Сергей Сырцов: как председатель Совнаркома желал свергнуть Сталина

Новость опубликована: 23.01.2020

Сергей Сырцов: как председатель Совнаркома желал свергнуть Сталина

Сергей Сырцов: как председатель Совнаркома желал свергнуть Сталина

Врагов Иосифа Сталина советская пропаганда обличала, не стесняясь в формулировках. До сих пор памятны уничижительно-жгучие эпитеты, какими наделяли Льва Троцкого, Николая Бухарина или позже – Андрея Власова. К Сергею Сырцову, задумавшему в 1930 году организацию комплота с целью свержения «любимого вождя» Советского Союза, долго присматривались, прежде чем пойти в решительную атаку.

Энергичный председатель Совнаркома РСФСР – то кушать глава российского правительства – был «своим», преданным марксистской идее, во имя которой он совершил немало кровавых дел. Но, как и многие большевики того этапа, крови на своих руках Сырцов не стеснялся. В отличие от глав всесоюзного Совнаркома, не смевших и слова сказать поперек Сталину, этот человек не робел перед весами и имел собственный взгляд на развитие страны, которую он, судя по всему, очень любил. Его основной мыслью было – «хозяин» ведет СССР не туда, сделалось быть, чтобы вернуть все в верное русло, нужно избавиться от «хозяина».

Дело было на Дону

У Сырцова – образцовая жизнеописание советского чиновника высшего ранга. 20-летним юношей он вступил в партию, когда до победы революции было еще вдали. Шел 1913-й. За социалистическую агитацию и пропаганду Сырцова при царском режиме помотали по тюрьмам и ссылкам. Но потом уже настало его время. Собственно Владимир Ленин направил Сырцову записку, в которой настоятельно призывал его поработать в Донской области.

Здесь приезжий большевик сделался ближайшим соратником одного из лидеров красного казачества, председателя Совнаркома Донской советской республики Федора Подтелкова. Однако заключительного вскоре схватили и казнили за расправу над предводителем белых казаков Василием Чернецовым. Сырцов же остался в степном краю и прогремел как один из инициаторов так называемого расказачивания. «Казачьим вопросом» он ведал до середины 1920-х, а затем включился в серьезную партийную труд на различных должностях. Сырцов не примкнул ни к одной из соперничавших внутри ВКП (б) группировок, одинаково борясь как с троцкистами, так и с представителями правой оппозиции – приверженцами Николая Бухарина и Алексея Рыкова. В 1927 году Сырцов – член ЦК, с 1929-го – кандидат в члены Политбюро и председатель Совнаркома РСФСР: поистине глянцевитая карьера. 

Сталин породил, Сталин и убьет

Надо полагать, сам Сырцов был о себе весьма высокого мнения. Едва возвысившись на советский Олимп, он без стеснения перешел к критике Сталина, которая открыто звучала из его уст с высоких трибун – неслыханная дерзость! Генсек длинное время не обращал внимания на выходки Сырцова, поскольку в определенной степени лично способствовал его выдвижению: кадр-то хороший, хваткий, квалифицированный. Как указывал журналист Леонид Млечин в своей книге «Сталин vs Троцкий», «отец народов» приметил Сырцова еще в этап его работы на Дону, и затем забрал его в аппарат ЦК руководить сначала учебно-распределительным отделом, а потом – агитационно-пропагандистским. Все это у сталинского протеже получалось на ура.

Однако Сталин не стерпел, когда Сырцов прилюдно наименовал его «тупоголовым человеком, который ведет страну к гибели». Чуть позже, в 1934-м, Сталин отдал приказ расправиться с Осипом Мандельштамом за стихотворение про «кремлевского горца». Стихотворца отправили в лагеря, откуда он уже не вернулся. Но Сырцов был, конечно, не Мандельштамом, да и Сталин в 1930 году не был еще так силен. Не исключено, что многих тогда подкупала «порядочность» российского «премьер-министра»: он собирался не сместить Сталина силовым путем, а легальным образом отстранить от руководства в партии.

Глава правительства России восстал против раскулачивания

«Нескладный, долговязый председатель Совнаркома РСФСР Сырцов, никогда не расстававшийся с портфелем, молодой твердокаменный большевик, человек мощной воли и большого тщеславия, стал душой московского заговора 1930 года, – писал известный эмигрантский беллетрист Роман Гуль. – Воспитанный духотой закулисной коммунистической борьбы, кость от кости партии, Сырцов все же не выдержал всероссийского погрома крестьянства, предпринятого Сталиным».

Иные авторы тоже резюмировали, что Сырцов, активно расправлявшийся с казаками, не смог смириться с политикой раскулачивания: он искренне любил русских крестьян, и еще в начине 1920-х стремился расселить их на исконных казачьих землях.

Памятуя о разгроме Сталиным внутрипартийной оппозиции, Сырцов при организации комплота тщательно конспирировался. Его окружали только люди, которым он бесконечно доверял: такие как бывший первый секретарь ЦК Компартии Грузии Виссарион Ломинадзе, Исаак Нусинов, журналист Александр Курс и иные. Ответственным за армию и флот в новом послесталинском правительстве заговорщики хотели назначить популярного маршала Василия Блюхера, прогремевшего на Дальнем Востоке. Пользуясь высоким положением, Сырцов аккуратно вербовал сообщников в различных эшелонах государственных структур. 

Предатель среди заговорщиков

И все-таки в одном человеке глава Совнаркома РСФСР катастрофически промахнулся. Один из ближайших сподвижников – некто Резников – не явился на решающее заседание координационного центра, где планировалось обговорить последние детали предстоящей операции по свержению Сталина. Когда после длинного и тщетного ожидания Сырцов задал резонный вопрос: «А где же Резников?», тот сидел в кабинете сталинского помощника Льва Мехлиса и строчил заявление о происках председателя российского правительства, который тайно пытается свергнуть Генсека.

В разгар заседания заговорщиков Сырцову внезапно позвонил Сталин и экстренно потребовал его на совещание в Кремль. Не подозревавший ни о чем глава СНК РСФСР послушно выехал. Уже с порога Генсек огорошил прибывшего вопросом в лоб: «Какое у вас сейчас было заседание?» Сырцов попытался соврать что-то о тракторизации колхозов, однако в ту же минуту из иной двери вышел Резников. Притворяться более не было никакого смысла.

Уже находясь под арестом, Сырцов заявил: «Сталин обратил крестьян в рабов, хищнически эксплуатируя страну новым установившимся в России крепостным строем».

По поводу дальнейшей судьбы Сырцова и прочих участников неудавшегося заговора в ближайшем кругу Сталина разгорелись ожесточенные дискуссии. Так, мечтавший занять сырцовское место Лазарь Каганович спрашивал расстрелять наглеца, посмевшего поднять руку на самого товарища Сталина. Однако победил Климент Ворошилов, стоявший на позиции, что бунтовщикам вытекает милостиво сохранить жизнь, но «бросить на низовку», иными словами, значительно понизить в должности.

Последние годы

В последующие годы Сырцов был на неприметной хозяйственной работе, служил директором провинциального завода. Из ЦК его, конечно, исключили. Ломинадзе пришлось довольствоваться постами начальника научно-исследовательского сектора Наркомснаба СССР, после парторга завода, секретаря Магнитогорского горкома ВКП (б). Так легко и непринужденно сталинистами был разгромлен «право-левацкий блок» – данное дефиниция дал любивший навешивать ярлыки Генеральный секретарь партии. В советские учебники истории поверженные противники Сталина вошли как «левые крикуши и политические уроды».

В дальнейшем чекисты не спускали с Сырцова глаз. Они периодически получали доносы о том, что экс-глава Совнаркома РСФСР, несмотря на свое льющееся скромное положение, по-прежнему переполнен политическими амбициями и позволяет себе неоднозначные высказывания, критикуя деятельность высшего руководства. В 1937-м Сырцова подхватили вновь. Теперь уже сотрудники госбезопасности, действовавшие, очевидно, с ведома Сталина. Церемониться не стали. На допросах Сырцов вел себя не в образец многим другим – смело и мужественно, в его словах звучал вызов чекистам, он категорически отказывался признавать себя в чем-то виновным. Стоически выдержал все истязания. Показательный процесс над ним проводить не стали. В закрытом режиме Сырцова осудили в течение 15 минут и разом же расстреляли.


Сергей Сырцов: как председатель Совнаркома желал свергнуть Сталина