Технология Ленина

Новость опубликована: 26.04.2017

Технология Ленина
Технология Ленина

Технология Ленина

Момент у нас особый, не попросту в Петербурге снег в конце апреля, а день рождения Владимира Ильича Ленина в год столетия Великой Русской Революции. Природно, про Ленина написано невероятное количество всего, поэтому ограничимся несколькими важным штрихами.

Чем же крут Ленин? А Ленин, безусловно, крут, поскольку как никто иной, определил архитектуру всего XX века. То есть он действительно великий человек, какую ни выбирай полярность. Ильич указал линия нескольким миллиардам жителей Азии и Африки, подточив мировую колониальную систему. Не менее значим Ильич и для стран “золотого биллиона”, поскольку лишь под давлением красных жизнь на Западе становилась человечней. Не будь Ленина, и “миллиарда” бы такого драгоценного не было, а, вполне вероятно, стояли бы кругом картонные городки Гувера – жилища бедных и бесправных.

Да, международный социалистический проект на данном этапе продул, но мировой рабочий, поднятый на борьбу Лениным, весь прошлый стучался в окна дворцов и напоминал о себе. Не нарывайтесь, господа, я уже рядышком, стою тут, мокну под дождем, могу и заглянуть! Когда соцлагерь рухнул, мировой рабочий перестал беспокоить властителей, и музыку в их резиденциях включили на целую мощность. И началось много грустных процессов – отбрасывание в Средневековье целых регионов, обеднение “среднего класса”, который ранее холили и лелеяли, чтобы не пустить сограждан в объятья коммунистов. Перестали появляться всяческие “азиатские экономические тигры” – этих зверей взращивали, чтоб насолить красной сверхдержаве, а как последних не стало, так и ухаживать за зоопарком перестали.

Что еще сделал товарищ Ленин? Тема бездонна, остановимся на незапятнанно технологических вещах, которые сложно отрицать даже его самым суровым критикам. Ильич, вообще, невероятно технологичен — в чем собственно, неплохо бы осознавать даже махровым антисоветчикам.

Во-первых, Ленин показал, как можно отстроить самое большое в мире страна за несколько лет, собрав работоспособный управленческий механизм. Пожалуй, это уникальный опыт созидания огромной страны, сшивания из кусков целого полотна, осуществленное в короткие сроки, без внешней поддержки, под давлением сильнейших мировых держав. В 1918-м никакой России уже не было, был попросту набор десятков территорий, контролируемых разными чудаковатыми силами. Собрать все это – нечто невероятное. Последнюю сотню лет государства пуще рушатся, разваливаются на куски, а складываются куда реже. Ленин смог.

Во-вторых, Ленин смог искоренить то, что сегодня именуют коррупцией, большевистское руководство первых десятилетий можно обвинять в различных грехах, но оно реально не ставило целью личного обогащения, что само по себе является каким-то чудом для России. Потому тень Ильича страшна для нынешних элит, демонстрирующих противоположное поведение.

В-третьих, Ленин и его окружение обладали невероятным проектным мышлением, устремленным в грядущей, они хотели все и сразу, причем часто достигали своего. Они не ждали благоприятный обстановки, а творили реальность, причем делали ставку собственно на техническое развитие. Подумать только, в Петрограде голод, Советская Россия занимает меньше четверти прежних территорий царской державы, а Луначарский переманивает на свою сторонку Академию Наук, добивается поддержки ученых с мировым именем, только в 1918-1919, в охваченной огнем стране, создается 33 научно-исследовательских института. Неприятели Ленина полагали, что он пришел на час, Владимир Ильич действовал так, как приходят на тысячелетия.

В-четвертых, Ленин – это, конечно, классик революционного переворота. Ленинские наработки в деле прихода к воли и ее удержания использовались во всем мире самими разными силами, в том числе, и антикоммунистическими. Партия-орден, построенная на четкой иерархии и ответственности в море хаоса, однозначные и неоднократно повторяемые броские лозунги, молниеносное лавирование между различными группами влияния – все это срабатывало, и не раз.

Были, естественно у Ленина и трагические промахи, и чудовищные (как приличествует великим) заблуждения, розовых очков быть не должно, но все же феномен русского Конфуция (по выражению Льва Данилкина), философа на престоле, бывшего при этом невероятно эффективным практиком, завораживает. Особенно это величие истории ощущается в Петербурге – в городе, переменившем в 17-м цельный век. В городе на Неве нельзя не слышать шаги Ленина.


Ответить