«Отправь жизнью и кровью спасать родную землю»

Новость опубликована: 20.11.2017

«Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

Белогвардейский танк «Генерал Дроздовский» и дроздовцы

Сто лет назад в столице Донского казачества Новочеркасске рождалась Добровольческая армия — основа будущего Белого движения, чьей основой послужила военная организация генерала Алексеева. К формирующимся частям примкнули освобожденные из заточения контрреволюционно настроенные генералы во главе с Корниловым и Деникиным. Несмотря на собственные разногласия, они вместе повели бескомпромиссную борьбу с большевиками.

«Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

  • Как научить детей финансовой грамотности?

  • Пенсионный индекс.Что нужно для того, чтобы ваша пенсия регулярно вырастала?

  • Представители ГАЗа заявили об «атаке» со стороны иностранного инвестиционного фонда Prosperity Capital

  • Ровно сто лет назад в эти дни интеллигенция медлительно приходила в себя от шока из-за переворота в Петрограде, большевики ломали головы над тем, как удержать власть, а оказавшиеся в смертельной опасности представители престарелой элиты и армии лихорадочно соображали, что делать дальше.

    Реклама

    В конечный успех большевистского предприятия тогда верили лишь колы. Даже сам Ленин – и тому масса косвенных подтверждений – в глубине души не рассчитывал править страной вяще месяца-другого. Пресса на Западе так и вовсе трубила о провале восстания уже через несколько дней после 25 октября (7 ноября по новоиспеченному стилю).

    Сохранились газетные карикатуры: «спаситель России» Керенский пинком вышибает куда подальше зарвавшегося большевика.

    В Англии и Америке не колебались, что дальше диалог вести придется с министром-председателем и его Временным правительством.

    На деле же Керенский и близок не был к реставрации. Если Ленин, Троцкий, Калинин и иные умели расположить к себе толпу, и несмотря на различия, были заражены общей, связывающей всех идеей, то Керенский итого за несколько месяцев пребывания на политическом Олимпе умудрился настроить против себя всех.

    От его нерешительности плевались в армии, над повадками и скрытой манией «бонапартщины» посмеивался истеблишмент.

    За несколько часов до взятия Зимнего и ареста министров Керенский уехал из столицы за военной поддержкой. Его «отшили» утилитарны все. Что характерно, единственного союзника бывший государственный лидер нашел в лице одного из самых неоднозначных армейских генералов Краснова, какой в годы Второй мировой сотрудничал с Третьим рейхом.

    «Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

    Генерал Лавр Корнилов и его соратники

    Альянс казачьего атамана и политика-либерала обернулся целейшим фиаско. Войска, памятуя о летнем аресте популярного в армии генерала Корнилова, в подавляющей массе отказались воевать за Керенского. Поход на Петроград после серии локальных стычек окончился в Гатчине заточением перемирия с красными. Казаки получили право беспрепятственно уйти на Дон, большевики взамен хотели арестовать зачинщика «контрреволюционного мятежа».

    Керенский на расправу все же не дался. Исчез из Гатчинского дворца, согласно поздним мемуарам, нарядившись матросом (а не в женское платье, как убеждала советская пропаганда). После бесплодных блужданий по ставкам контрреволюционных вождей он отбыл в эмиграцию.

    Новинки smi2.ru

    В Новочеркасске Керенский получил от ворот поворот от атамана Каледина, с которым раньше, еще на посту министра-председателя, имел серьезный конфликт. В этот город осенью 1917-го взялись стягиваться резко оппозиционные установившемуся режиму офицеры и юнкера, политики и деятели культуры, студенты и гимназисты. Добраться сюда из обнятой смутой центральной России было непросто.

    И если низшему составу еще как-то удавалось миновать красногвардейские кордоны и патрули, то командирам, чья наружность была известна противнику, для достижения цели приходилось прибегать к хитрости.

    «Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

    Узники Быховской тюрьмы — будущие лидеры Белоснежного движения на Юге России

    Например, генерал Деникин отправился в путь под видом польского крестьянина, а его ближайший единомышленник Корнилов пробивался с тяжкими боями, в которых его опору составили верные текинцы.

    Главных контрреволюционеров ценой собственной жизни освободил из Быховской темницы главнокомандующий Духонин. То был его последний приказ: совсем скоро этого офицера, который, в отличие от спасенных им, никогда не интересовался политикой, сместил назначенный Совнаркомом главковерх — прапорщик Крыленко. Среди высокопоставленных военных Духонин сделался одной из первых жертв новой власти. По пути из могилевской ставки в столицу его растерзала неуправляемая революционная толпа.

    В Новочеркасске Корнилову и Деникину поначалу бывальщины уготованы роли второго плана. Организованное сопротивление красным на юге России возглавил генерал Алексеев, участник свержения Николая II и затем главком Русской армией при Преходящем правительстве.

    Еще до большевистского переворота он создал так называемую Алексеевскую организацию — военное формирование, ставившее целью борьбу с враждебной политической силою, прекращение разложения армии и продолжение войны с Германией. Это было своего рода ответом авторитетного военного на появление при крупных предприятиях красногвардейских отрядов.

    «Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

    Первые лики Добровольческой армии: генералы, Михаил Алексеев, Антон Деникин, Сергей Марков (справа налево)

    То есть бывший начальство штаба Русской армии начал выстраивать параллельную армейскую структуру еще при Временном правительстве и официальном курсе на участие в Первой всемирный (на фронтах, правда, любая активность уже фактически прекратилась).

    Алексеев стремился привлечь под свои знамена добровольцев — наиболее идейных военных империи, разделявших его взгляды на дальнейшее устройство как армии, так и всей страны.

    Однако позже под грузом высоких потерь Добровольческой армии пришлось прибегнуть к насильственному рекрутированию крестьян и пленных. Но на первых порах командир мастерил ставку на личное желание солдат.

    Вопреки укоренившемуся в советскую эпоху стереотипу, Белое движение не состояло сплошь из бывших дворян, высших офицеров и казаков. Визави, представители знатных фамилий, равно как и крупные промышленники, с одинаковым недоверием отнеслись и к белым, и к красным, видя у них общую мишень — забрать власть. Многие из тех, кому «было, что терять», покинули Россию (временно или навсегда), не дожидаясь начала Штатской войны.

    Также большое заблуждение — считать военную силу Ленина и Троцкого «армией рабочих и крестьян». Царских офицеров тут, по крайней мере, на первых порах, было не меньше, чем в рядах противника.

    «Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

    Добровольцы у эшелона

    Костяк Добровольческой армии составил меньший офицерский состав и юнкера. Помимо идей, эти люди зачастую не имели за душой не то что поместий с крестьянскими душами, а и копейки.

    Рисковать было нечем, зато у Алексеева подавали жалование и регулярное питание.

    Помогали (поначалу) семьям убитых, финансово способствовали переправке на Дон. В условиях интенсивных действий многие стремительно вырастали в чинах, в рекордные сроки проходя путь от поручика до капитана и дальше.

    Немало было таких, кто вставал под добровольческие знамена из-за веры. Людей приводила в ярость антирелигиозная политика большевиков. Особую роль охотников Алексеева воспевал великий русский писатель Иван Бунин, имевший к организации самое прямое отношение. Добровольческую армию он находил «славнейшей и прекраснейшей страницей всей русской летописи».

    «Спасение в нас самих, в возврате к Божьему образу и подобию, надежда — на тех, какие этого образа и подобия не утрачивали даже в самые черные дни, — которые, испив до дна весь ужас и всю горечь крестных линий, среди океана человеческой низости, среди звериного рева: «Распни Его и дай нам Варраву!» —

    перед лицом неслыханного распутства родной земли, встали и пошли жизнью и кровью своей спасать ее, и повели за собой лучших ее сынов, лучший краска русской молодости, дабы звезда, впервые блеснувшая над темнотой и скорбью Ледяного похода, разгоралась все ярче и ярче

    — светом незакатным, путеводным и искупляющим несчастливую, грешную Русь!» — эти строчки принадлежат перу будущего Нобелевского лауреата, ярому противнику красных.

    «Пошли жизнью и кровью спасать родную землю»

    Генерал Антон Деникин и атаман Петр Краснов (другой и третий слева)

    Большим подспорьем для дела Алексеева послужило упомянутое выше освобождение быховских узников вопреки воле Совнаркома 19 ноября (по престарелому стилю). Высшие офицеры, цвет императорской армии, уже фактически приготовленные большевиками к казни, и распределили командные позиции. Марков, Лукомский, Эрдели, Романовский, Плющевский-Плющик — все эти и многие иные знаковые фигуры Белого движения поддержали летнее выступление Корнилова, подверглись аресту Временным правительством, а месяцы спустя избежали неизменной смерти от красных благодаря поступку генерала Духонина.

    Алексееву удалось ужиться в одной берлоге с другим мастодонтом – Корниловым, с каким он давно и жестко конфликтовал. В результате декабрьского разделения сфер влияния Михаилу Васильевичу отошли пост Верховного главу Добровольческой армии, финансы и политика, Лавру Георгиевичу — непосредственно управление войсками.

    На первых порах личный состав численно не дотягивал и до трех тысяч человек. Военное крещение формирование получило вскоре после своей дебютной комплектации —

    26 ноября состоявшая из добровольцев Георгиевская рота совместно с новочеркасскими казаками вступила в сражение с большевиками, захватившими власть в Ростове-на-Дону после вооруженного мятежа.

    На следующий день бои продолжились мочами Преображенского лейб-гвардии полка и Юнкерского батальона. Красные всегда превосходили врага в количестве, а уже первые столкновения стоили белоснежным до четверти войск, погибли все кадеты Одесского и Орловского корпусов.

    Несмотря на попытки белых поднять казаков-донцов, те не пошли за охотниками, заняв нейтралитет. По официальной версии, именно по причине их предательства в Новочеркасске застрелился атаман Каледин. Казачий демарш с горечью описывал в своих мемуарах генерал Деникин.

    Те же, кто сохранил верность добровольческой идее, впоследствии сделались «первопоходниками» — участниками Ледяного похода, в котором по сути и родилась та сила, которая едва не свергла большевиков.


    Ответить