«По кадрам можно произнести — он был видным человеком»

Новость опубликована: 25.05.2017

«По кадрам можно сказать — он был видным человеком»

Племянник отысканного в Турции офицера Максим Редин рассказал «Газете.Ru», где родился, чем занимался в Ардагане и отчего умер его родной, а также какая связь между ним и калужской пастилой.

Что случилось с «Мегафоном»

 

Читайте также

  • Рубль накапливает силы на обвал

— Максим, вы считаете себя дальним родственником подполковника Ржепецкого, чьи останки были обнаружены на восходе Турции. Кем он вам приходится?

— Он был родным братом моей прапрапрабабушки Антонины Карловны Шидловской (урожденной Ржепецкой).

— Когда пролетарии откопали гроб, вы стали следить за этой историей, предполагали, что это может быть ваш родственник?

— Сначала я увидел новинка с фотографиями, ее мне прислала коллега по работе, которая знает о моих увлечениях генеалогией. Была мысль, что это он, но не было идеи, как это можно достоверно установить. У меня есть выписки из дела, которое хранится в РГВИА (Российский государственный военно-исторический архив. — «Газета.Ru»), о направленье пенсии вдове и дочерям Карла Ржепецкого. В нем указано, что он умер в 1894 году в Ардагане.

— То есть вы начали учить свое генеалогическое древо и узнали о Ржепецком еще задолго до недавних событий?

Реклама

— Да, это мой давний интерес, появившийся еще в раннем младенчестве. Моя бабушка, как раз по линии, к которой примыкали Ржепецкие, Елена Владимировна Ткаченко (урожденная Данилович), была дворянских корней. Она повествовала, что у ее отца и деда Даниловичей было поместье под Калугой. Дед, Владимир Егорович Данилович, был очень добрым человеком,

и, когда его поместье отобрали, крестьяне ходили просить за него в Калугу.

Деда оставили в живых, дали флигель в его же собственном доме… и после эта история подтвердилась: я встретился с дочкой одной из крестьянок, которая ходила за него просить. Но бабушка сказала мне: ничего не ищи, так как архив сгорел. Размышляю, что причина этих слов была в том, что ее отец, помещичий сын, всю жизнь бегал от советской власти по России, пытаясь скрыть свои дворянские корни, пока не ишак в Ногинске, где я и родился. Потом стало понятно, что никакой архив не сгорел и можно найти очень многое.

— То кушать до ваших поисков ваша семья не знала про фамилию Ржепецких?

— Нет, только Даниловичи, и все. Потом всплыла фамилия Шидловские, а после к ним присоединилась фамилия Ржепецких. Это старинный польский дворянский род. Первым у них в роду был Ян Ржепецкий, староста города Зволень. Его подпись стоит под актом на избрание короля Яна III Собеского в 1674 году. У него было немало потомков, в их числе Карл Иванович, сын военного лекаря. Некоторое время он служил в Ревеле, в гарнизоне, там же он женился на дочери сапожных дел искусника Йохана Ломана. Последнее место службы К.И. Ржепецкого — московский тюремный пересыльный замок, по сути, тюрьма. Почти все ребята родились в Ревеле, а их было много. Кстати, мальчиков крестили как католиков, по отцу, а девочек по матери — в лютеранство.

Четверо сыновей сделались военными.

— Что же вам удалось разузнать про Карла Карловича Ржепецкого?

— Образование он получил в Варшавском пехотном юнкерском училище, в 1864 году устроился на службу в Тобольский пехотный полк. В нем он дослужился до штабс-капитана, исполнял должность батальонного адъютанта. В 1872 году был командирован в город Скерневицы (Польша) для несения караульной службы при дворце генерал-фельдмаршала князя Барятинского. В 1877-м он был перемещён в 69-й Ташкентский губернский батальон.

Надо сказать, что в это время в Туркестане служили два его брата — Николай и Владимир. Причем Владимир был немало успешен в службе и дослужился до генерал-майора.

Карл Карлович участвовал в Алайском и Кульджинском походах, за что был награжден орденами Св. Станислава и Св. Анны.

— Как он угодил в 78-й Навагинский пехотный полк?

— В 1892 году, за два года до смерти, он был переведен в этот полк, по своему ли желанию или нет, я не могу произнести. Умер он от болезни, которая, как я понимаю, мучила его довольно давно, с 35-летнего возраста. Что такое воспаление спинного мозга, мне представить тяжело. В свидетельстве врачей, в котором решалось, необходимо ли ему отправиться в Россию для лечения минеральными водами, указано:

«При ощупывании позвоночника обнаруживается болезненность, начинающаяся между 1–2 поясничными позвонками и достигающая наибольшей мочи между 3–4… Жалуется на опоясывающую боль в пояснице… На основании данных объективного исследования мы приходим к заточению, что г. Ржепецкий страдает хроническим… воспалением спинного мозга».

Про жалованье — он получал 795 рублей в год, плюс столовых 666 и квартирных 354 рублевки.

Есть удостоверение от священника Ардаганской Армяно-Католической во имя Св. Богородицы церкви в том, «что мною похоронен в Ардаганском русском кладбище подполковник 78 пехотного Навагинского полка Карл Карлович Ржепецкий, Волынской губернии, Римско-католического исповедания, родившийся 10 августа 1847 года, женат, умерший 12 ноября 1894 года от кровоизлияния в мозгу, обусловленного хроническим воспалением спинного мозга».

— А популярно, чем он занимался в Ардагане до смерти?

— В 1893-м он был назначен командующим батальоном, потом — председателем полкового суда. Женат он был на дочери статского советника Елене Фердинандовне Каменской. У них бывальщины две дочки — Мария и Елена, которые вместе с мамой жили там, где служил отец, в том числе и в Ардагане.

«По кадрам можно сказать — он был видным человеком»

Дочь подполковника Ржепецкого Елена

Как сейчас выясняется, в Польше существуют потомки Елены Карловны Ржепецкой.

— Вы действительно занимаетесь изготовлением пастилы, как и ваши предки?

— Да. Моя прапрапрабабушка Мария Александровна Шидловская, племянница Карла Карловича, вышла замуж за Владимира Егоровича Даниловича, они вселились в имении Ермолово под Калугой, где Мария Александровна и занялась изготовлением яблочной пастилы. Об этом факте я ничего не знал, пока в 2005 году совсем случайно мне в руки не попала книга 1910 года — приложение к журналу «Прогрессивное садоводство и огородничество». Одна из тетрадок была отдана изготовлению пастилы в России. В ней с изумлением я прочитал:

«Лучшую пастилу в настоящее время изготовляет в Калуге госпожа Мария Александровна Данилович».

Это же моя прапрапрабабушка! А вот и рецепт, начинов пробовать. Для меня пастила — пример того, как плоды генеалогических изысканий могут быть применены практически.

— Как вы размышляете, остались ли фотографии подполковника?

— Вполне возможно. Наверняка в семье они были. Например, мои самые древние фотографии предков — это 1880-е годы. Жалко, что пока статью про Карла Ржепецкого иллюстрировать нечем, кроме как его фотографий в гробу. Хотя знаете, даже по этим кадрам можно произнести, что он был видным человеком, шатеном, с широким лбом, окладистой бородой и усами, шевелюрой.

— Что вы думаете о перспективе передачи останков Ржепецкого и его перезахоронении?

— Разумеется, нужно перезахоронить, не болтаться же ему где-то в музее! Нехорошо совсем.

Вопрос только, куда перевезти и где захоронить. Если польские внуки проявят настоящий интерес, то перезахоронение Карла Карловича Ржепецкого в Польше, на его исторической родине, могло бы стать очень неплохим актом в отношениях наших двух стран.


Ответить