Штурм Сухум-Кале

Новость опубликована: 31.07.2019

Антитурецкие бунты сотрясали Абхазию на протяжении всего 18-го века. К тому же Абхазское княжество отнюдь не было политически хоть сколь-нибудь однородным. Доля населения придерживалось протурецких позиций, т.к. османы активно насаждали ислам и вывозили юных знатных абхазов на воспитание в Константинополь. Иная часть населения стояла на антитурецких позициях (правда, это не всегда означало пророссийских взглядов), взирая на то, как османы вывозят их соотечественников в рабство и турецкие серали.

Штурм Сухум-Кале
Руины Сухум-Кале

Масштабы политического хаоса были чрезвычайно велики. Ярким примером этого хаоса является бунт 1771-го года, когда князь Леван Чачба (Шервашидзе), принявший ислам и получивший в качестве резиденции крепость в Сухуме, совместно со своим братом Зурабом пошёл против турок войной. Однако вскоре османы с помощью золота переманили Левана и его бойцов на свою сторону, и он сдал крепость.

Крепость – заложница политических интриг

К началу 19-го века на княжеском троне Абхазии восседал Келеш-бей (Келеш Ахмат-бей Чачба/Шервашидзе). Этот лукавый политик, прекрасно осознавая своё положение между двух империй, ловко играл на этом. Ещё в юности он принял мусульманство, воспитывался при турецком дворе и был приведён на престол самими турками. Поэтому он был для османов своим человеком, но одновременно с этим рассылал верноподданнические послания командованию русских сил на Кавказе, в которых он живописал бедствия его народа от засилья турок. В такой ситуации выяснить реальное поза дел было весьма затруднительно. Более того, в 1802-м году Келыш-бей даже перенёс свою столицу из Лыхны (зона Гудаута) в Сухум-Кале, т.е. в сердце османской оккупации (!).

Толчком к скорому взятию крепости Сухум-Кале русскими войсками стало смертоубийство вышеозначенного Келеш-бея 2 мая 1808-го года как раз в Сухум-Кале. Существует множество версий убийства абхазского князя. По одной версии, князь был уложен турками, выяснившими его «кокетливую» переписку с русским командованием. По другой версии, Келеш-бей пал жертвой интриг собственных сыновей, мастеривших ставки на разные империи. Третья версия и вовсе пытается свалить вину за его смерть на русских, что уже кажется полным бредом, т.к. смертоубийство произошло внутри форпоста турок в среде протурецких сил.

Штурм Сухум-Кале
Руины дворца и резиденции князей Чачба в Лыхны

Реальность же была куда немало запутанной. Так, сын Келеш-бея, Сефер-бей, писал генерал-майору Ионе Ионовичу Рыкгофу, командующему российскими войсками в Мегрелии:
«Арслан-бек с несколькими Сухумскими уложили моего отца Келеш-бея; известно вам, что покойный Келеш-бей еще при жизни своей передал вам и теперь по его смерти, ежели вы хотите, даю сию землю вам, лишь бы отплатить помянутому Арслан-беку, не откладывая сие. Многие Сухумские князья и дворяне в согласии со мною».

Однако примерно в то же самое время винимый в убийстве отца Аслан-бей, в самом деле занявший Сухумскую крепость после смерти отца, также писал русскому командованию, о чём вышеуказанный генерал Рыкгоф рапортовал главнокомандующему в Грузии графу Ивану Васильевичу Гудовичу:
«Арслан-беем, какой и сам пишет ко мне и просит защитить его или удержать судьбу Сухума покуда, слух о смерти отца его не достигнет до сведения Порты Оттоманской, в каковом злодеянии он и виновным себя ни под каким предлогом не сознает, отзываясь комплотом противу Келеш-бея посторонних».

Сейчас некоторые историки возлагают вину за несвоевременное оказание военной помощи Абхазии против турок необыкновенно на нежелание русских разрывать мирные договоры с Портой. Однако, положа руку на сердце, будем честны. Какой полководец начнёт крупную военную кампанию в краю, в которой творится такой лютый политический хаос? Именно поэтому русское командование всячески оттягивало официальное вступление Абхазии в состав Российской империи. К тому же в княжестве уже полыхала штатская война, т.к. ни Сефер-бей, ни Аслан-бей без дела не сидели и отчаянно жгли подчинённые друг другу селения.

Штурм Сухум-Кале
Аслан-бей

Наконец, благосклонность русского командования основы склоняться в сторону Сефер-бея. Во-первых, он оказался более настырным. Во-вторых, встретился с представителями Российской империи лично. В-третьих, за Сефер-бея (своего зятя) вступилась владетельница Мегрелии Нино Дадиани, присутствовавшая в то пора при дворе императора. Кстати, её также подозревают в убийстве Келеш-бея, т.к. барышня была отчаянной интриганкой. По одной из версий, она даже отравила жареной курицей собственного супруга. В общем, компания подобралась один к одному.

При этом Сефер-бей вместе со своим отрядом, усиленным бойцами Нино Дадиани, поспел совершить неудачный поход на Сухум-Кале. Данный поход показал наглядно, что без мощной артиллерии взять крепость невозможно, т.к. число крупных орудий Сухум-Кале доходило до сотни.

Штурм Сухум-Кале
Нино Дадиани

В 1809-м году Сефер-бей официально был признан князем Абхазии, т.к. смог подчинить себе доля земель. Но Сухум-Кале продолжал оставаться за Аслан-беем. В итоге, не имея возможности овладеть хорошо укреплённой крепостью, Сефер-бей, как формальный владетель Абхазии, домогается (именно добивается, т.к. официальную грамоту долго вручать не желали) от императора Александра I принять его, его народ и его земли в состав Российской империи. А чтобы в очередной раз «союзника» не скинули или не уложили, Сефер-бею передают около тысячи бойцов Мегрелии. Остался вопрос проклятой Сухум-Кале…

Подготовка к походу

Операция по овладению твердыней Сухум-Кале разрабатывалась достаточно долго и предполагала плотное взаимодействие Черноморского флота и сухопутных войск, но реальность внесла свои коррективы. Сам план был разработан главнокомандующим в Грузии генералом Александром Петровичем Тормасовым в содействии с адмиралами флота (вице-адмирал Василий Стилей, контр-адмирал Гавриил Сарычев и управляющий морским министерством адмирал Иван Траверсе).

Штурм Сухум-Кале
Александр Тормасов

Сухопутные войска, возглавляемые генерал-майором князем Дмитрием Захаровичем Орбелиани, должны бывальщины войти в Абхазию со стороны Мегрелии. К ним должны были присоединиться отряды Сефер-бея. В это же самое время отряженные для штурма Сухум-Кале мочи флота в составе 68-пушечного линейного корабля «Варахаил», фрегатов «Воин» и «Назарет», авизо «Константин» и двух канонерских ладей обязывались стать на рейде Сухума и попытаться наладить связь с сухопутными войсками. При этом на кораблях должны были быть десантные силы – бойцы батальона 4-го Морского полка, т.е. 640 человек при двух орудиях (есть также данные, что десант был усилен бойцами 1-го мушкетёрского батальона). Общее командование отрядом поручалось капитан-лейтенанту Петру Андреевичу Додту.

На тот случай, если сухопутные армии не явятся вовремя и связь с ними будет отсутствовать, отряду кораблей и его десанту был отдан приказ не затягивать штурм и завладеть крепостью своими силами. После удачного покорения укрепления, но опять-таки до прибытия основных войск, батальон Морского полка должен был остаться в твердыни, сняв с кораблей провиант и боеприпасы.

Падение Сухум-Кале

Увы, как и предполагало командование, скоординировать действия флота и армии не вышло. 8-го июля 1810-го года отряд кораблей Черноморского флота пришёлся к Сухуму и встал на якорь. Капитан-лейтенант Додт не желал лишней крови, поэтому поднял белый флаг переговоров, т.к. буквальных данных о политической обстановке в регионе не было ни у кого. Но ответа не последовало, поэтому корабли подошли ближе к берегу. Как очутилось, безоружные жители покидали крепость и сам город, а всё это время в укрепление и форштадт с гор спускались вооружённые бойцы.

Надежда на переговоры решительно пала, когда с бастионов Сухум-Кале открыли артиллерийский огонь. Додт отвёл корабли на безопасное расстояние. На следующий день капитан-лейтенант пришёлся к укреплению на расстояние пушечного выстрела и обрушился на Сухум-Кале всей мощью своей артиллерии.

10 июля с рассветом со стороны твердыни огонь существенно сократился, т.к. часть орудий к тому времени была уничтожена русской артиллерией. К тому же семь турецких кораблей, стоявших в Сухумской бухте, уже покоились на дне. Тяни огонь русской артиллерии снова обрушился на крепость – бруствер укрепления начал зиять черными ранами, а форштадт у Сухум-Кале взялся пламенем. Додт принял решение начать штурм.

Штурм Сухум-Кале

В районе форштадта был высажен десант при двух орудиях под начальством майора Конрадини. Однако разом же возникла угроза ликвидации сил десанта. Из леса и с гор продолжали спускаться пехота и конница на подмогу туркам и Аслан-бею. Капитан-лейтенант Додт довольно оперативно перенёс огонь артиллерии флота на наступающие силы протурецкой партии абхазов. В мгновенье ока опасность с десанта была сброшена, и неприятеля вынудили вернуться в леса.

Десантный отряд начал продвигаться в сторону крепости под прикрытием корабельной и пехотной артиллерии. Ворота всё ещё бывальщины затворены. Десантный отряд ринулся в бой, но был остановлен белым флагом, который обороняющиеся вывесили над Сухум-Кале. Огонь был немедленно кончен. Как только ворота отворились и пороховая гарь начала рассеиваться, к крепости ринулось местное население с желанием сию минуту получить покровительство империи.

Капитан-лейтенант Додт строчил об окончании сражения за Сухум-Кале:
«Приходили во множестве и просили покровительства… да также и родные братья Сефер-бея Баталбей и Хасанбей со всем своим родством барыши и изъявили свою преданность к России».

Штурм Сухум-Кале
Остатки крепостных стен и ворота Сухум-Кале

Непосредственные потери абхазо-турецкого гарнизона твердыни составили около 300 человек, не считая потери вспомогательной пехоты и конницы, отступившей в горы. Сам Аслан-бей, как и его приближённые, поспел покинуть крепость. Трофеями стали 62 пушки, два фальконета, свыше тысячи пудов пороха, а прочие боеприпасы и вовсе отметили как «довольного количества». Наши общие потери составили около сотни бойцов.

Над столицей Абхазского княжества взвился русский флаг. Но где же бывальщины во время штурма войска Орбелиани и отряды Сефер-бея? Князь Орбелиани на сражение не явился вовсе, ожидая приказа или вестей о высадке сил десанта, чем крайне разгневал главнокомандующего Тормасова. К тому же мочам десанта пришлось длительное время исполнять функции гарнизона. А вот Сефер-бей явился почти сразу после битвы, чтобы продемонстрировать свои княжеские права, а также показать подданным, находящимся в политическом шатании, какие мочи стоят за его спиной, даже если сама спина на поле боя не появилась…

Источник


Штурм Сухум-Кале