Отчего советские пилоты избегали воздушного боя с немецкими асами в 1942 году

Новость опубликована: 23.06.2019

Отчего советские пилоты избегали воздушного боя с немецкими асами в 1942 году

Отчего советские пилоты избегали воздушного боя с немецкими асами в 1942 году

9 сентября 1942 года появилось секретное донесение на имя И. В. Сталина, подмахнутое заместителем Верховного главнокомандующего Г. К. Жуковым, заместителем Наркома обороны СССР по авиации А. А. Новиковым, членом Государственного комитета обороны Г. М. Маленковым и говорилось в нем вытекающее:

«…На основании многочисленных фактов пришли к убеждению, что наша истребительная авиация работает очень плохо. Наши истребители даже в тех случаях, когда их в несколько раз вяще, чем истребителей противника, в бой с последними не вступают. В тех случаях, когда наши истребители выполняют задачу прикрытия штурмовиков, они также в бой с истребителями противника не вступают и заключительные безнаказанно атакуют штурмовиков, сбивают их, а наши истребители летают в стороне, а часто и просто уходят на свои аэродромы…»

На основании донесения вышел распоряжение № 0685 от 9 сентября 1942 года «Об установлении понятия боевого вылета для истребителей». В приказе говорилось, что отныне летчикам истребительной авиации засчитываются военные вылеты лишь те, в которых сопровождаемые ими штурмовики или бомбардировщики не имели потерь. Сбитыми самолетами противника считать лишь те, какие подтверждены фотоснимками или наземными наблюдателями. За уклонение от боя летчиков-истребителей отдавать под суд и переводить в пехоту.

На фоне этого документа по-новому выглядят бесчисленные упоминания в мемуарах немецких летчиков о том, что советские истребители в бой с ними не вступали. Есть немало примеров, когда наши сухопутные армии терпели поражение из-за отсутствия авиационной поддержки. Летом 1942 года брошенная в наступление под Воронежем 5 танковая армия понесла огромные утраты от ударов немецкой авиации, а своих самолетов в небе танкисты не видели совсем. Притом, что поддержку должна была оказывать 1-я истребительная армия, в какой был 231 истребитель (это больше, чем во всем 4-м Воздушном флоте люфтваффе), а в составе Брянского фронта была еще и своя 2-я воздушная армия. Советские истребители в бой не вступали, в итоге штурмовики и бомбардировщики оказывались без прикрытия и тоже в бой не шли. Из-за этого летом 1942 года бомбардировщики Пе-2 вынужденно использовались по ночам, желая они были совершенно не приспособлены для такой работы.

Обычно все проблемы того времени в Советском Союзе объясняли качественным перевесом немецкой авиации и разбомбленным в самом начале войны советскими аэродромами. В 1942 году в Красной Армии действительно было весьма мало самолетов. Так, на 1 мая в действующей армии было всего 3160 исправных боевых самолетов (без учета 320 разведчиков и 375 ночных легких бомбовозов У-2), а также 1200 истребителей ПВО и до 400 боевых самолетов Северного, Балтийского и Черноморского флотов. Но им противостояли всего 1370 немецких, 205 финских, 165 румынских и 70 итальянских военных самолетов.

Соотношение сил на конкретных участках было не в пользу немцев. На 1 августа в составе 8-й армии было 454 исправных самолета (из них 172 истребителя), но в заинтересованностях фронта действовала и 102-я истребительная авиадивизия ПВО (85 истребителей). С немецкой стороны действовал 8-й авиакорпус, в котором было на тот же момент 96 истребителей и 234 бомбовоза.

Причин, по которым советские летчики избегали боя с немецким истребителями, было несколько. Конечно, это невысокий уровень подготовки советских пилотов. Большинство из них в 1942 году имели за раменами ускоренный курс летных училищ военного времени без присвоения офицерских званий. Их выпускали старшими сержантами.

Но основной вином все-таки следует считать качество истребителей. В 1942 году Красная Армии в основном имела на вооружении самолеты Як-1 и Як-7. Бывальщины истребители ЛаГГ-3 и МиГ-3, однако они все больше уже переводились в авиацию ПВО.

Истребители «Як» ценили за простоту и дешевизну производства. Самолет собирался из недефицитных материалов: каркас из стальных труб, обшивка полотняная, покрывало деревянное, также обтянутое полотном. Дюралюминий использовался минимально, лишь в некоторых узлах. Истребитель был прост в пилотировании, что позволяло его скоро освоить даже неопытным летчикам. Но все эти замечательные качества сильно обесценивали характеристики самолета. Какие бы цифры не приводились в защиту истребителя, в воздушном бою он безнадежно уступал «Мессершмитту». Разумеется, на «Яках» летали и асы, но большая часть пилотов отнюдь не имела такой подготовки и опыта, как немецкие летчики.

В книге «Дело всей жития» А. С. Яковлев, расхваливая свой истребитель, сравнивает его характеристики с немецким «Эмилем» (так называли модификацию Bf.109E). Но дело в том, что истребители Bf.109E бывальщины основными в люфтваффе в 1940 году, а к началу операции «Барбаросса» их оставалось менее половины. И главными противниками советских пилотов сделались «Фридрихи» (Bf.109F), скорость которых уверенно переваливала за 600 км/час, это на 50 км/час больше, чем у Як-1 и ЛаГГ-3. А с мая 1942-го на вооружение немцев сделались поступать еще более совершенные и скоростные «Густавы» (Bf.109G).

Понять советских летчиков-истребителей можно. Они не хотели вступать в безнадежный бой с заблаговременно известным результатом. И даже ценой своей жизни выполнить приказ все равно бы не смогли. «Мессеры» имели возможность не вступать в бой в бездоходной для них ситуации. Легко уходили от преследования и могли, связав советские истребители боем, расправляться с бомбардировщиками и штурмовиками. Тем более, что взаимодействия в атмосфере у советских пилотов не было, радиостанции имели только командирские машины. Ситуация изменилась лишь с появлением в больших числах новых истребителей Ла-5, а также поступлением в войска американских «Аэрокобр», на которых летали асы вроде Покрышкина.


Отчего советские пилоты избегали воздушного боя с немецкими асами в 1942 году