Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

Новость опубликована: 28.02.2019

Кто в России и иных бывших республиках Советского Союза не знает величайшего подвига защитников Брестской крепости? Но в конце июня 1941 года на западных рубежах СССР случилась еще одна битва, по героизму участников и общему масштабу трагедии вполне сопоставимая с обороной Бреста.

Сегодня Зельва – городской поселок в составе Гродненской районы Белоруссии, с населением в 6 678 человек. Основанная в XV веке, Зельва видела многое за несколько столетий своего существования. В 1795 году, по итогам третьего разоблачила Речи Посполитой, Зельва вошла в состав Российской империи. Так началась ее «российская» история, растянувшаяся на сто с лишним лет. В 1921 году, по Рижскому миролюбивому договору, Зельва вошла в состав Польши, но уже в 1939 году стала советской и была включена в состав Белорусской ССР. Поселок есть на небольшой речке Зельвянке – притоке Немана. Именно здесь в конце июня 1941 года развернулись ожесточенные бои РККА с надвигающимися силами вермахта.

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

Советским Западным фронтом, созданным на базе Западного особого военного округа, командовал к моменту описываемых событий генерал армии Дмитрий Павлов. Это был одинешенек из опытнейших советских военачальников, начавший службу еще в российской императорской армии и дослужившийся там до старшего унтер-офицера.

За плечами Павлова бывальщины Первая мировая война, Гражданская война, борьба с басмачеством в Средней Азии, участие в боевых действиях на КВЖД, штатская война в Испании, бои на Халхин-Голе, советско-финская война. Фактически Дмитрий Павлов воевал всю сознательную жизнь, дослужился до начальника Автобронетанкового управления Алой Армии, а в июне 1940 года, за год до начала войны, получил назначение на должность командующего войсками Белорусского особого военного округа (с июля 1940 года – Западный особый военный округ).

Под командованием Павлова были входившие в состав Западного фронта соединения – 3-я армия (4 стрелковые дивизии и механизированный корпус) под командованием генерал-лейтенанта Василия Кузнецова, дислоцировавшаяся в зоне Гродно; 4-я армия (4 стрелковые, 2 танковые и 1 моторизованная дивизии) под командованием генерал-майора Александра Коробкова, занимавшая позиции в округах Бреста, и 10-я армия (6 стрелковых, 2 кавалерийские, 4 танковые и 2 моторизованные дивизии) под командованием генерал-майора Константина Голубева, занимавшая позиции в зоне Белостока и близлежащих населенных пунктов.

В районе Белостока войска 10-й армии Западного фронта располагались в своеобразном выступе, имевшем бутылочную конфигурацию. Штабы входивших в состав 10-й армии соединений размещались западнее Белостока. В районе Визны находился штаб 1-го стрелкового корпуса, в Белостоке – 6-го механизированного корпуса, в Ломже – 6-го кавалерийского корпуса, в Бельске – 13-го механизированного корпуса, а в Замбруве – 5-го стрелкового корпуса.

На третий день брани уже не было никаких сомнений в том, что немецкие войска, охватив Белостокский выступ, полностью окружат части и соединения армий Западного фронта. Потому примерно в полдень 25 июня 1941 года командования 3-й и 10-й армий Западного фронта получили приказ от командования фронтом отходить на восток. Предполагалось, что 3-я армия пойдет на Новогрудок, а 10-я армия – на Слоним. 27 июня советские войска ушли из Белостока, и собственно отступление 10-й армии и повлекло за собой ожесточенные бои в районе Волковыска и Зельвы.

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

Невиданный прежде накал битвы в районе Зельвы объяснялся тем, что поселок стоит на шоссе Белосток – Волковыск – Слоним. Собственно по нему, единственной дороге, двигались в июне 1941 года советские войска, отступавшие из «Белостокской западни». Сотни тысяч красноармейцев, бронетехника, грузовые и легковые автомашины, тягачи с артиллерийскими орудиями, обозы и телеги с беженцами шли на восток по Белостокскому шоссе. Пилоты самолетов – разведчиков люфтваффе доносили командованию, что колонны советских войск растянулись более чем на шестьдесят километров.

Части и соединения 3-й, 4-й и 10-й армий РККА были обступлены в Белостокско-Минском котле группой армий «Центр», которой в тот период войны командовал генерал-фельдмаршал Федор фон Бок – кадровый офицер, представитель немецкой знати. По иронии судьбы, мать Федора фон Бока Ольга имела русские корни – оттуда и имя «Федор», которое при рождении получил немецкий генерал-фельдмаршал.

Из «Белостокской западни», в какой оказались части и подразделения Красной Армии, был только один выход – через Зельву. И немецкое командование, само собой, разрешило этот выход перекрыть, не дать красноармейским частям отступить на восток. У Зельвянки были сосредоточены внушительные силы вермахта.

Разумеется, в советское время не очень любили вспоминать историю битвы у Зельвы. Ведь одно дело – героическая оборона, будь то Брест или Сталинград, и совершенно другое – бои при отступлении войск. Но ведь от этого советские солдаты не дрались менее отважно, не совершали меньше подвигов. И оценки той сторонки, стороны противника, красноречиво свидетельствуют о том, какая великая драма разворачивалась в конце июня 1941 года в районе Зельвы.

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

Одинешенек из офицеров вермахта впоследствии вспоминал, что никогда не видел более страшной картины, чем тогда, под Зельвой. Кавалерийские сабельные эскадроны РККА мчались на пулеметный моторизованный батальон, а это – 50 пулеметов! Немецкие пулеметчики повстречали красную конницу массированным огнем. Те красноармейцы, которым удавалось дорваться до вражеских мотоциклов, рубили в кровь немецких пулеметчиков. Бойцы вермахта, в свою очередь, косили из пулеметов красную конницу. Вся округа была оглашена ужасными звуками, и страшнее итого было ржанье лошадей, погибающих под огнем немецких пулеметов. Даже бывалые немецкие вояки признавались, что это была подлинно душераздирающая картина, после которой им очень долго пришлось приходить в себя.

На самом деле, подвиг советских красноармейцев под Зельвой впечатляет. Начнем с того, что советским армиям, которые находились в бедственном положении, были лишены общего командования, а связь между подразделениями отсутствовала, все же удалось намести единый удар по немецким соединениям. В мощном ударе принимали участие пехота, кавалерия, артиллерия, танки и даже два бронепоезда Рабоче-Крестьянской Алой Армии.

Первыми в сторону Слонима рванулись бойцы отдельных полков, которыми командовал комбриг Сергей Бельченко. Другой прорыв начал сводный батальон под командованием начальника разведки 10-й армии полковника Смолякова. Вместе с прорывающимся батальоном из окружения пытались выйти и останки штаба 10-й армии, в том числе генерал-лейтенант Дмитрий Карбышев.

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

Наконец, 27 июня 1941 года на прорыв пошли доли под командованием полковника А.Г. Молева. В этот раз в прорыве участвовала не только пехота, но и артиллерия, танки, кавалерийский полк и бронепоезд, какой прибыл в Зельву из Белостока. Немецкое командование успело направить мощные силы на перекрытие единственной дороги, ведшей на выход из окружения. Грянул ужасный бой. О том, что творилось под Зельвой, свидетельствует хотя бы тот факт, что среди немецких убитых попадались трупы с перегрызенным горлом. Никогда прежде полковые доктора вермахта с такими повреждениями не сталкивались. Советские солдаты дрались не на жизнь, а на смерть, понимая, что ждет их в случае плена.

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

В бою под Зельвой погиб генерал-майор Михаил Георгиевич Хацкилевич – командир 6-го механизированного корпуса. Участник Штатской и советско-польской войн, Хацкилевич получил назначение командиром корпуса в 1940 году. В кратчайшие сроки новый комкор вывел свое соединение в число лучших в округе.

Когда 24 июня корпус Хацкилевича получил распоряжение командующего фронтом Павлова нанести контрудар по наступавшим частям вермахта, танкисты корпуса отважно рванулись в бой против немецкого 20-го армейского корпуса. Но немцам, имевшим безотносительное превосходство в авиации, удалось вскоре остановить наступление корпуса, хотя советские танкисты смогли оттянуть на себя импозантную часть наступающих дивизий вермахта.

25 июня 1941 года стал последним днем в жизни генерала Хацкилевича. В зоне деревни Клепачи Слонимского района отступавшие советские войска столкнулись с немецким заслоном.

Вместе с нами под Зельвой прорывались из окружения останки какого-то танкового соединения, в котором остался всего один танк Т-34. Командовал им генерал в танкистском комбинезоне. Когда мы отправь на прорыв, генерал сел в танк и тот устремился вперёд. Танк раздавил гусеницами немецкую противотанковую пушку, прислуга успела разогнаться. Но, на беду, он двигался с открытым башенным люком, и немецкий солдат бросил туда гранату. Погиб экипаж танка и генерал совместно с ним,
– вспоминал последние минуты жизни генерал-майора Хацкилевича участник боев под Зельвой В. Н. Пономарёв, служивший телефонистом в 157 БАО 126-го истребительного авиационного полка.

Там же, в деревне Клепачи Слонимского зоны и похоронили погибшего генерала. Он пал в бою – неизвестно, что тогда было лучше, поскольку попавших в плен к немцам тоже не ждало ничего неплохого, как и тех командиров, кто все же смог выйти из окружения.

Несмотря на огромные потери, остававшимся в живых красноармейцам все же удалось прорвать немецкие заслоны и вырваться из «Белостокской западни». Казачий полк почти в целом составе лег в бою, но удивительным образом удалось сохранить его полковое знамя. Оно было спрятано под мостом через Зельвянку, а уже в послевоенное пора передано в Минский музей Великой Отечественной войны.

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла

Бои на западных рубежах Советского Союза продолжались. И стоили они нашей краю не один десяток тысяч человеческих жизней. Практически в полном составе лег в боях в районе Гродно 6-й казачий кавалерийский корпус имени И. В. Сталина, каким командовал генерал-майор Иван Семенович Никитин.

В июле 1941 года командир корпуса был захвачен в плен. Его перевезли во Владимир-Волынский стан для военнопленных, а затем в концлагерь в Хаммельсбурге, откуда перевели в Нюрнбергскую тюрьму. Даже в заключении Никитин не собирался сдаваться, пытался создать подпольную группу, и, в крышке концов, в апреле 1942 года был расстрелян немцами.

Страшную смерть принял вырвавшийся из Белостокского котла, но попавший в плен под Могилевом генерал-лейтенант Дмитрий Карбышев, какой, собственно, оказался в расположении Западного фронта лишь потому, что незадолго до начала войны отправился в служебную командировку – инспектировать стройка фортификационных сооружений 68-го Гродненского укрепленного района. Карбышева в бессознательном состоянии захватили в плен. Всю войну он провел в немецких концлагерях, пока в феврале 1945 года не был замучен в концлагере Маутхаузен.

Впрочем, трагический крышка ждал и нескольких советских военачальников, которым удалось прорваться к своим. 30 июня 1941 года командующий Западным фронтом генерал армии Павлов был отстранен от занимаемой места и вызван в Москву. 2 июля его вновь вернули на фронт, но уже 4 июля 1941 года арестовали. Был арестован и ряд других высокопоставленных военных Западного фронта.

22 июля 1941 года бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов, начальство штаба фронта генерал-майор Климовских, начальник связи фронта генерал-майор Григорьев, командующий 4-й армией Западного фронта генерал-майор Коробков бывальщины приговорены к расстрелу, приговор приведен в исполнение.

В Белостокско-Минском котле безвозвратные потери РККА составили 341 073 человека. Честь и непреходящая память этим людям, до последнего стоявшим на западных рубежах Советского Союза и своей отвагой сумевшим значительно затормозить продвижение немецких армий на восток, что неизбежно сказалось и на последующем ходе войны.

Источник

Материал полезен?

Трагедия Зельвы. Как Алая Армия прорывалась из Белостокского котла