесинской, послания они писали друг другу порой чуть ли не ежедневно. Однако в дневнике цесаревича упоминание об эпистолярной стороне их отношений с Малечкой встречается итого один раз.

«20 марта. Погода была скверная и настроение духа неважное. Не получил письма и поэтому скучал! Но что делать, не всякий день праздник!»

***

Зато грядущий император очень пунктуально делает записи о каждой, даже мимолетной, встрече со своей симпатией.

«21 марта. Поехал в Небольшой театр в ложу дяди Алексея. Давали интересную пьесу «Thermidor»… В театре сидели Кшесинские прямо визави!

22 марта. После завтрака в 1 ¼ сейчас же отправился кататься в город… Опять видел Кшесинских. Они были в манеже и после стояли на месте на Караванной.

23 марта. Поехал в Петербург на 4 дня!.. В 11 час. вечера отправился к моим друзьям Кшесинским. Провел с ними пора весело и по-домашнему. Старшая играла на фортепиано, а я болтал с младшей! Прекрасный вечер!

24 марта. После обеда поехал проведать Кшесинских, где провел полтора приятных часа…»

Судя по всему, обаяние хорошенькой балерины сыграло свою роль, и цесаревич не на шутку увлекся ею. Однако и эмоции к Алисе при этом его не покидали.

«1 апреля. Весьма странное явление, которое я в себе замечаю: я никогда не думал, что два одинаковых эмоции, две любви одновременно совместимы в душе. Теперь уже пошел четвертый год, что я люблю Аликс Г. и постоянно лелею мысль, если Бог даст, когда-либо жениться на ней!.. А с лагеря 1890 г. по сие время я страстно полюбил (платонически) маленькую К. Удивительная вещь наше сердце! Совместно с тем я не перестаю думать об Аликс Г. Право, можно заключить после этого, что я очень влюбчив? До известной степени – да. Но я должен добавить, что внутри я строгий судья и до крайности разборчив!»

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской 

фото: Александр Добровольский

Дневник Николая.

 

 

Любопытный факт: вначале, после первого визиты дома Кшесинских, Николай использует в своих записях очень нежные обращения – Маленька, Малечка. А из дневников самой танцовщицы известно, что во время того визита цесаревича 11 марта они условились называть друг друга доверительно: Ники и Маля. Однако в дальнейшем сам наследник престола подобный фамильярности – по крайней мере на страницах дневника, избегал. Там фигурируют либо инициалы, либо фамилия.

«14 апреля. Около 11 ½ поехал к М. Кшесинской. Она была опять одна. Время провели за болтовнею и чтением «Петербургского действа».

«16 апреля. Катался по разным улицам и встретил Кшесинских… Приехали с Сандро и Сергеем (великими князьями Александром и Сергеем Михайловичами –А. Д.) в арена. Давали «Пиковую даму»! Я с удовольствием просидел в этой опере. М. танцевала в пастушке. Потом поехал к ней, к несчастью, лишь на куцее время. Разговоры наши веселы и живы! Я наслаждаюсь этими свиданиями.

20 апреля. Поехал в Петербург… Катался в экипаже длинно и 4 раза встретил Кшесинских. Проезжаю мимо, важно кланяюсь и стараюсь не смеяться! В 7 час. обедал у Сандро и вместе в 9 час. поехали в придворный музыкантский хор… Шла французская оперетка… Уехал лишь в 12 ½ прямо к М. К. Оставался очень долго и чрезвычайно хорошо провел время. Даже произошло маленькое угощение! Я был блажен до крайности, узнав от М. нечто, меня очень интересовавшее! Пора! Ходу!»

***

Заключительная часть дневниковой записи выглядит интригующе. Что «пора»? – Можно было бы предположить решимость Николая предпринять некие деятельные действия для дальнейшего развития этой любовной истории и перевести отношения с приглянувшейся ему девушкой на более «серьезный» уровень. Однако ни в дневниках Матильды, ни в дневниках самого Николая в последующие дни, недели, месяцы нет и намека на подобные революционные перемены. Желая их свидания происходили часто, порой цесаревич засиживался (но именно засиживался!) у возлюбленной до самого утра.

«21 апреля. Поехали в новоиспеченную оперу «Князь Серебряный»… Из театра отправился к М. Кшесинской, где снова провел симпатичный вечер. Вот так раскрутился – второй день кряду. Сандро тоже показался там на час. Под его музыку поплясали!

29 апреля. В 10 час. поехал из Гатчино в Петербург и со станции прямо к Кшесинским. Это был последний вечер (цесаревичу предстояло укатить в военный полевой лагерь – А. Д.), но зато и самый хороший. Старшая сестра вернулась из оперы и ушла спать, оставив М. и меня сам-друг. Поговорили о многом по душе!

30 апреля. Расстались около 5 час. утра, когда солнце поднялось уже высоко. Делается совестно, проезжая мимо городовых. (Как строчила в дневнике Матильда Кшесинская, были случаи, когда цесаревич даже давал дежурящим на улице стражам порядка денежки, чтобы они его «не узнали». – А. Д.)

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

 

 

Далее молодых людей ожидало очередное расставание, которое Николай всерьез переживал, – но, судя по дневниковым записям, лишь в самые первые дни.

«3 мая. В военном стане в Капорским целый день ходил в грустном настроении. Настоящая тоска меня грызет!»

Цесаревич отплыл с родителями в Данию. За рубежом царское семейство пробыло до конца мая, а вскоре после возвращения в Россию, не задерживаясь в Петербурге, цесаревич уехал в лагерь на Военном поле под Михайловкой.

Состоятельная событиями и встречами «загранка», а потом столь любезные его сердцу армейские будни довольно быстро заслонили в голове Николая обольстительные воспоминания о свиданиях с Матильдой. Даже намека на нее в его записях за этот период – более двух месяцев! – не встречается.

«Похищение было свершено быстро и скрытно!»

Следующий этап «любовного сериала» начался в июле 1892 года.

«23 июля. После репетиции с батареей церемониального марша на Военном поле отправился совершать галоп до Алого и мимоходом заглянул в театр на репетицию. Весьма приятно провел часок с М. Кшесинской, которая мне положительно вскружила голову!

27 июля. В 2 ½ пополудни отправился в Алое на репетицию, которая затянулась. Вернулся в Михайловку к времени обеда, после чего поехал с Сергеем в театр. После постановки пересел в другую тройку без бубенчиков, вернулся к театру и, забрав с собою М. К., повез сперва кататься и, наконец, в большой военный стан. Ужинали впятером великолепно. Дело похищения было совершено быстро и скрытно! Чувствовал себя очень счастливым! Разъехались в шестом часу утра, солнце сияло высоко…

28 июля. Спать пришлось не много, что ж такое! Зато причина слишком хороша и для нее такого бдения даже немного… После завтрака сидел у себя и все время вспоминал про вчерашнюю ночь…

5 августа. Проводив Папа и Мама после визиты моего жилища в Михайловке до пересечения дороги с Ропшинским шоссе, поехал верхом в Красное в последний раз на репетицию в театре. Разговаривал с М. К., утешал ее перед разлукою, но, представляется, без пользы, тоска началась сильная!.. В 8 час. отправились на последний спектакль красносельского театра… Вечером покатал М. К. в тройке и неплохо простился с нею».

***

На сей раз цесаревич отсутствовал до середины декабря. Он снова участвовал в военных маневрах (теперь – под Ивангородом). Почти весь сентябрь провел с родителями в царских охотничьих резиденциях на территории Польши. Затем была поездка в Австрию, Грецию, и, наконец, длинное пребывание в Абас-Тумане – в гостях у брата.

В записях за этот период не чувствуется никаких признаков сожаления цесаревича по поводу отсроченной еще почти на месяц встречи с Матильдой. Значит, Николай в очередной раз «простыл», оказавшись вдали от симпатичной петербургской балерины? Хотя, судя по дневникам Кшесинской, переписка между ними в эти месяцы не прерывалась.

Вернувшись, наконец, в столицу, наследник престола не торопится возобновить свидания. Судя по записям, он увиделся с Матильдой в январе.

«3 января. Хотя я был дежурный офицер, Папа отпустил меня в арена. Шла смесь разных балетов, тем не менее было удачно. Наконец М. К. танцевала, и я остался ею очень доволен!

4 января. Посидев у Сандро, отправился на часок к М. К. Захватил Ю. тоже, было симпатично!»

Тот самый вечер

Настал момент решительного объяснения влюбленных. Дневниковая запись наследника о событиях этого дня, связанных с Кшесинской, весьма лаконична.

«8 января. В 6 ½ вечера поехал в Преображенский полк на месячный обед. Провел время прекрасно. Посетил М. К. и остался у нее длинно. Имели серьезный разговор друг с другом».

Зато у Матильды перипетии «серьезного разговора» расписаны во всех подробностях — она настаивала на интимной близости, Николай вроде бы пал, сказав пресловутое «Пора» и пообещал, что все свершится через неделю.

Подробно об этом — в нашей статье «Он сказал «Пора!»: кульминация романы Матильды Кшесинской и Николая»

Что же выходило с Николаем в эти дни, готовился ли он как-то к столь волнительному «мероприятию», думал ли о нем, предвкушал?

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

 

 

«9 января. Катались на коньках… Обед был семейный, после чего поехал во французский арена. Давали смешную пьесу… Лег спать наконец рано.

10 января. Вечером был разговор с Папа и Мама втроем. Мне разрешено приступить разузнавать насчет Аликс, когда буду в Берлине».

Очень интересно. То есть «амурные дела» с Матильдой его даже в этот этап не увлекали «с головой»? И в преддверии самых близких отношений с обворожительной балериной наследник престола продолжал думать о немецкой принцессе, не оставляя чаяний добиться все-таки успеха у Алисы Гессенской?

На следующий день цесаревич, действительно, отправился в Берлин, чтобы присутствовать на свадьбе меньшей сестры кайзера Вильгельма. «Представительский» визит Николая длился неделю, но за это время лишь однажды в дневнике упомянута его «гессенская мечтание», да и то лаконично, без эмоций.

«12 января. Видел Аликс в первый раз после 1889 года».

***

Ясно, что «подходы» Его Высочества по поводу возможности грядущей женитьбы на немецкой красавице не дали никаких результатов. Другой на его месте в подобной ситуации, глядишь, решился бы поскорее «заполнить вакуум». Тут самое пора выполнить обещание, данное Малечке! Однако цесаревич явно не спешил с этим. Прошел день, два, три после его возвращения в Петербург, но никаких рандеву наследника престола и балерины не случалось. Причем виновником этого был именно Николай. Создается впечатление, что он намеренно уклонялся от визита в дом сестер Кшесинских, находя предлоги заменить «решительную» встречу с Малечкой чем-то другим.

В дневниках — игра на бильярде, посиделки с гвардейскими офицерами, танцы,.. – это отлично, однако, если молодой человек по-настоящему увлечен девушкой и знает, что она его очень ждет… И не просто очень ждет! Да тут кинешь все прочие развлечения и помчишься на свидание! Однако Николай выкроил время лишь на шестой день пребывания в Питере. Гладко в тот день, на котором обрывается дневник Кшесинской — «Я надеялась, что он ко мне поедет, и поэтому спешила домой!

И он поехал.

«23 января. После чаю декламировал. В 7 час. был обед у дяди Алексея. Затем все поехали в Михайловский театр… Наконец удалось съездить к М. К…. Провел весьма симпатичное время с ней».

Судя по такой вполне стандартной формулировке, свидание было под стать прежним: никакого «эксклюзива». А следующий день опять очутился занят участием Его Высочества в великосветской жизни.

«24 января. В 10 ч. в Зимнем дворце начался первый Концертный бал. Было живо. Танцевал мазурку и ужинал со старшей княжною Горчаковой – очень напоминает М. К.»

Наверное, Малечка обрадовалась бы, прочитав эту ремарку: значит, ее позиции в сердце цесаревича сохраняются! А на вытекающий день настойчивая барышня и вовсе могла праздновать большую победу. Вот, пожалуй, главная цитата про роман Николая и Матильды.

«25 января, понедельник. Вечерком полетел к моей М. К. и провел самый лучший с нею вечер до сих пор. Находясь под впечатлением ее – перо трясется в руках!»

Никаких конкретных формулировок в этой будет корявой (от избытка эмоций?) записи Николая нет. Пусть каждый прочитавший ее делает выводы «в меру собственной испорченности». Желая… Кто-нибудь сможет объяснить, что могло произойти между двумя влюбленными такого, после чего у молодого человека даже полдня спустя длани трясутся от возбуждения? Обнялись-поцеловались? Так они (судя по дневникам Кшесинской) еще задолго до того подобным «грешили». Значит…

«Происходило гичири-пичири»

Начиная со знаменательного дня 25 января 1893 года «восхитительные» встречи цесаревича и танцовщицы становятся регулярными. Их количество даже можно при желании подсчитать, поскольку Николай скрупулезно фиксировал в дневнике каждое их рандеву.

«27 января. В 12 ч. вечера отправился к М. К., у какой оставался до 4 ч. Хорошо поболтали, посмеялись, повозились».

Пусть, однако это последнее слово не вводит в чрезмерный искус сторонников «максимальных» касательств Николая и Матильды. Ведь в дневниках наследника престола такой глагол используется в разных толкованиях. «На прогулке возились, скача и застревая в местах, где поглубже снег». «Сильно возились в бальной зале Зимнего дворца». «Возился дома с проверкой задач офицеров…»

«29 января. После обеда поехали в Мариинский арена в «Младу» – оперу-балет… Из театра отправился лишь на часок, к несчастью, к М. К.

30 января. Поехали во французский театр… Вернувшись домой, заехал в 1-й батальон, осмотрел почивающих солдат и отправился к М. К. Провел чудных 3 часа с ней!

31 января. Встал поздно, но очень в духе… Закусывали дома в 7 ½ час. Как раз в это пора начиналась «Спящая красавица», и думы мои были там, так как главным действующим лицом являлась М. К.!

1 февраля. В 10 ¼ вечера поехал… на бал в Морской корпус… Уехал в час и отправился к М. К. Беседа с ней имел острый характер, но все кончилось к лучшему.

3 февраля. После закуски поехал с тетей Мари в смешную пьесу… Привезши ее домой, отправился к М. К. и оттуда на тройке вчетвером (еще Юлия Кшесинская и барон Александр Зедделер, ее грядущий муж – А. Д.) поехали кататься на острова. Было чрезвычайно симпатично… Приехали к Зедделеру, у которого отлично поужинали. Попарно вернулись к ним (Кшесинским – А. Д.) в квартиру, где я оставался до 6 час. утра.

6 февраля. Уехал в 12 час. к дяде Алексею, хорошо поужинал у него и затем посетил мою М. К., где и оставался до 6 час. утра».

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

 

 

Завязались дни поста. Его Высочеству пришлось хотя бы на некоторое время держать себя «в строгости». А это в разгар любовных отношений с Матильдой было не попросту. Впрочем, как уже упоминалось выше, настоящий пост молодой Николай соблюдал лишь в первую и последнюю неделю. В конце зимы-начале весны наследник случается у Кшесинской почти каждый день.

Особо в описании цесаревичем дальнейших событий нас заинтересовало загадочное выражение «гичири-пичири».

«8 февраля. Великий пост!.. Необходимо теперь вести жизнь умеренную – ложиться и вставать рано!.. Началось говение. В голове носились не вальсы и кадрили, как прежде случалось после сезона, а больше музыка из «Спящей».

13 февраля, суббота. За обедней причастился Святых Тайн… Вечером окончили говение у всенощной.

14 февраля. В 7 ½ был родовой обед, после чего поехал во французский театр. Провел большую часть вечера у М. К.

15 февраля. Снова посетил М. К. и пять провел с ней время.

17 февраля. Вечером поехал к М. К. Пили шампузо вчетвером!

18 февраля. Пил чай наверху у Мама и затем съездил на два часа к М. К. – в заключительный раз был у них в старой квартире. (В это съемное жилье сестры переехали из отцовского дома по инициативе Малечки еще в 1892-м: предвидя будущие регулярные встречи с цесаревичем, она побеспокоилась «упорхнуть» из-под родительской опеки. Зимой 1893 года Маля и Юля переселились в более просторное и благоустроенное «гнездышко». – А. Д.)

20 февраля. В арена не поехал, зато отправился к М. К. и отлично вчетвером (с Юлией и А. Зедделером – А. Д.) поужинали на новоселье. Они переехали в новое жилище, уютный домик-особняк в два этажа… Весьма приятно иметь отдельное хозяйство и быть независимым. Засиделись опять до 4 час.

23 февраля. После домашнего чая поехал в полк на всеобщий обед… Оттуда отправился к М. К. Ужинали впятером с Преображенской. Потом происходило гичири-пичири (??? – А. Д.). Ночью, возвращаясь домой, длинно бродил пешком из-за отсутствия извозчика.

25 февраля. Пил чай дома и отправился к М. К., где ужинал по обыкновению и провел прекрасно время.

27 февраля. Провел вечер дома и затем отправился к М. К., где остался ужинать.

28 февраля. В 12 ¼ ночи поехал к М. К. к ужину… Вернулся домой в 5 час. утра.

3 марта. Уехал в 12 ½ ночи домой и, переодевшись, отправился к М. К. Остался до утра.

5 марта. После чаю я поехал к М. К. Отменно поужинали совместно. Приехал домой в 5 ч. утра.

8 марта. В 12 ½ поехал к М. К. к ужину; были Преображенские. Играли в макашку (в макао – А. Д.), веселился.

9 марта. Вернувшись из немецкого арены домой, поехал к М. К. Отлично поужинали довольно большой компанией. Приехал домой в 4 ¼ час».

***

Между тем подоспела дата в этой сердечной истории: миновал ровно год с того знаменательного вечера, когда цесаревич в первый раз пришел в дом Кшесинских и началось их сближение с Малечкой.

«11 марта. Вечерком отправился к М. К. Отлично поужинали, и все были очень в духе. Заехал к Зедделеру, поболтали и выпили. Так справил первую годовщину этого дня.

12 марта. Посетил М. К. и засиделся до 6 час. Вернулся домой с солнцем.

14 марта. После обеда повез Ксению к Воронцовым, у каких провели весь вечер. Вернувшись домой, отправился к М. К. Ужинали втроем, так как А. ушел на линию (в свой полк, расквартированный в Небольшой Вишере, – А. Д.). Провел ночь идеально!

16 марта. Поехал в последний раз к М. К. Ужинали вчетвером с Преображенской. Очень грустно было расставаться после двух месяцев лишь свидания».

Охлаждение

Разъезжать «по командировкам» наследнику престола приходилось много: того требовала армейская служба, а чаще – родительская воля. В половине марта 1893 года в месте с Папа и Мама Николай отправился из Петербурга в Крым. Расставаться с Матильдой в самый пыл их любви ему ох как не хотелось.

«18 марта. (В вагоне поезда по дороге в Севастополь. – А. Д.) По вечерам особенно думается о ком-то!»

Однако даже на таком «пике» касательств наследник престола, оказавшись вдали от предмета своих вожделений, быстро успокоился. Сердечные порывы его улеглись буквально в считаные дни, и дальней никаких намеков на «страсти по Матильде», на желание поскорее вновь вернуться в Петербург и увидеться с нею в его дневниках нет. Впрочем, Николай строчит, что хотел бы оказаться в столице, но причину указывает совсем иную.

«6 апреля. Спрашивал у Папа относительно срока моего возвращения в Питер. Он произнёс, что я должен остаться здесь, так как теперь очень редко наша семья собирается вместе. И очень душевно жаль, так хотелось опять увидать полк!»

***

Соскучился по товарищам-офицерам, дружеским беседам и пирушкам, по строевым упражнениям, но отнюдь не по женским ласкам. И это касается не одной лишь Малечки. Между строк дневника то же самое отсутствие мужских эмоций читается и применительно к иной вроде бы очень интересовавшей его девушке – Алисе Гессенской. Упоминаний имени ее в записях Николая не встречается ни разу за все эти месяцы. Остыл к немецкой принцессе? Или посчитал, что препятствия на пути к браку с нею чересчур велики?

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской 

фото: Александр Добровольский

Потрет Алиссы Гессенской.

 

 

Пожалуй, касательство молодого наследника престола даже к небезразличным ему женщинам можно уподобить взаимодействию бумажного листа и спички: когда пламя есть в отдалении, оно никак не влияет на листок, и лишь при их сближении огонь перекидывается на бумагу, и она вспыхивает. Пока их с Матильдой разделяли две тысячи верст, цесаревич оставался вполне безразличен к любовным похождениям. Но лишь только он вернулся в Питер, уже на следующий день состоялась встреча.

«18 мая. В 10 ч. поехали к Воронцовым… После провел вечер с М. К».

Подробностей, эмоций в записи нет. Однако, похоже «пламя» на сей раз не очень-то «разгорелось». Во всяком случае в последующие несколько недель упоминаний о новоиспеченных встречах с Кшесинской в дневнике найти не удалось. А накануне своей очередной «отлучки» из столицы (ему предстоял визит в Англию), Николай строчит, что не очень хочет уезжать потому, что «тяжко покидать полк и свой батальон как раз в самое деятельное время в лагере». Опять армейские заинтересованности и никаких «сердечных» причин!

Этот зарубежный вояж продлился более двух недель. После него в отношениях Матильды и Николая «ренессанса» не настало. То есть приязненность между этими двумя молодыми людьми еще существовала, однако весьма умеренная. Они встречались, но мимолетно, куце. Ни о каких свиданиях, затянувшихся до утренней зари, и речи уже не было.

Именно такой вывод напрашивается, когда читаешь дневник наследника престола за этот этап. Судя по всему, инициатором подобного «успокоения» стал именно Николай.

На фоне явного охлаждения к Кшесинской Николая вполне устраивала развеселая холостяцкая жизнь в военном лагере. Однако этой вольнице пришел конец. Совсем скоро императорское семейство отправилось в очередной раз к своим родственникам в Данию. Эти датские «каникулы» растянулись почти на два месяца,

Петербургская осень 1893-го, а затем и зима миновали для Его Высочества фактически в полном отстранении от когда-то столь очаровавшей его Кшесинской. Личных контактов с нею цесаревич уже не поддерживал, хотя сам же признавался в записях, что ему недостает человечьего дружеского общения.

Что стало причиной охлаждения? Из мемуаров современников мы знаем, что слухи о романе Кшесинской и Николая вовсю обсуждали в высшем свете. За наследником престола «из соображений безопасности» следили полицейские — о его поездках к Кшесинской было популярно и из этих источников. В общем, дело становилось слишком резонансным.

Но главное — цесаревич не оставлял мыслей об Алисе Гессенской. Впрочем, он неожиданно обратил внимание и на иную балерину.

«17 ноября. Обедал у дяди Миши и отправился в чудную «Спящую красавицу». Танцевала М. Кшесинская. Из театра прямо в Гатчино, куда приехал к 12 ½”.

Получив незапятнанно эстетическое удовольствие от балета, Николай даже не стал задерживаться в театре, не говоря уж о том, чтобы заехать, как бывало прежде, в гости к Малечке. Вместо этого – домой и почивать.

Наверняка Кшесинская очень переживала столь явное свое поражение в отношениях с Николаем. А тут еще у нее и на сцене объявилась опасная конкурентка, угрожавшая перехватить внимание заядлого театрала – цесаревича. Действительно, в его дневниках появились восторженные упоминания о новой балетной приме Мариинского арены.

«4 декабря. В 2 часа поехал на генеральную репетицию нового балета «Сандрильона». Дивно танцевала новая итальянка Пьерина Леньяни.

9 января 1894 г. Поспешили в хореография. Шла возобновленная «Катарина» с Леньяни, которая танцевал дивно. Я никогда не видел ничего подобного!

23 января. После закуски отправился в хореография. Шла опять «Золушка». Ходил на сцену и познакомился с Леньяни.

26 января. В 8 час. поехал с Мама, Ксенией и Сандро в театр. Был бенефис Леньяни в чудной «Коппелии». Поднес ей с дядями брошку».

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской 

Пьерина Леньяни.

 

 

Матильда на излете 1893 года все-таки попыталась предпринять «контр-наступление» и вернуть себе желая бы отчасти позиции в сердце цесаревича. В последние недели декабря ее имя вдруг замелькало в дневниковых записях Николая. И не просто замелькало, – он упоминает о нескольких длительных – ночь напролет, «загулах» в особняке Кшесинских. Истина, на эти пирушки собиралось многолюдное общество, и, судя по всему, никаких уединений с прежней возлюбленной у Его Высочества не было.

«10 декабря. 1893 г. В 5 ч. поехал из Гатчино в Петербург…Ужинал у М. К. развеселой компанией. Играли до утра в бакара, – проигрался.

22 декабря. Поехал послушать «Cavaleria rusticana» – шла отлично. Вечер у М. К.».

Тот декабрьский вечер в доме сестер Кшесинских, никаких деталей о котором Николай не сообщает, стал, похоже, последним настоящим свиданием в «лав-стори» цесаревича и балерины. Дальше в дневниках наследника престола имя Матильды встречается лишь несколько раз, да и то в связи с участием ее в хореографических спектаклях, которые он попосетил.

«Надеялся уже перестать быть холостяком»

Итак, судя по всему, чувства к «великолепной» Матильде решительно улетучились из сердца наследника престола.

Что же касается будущей российской императрицы, то в ноябре 1893 года Николай получил от объекта своих воздыханий послание, представлялось бы, окончательно поставившее крест на всех матримониальных планах.

«18 ноября. Утром вскрыл пакет, лежавший со вчерашней ночи на столе, и из послания Аликс из Дармштадта узнал, что между нами все кончено, – перемена религии для нее невозможна, и перед этим неумолимым преградой рушится вся моя надежда, лучшие мечты и самые заветные желания на будущее. Еще недавно оно казалось мне светлым и заманчивым и даже вскоре достижимым, а сейчас оно представляется безразличным!!! Ужасно трудно казаться спокойным и веселым, когда таким образом сразу разрешен проблема относительно всей будущей жизни!

31 декабря. Встретили Новый год у Мама… Должен сказать в заключение, что он, то есть 1893 год, слава Господу, прошел благополучно, но что я лично надеялся уже перестать быть холостяком. Но во всем волен один Бог Всемогущий!»

В этой записи и кроется основное возможное объяснение тем метаморфозам, которые произошли в отношениях между Кшесинской и Николаем во второй половине года. Наверное, цесаревич все-таки всерьез рассчитывал на успех своего сватовства к Алисе, и потому – чтобы быть незапятнанным перед будущей супругой — решил свести на нет приватное общение с балериной. Другой вопрос, на который теперь уже вряд ли удастся отыскать ответ, – чего было больше в таком решении: волевого усилия над собой или утраты элементарного мужского заинтересованности к Матильде?

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской 

Николай и Алиса Гессенская.

 

 

История помолвки Николая и Алисы Гессенской широко известна. Вроде бы после ее несогласия, присланного в ноябре, Николаю следовало начать поиски иной кандидатки в жены, но он не хотел сдаваться. Возможность как-то повлиять на ситуацию в собственном общении с принцессой появилась у него весной 1894-го. Николай Александрович был отправлен родителями в качестве представителя российской Императорской фамилии на очередную «королевскую» свадьбу в Германию.

«5 апреля. Кобург. Господи, что сегодня за день! После кофе около 10 час. пришли к тете Элле в комнаты Ерни (брат Алисы герцог Эрнст-Людвиг Гессенский – А. Д.) и Аликс. Она примечательно похорошела, но выглядела чрезвычайно грустно. Нас оставили вдвоем, и тогда начался между нами тот разговор, которого я давно мощно желал и вместе с тем очень боялся. Говорили до 12 час., но безуспешно. Она все противится перемене религии. Она, бедная, много плакала… Я душой утомленен сегодня».

Однако к делу сватовства подключилась после этого «тяжелая артиллерия» – приехавшие в Кобург на свадебное триумф английская королева Виктория – бабушка Алисы и ее кузен, германский император Вильгельм II. Благодаря общим стараниям все препятствия бывальщины, наконец, устранены. 8 апреля помолвка состоялась.

Одолеваемый любовной горячкой наследник престола даже забыл, вылито, о своем увлечений театром: в его дневниках не встречается записей о посещении спектаклей. И уж тем паче Николай отстранил от себя всякие напоминания о старом увлечении Кшесинской.

А сама Матильда, прекрасно понимая, что вернуть чувства цесаревича, помешать его женитьбе на Алисе Гессенской невозможно, отыскала в себе силы справиться с отчаянием и обрести новую опору в личной жизни. Эта волевая женщина уже вскоре сумела отыскать замену Николаю – причем тоже из семейства Романовых. А с людьми не «царских» кровей ей было теперь уже скучно.

«15 декабря. В дворянском собрании каждогодний большой маскарад в пользу Человеколюбивого общества. Я была предметом общего внимания и, не смотря на все это, я не веселилась, никто меня не интересовал. Если бы еще бывальщины Михайловичи (великие князья Сергей и Александр – А. Д.), мне было бы веселее. Раньше, даже год назад я бы очень осталась довольна этим балом, а сейчас я сделалась требовательнее, мне не может быть весело там, где только простые смертные».

 

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской 

Великий князь Сергей Михайлович.

 

 

Как раз один из упомянутых в этой записи великих князей – Сергей Михайлович Романов, дядя цесаревича, – сделался «утешителем» очаровательной балерины…

Судя по скупым упоминаниям событий в дневниковых записях самого наследника престола, серьезные взаимоотношения с Кшесинской у него были лишь на протяжении менее чем четырех месяцев зимы-весны 1893 года.

Лучшее в «МК» — в нашей куцей рассылке: подпишитесь на канал в Telegram

 

Смотрите фоторепортаж по теме: Матильда Кшесинская и цесаревич Николай: история в фотографиях

Опубликованы неизданные дневники Николая II о Матильде Кшесинской

39 фото

 

 

Александр Добровольский


Ответить