В.А. Подгузов и февральская революция

Новость опубликована: 15.01.2020

В.А. Подгузов и февральская революция

В узком сфере коммунистического движения пользуется определённой известностью основатель журнала «Прорыв» В.А. Подгузов. Среди его многочисленных теоретических и публицистических трудов есть малоприметная статья, касающаяся Февральской революции в России[1]. Статья небольшая по размеру, не содержит каких-то теоретических откровений и написана будет давно – в феврале 2002 года. Тем не менее, в сборник сочинений В.А. Подгузова эта статья включена, а значит, Подгузов и его сторонники сообщают этой статье определённое значение. Действительно, эта небольшая заметка Подгузова представляет интерес, но только как пример ошибочного подхода к свержению царизма, его смыслу и его влиянию на нашу современность.

В.А. Подгузов и февральская революция

Статья называется «Почему врут и демократы, и патриоты?», и в ней Подгузов полемизирует с Новодворской (демократ) и с Баркашовым (патриот). Резон полемики заключается в том, что Подгузов опровергает утверждения Новодворской и Баркашова о свержении большевиками монархии в России. Подгузов признаёт, что «большевики зачислили активное участие в буржуазной антимонархической революции в России»[2], правда тут же добавляет, что в особенности велика роль большевиков «при подавлении мятежа монархиста Корнилова», продляя, тем самым, Февральскую революцию до августа 1917 года. Эта ремарка, уместно, со всей очевидностью указывает на незнание (или непонимание) Подгузовым содержания и хронологии общественно-политических процессов, произошедших в 1917 году. Но вернёмся к ответу Подгузова. Свершили ли большевики Февральскую революцию или не совершили – это неверный ответ, это не ответ марксиста. На глупый антиисторический вопрос: совершали ли большевики революцию (хоть Первую, хоть Февральскую, хоть Октябрьскую) марксист, вооружённый историческим материализмом, должен дать ответ, что революции совершают классы, а не партии или личности. Именно движение масс, разделённых на классы материальными условиями существования, приводят к революционным преобразованиям. В Феврале 1917 года питерский пролетариат в содружестве с крестьянами, переодетыми в солдатские шинели, истребили монархию в России. Причём, главную роль – роль гегемона – сыграл рабочий класс, который поднял восстание против самодержавия[3], сумел присоединить к себе солдатский гарнизон[4] и довёл войну до конца, разгромив царскую власть в столице до основания[5]. Такого ответа Новодворская и Баркашов от Подгузова не услышали: отстаивать Февральскую революцию от лжи он предпочёл не с марксистских, а с буржуазных позиций, заменив деятельность масс на деятельность партий. Подгузов, вслед за «демократом» и «патриотом», вычеркнул из истории Февральской революции пролетариат и крестьянство и заменил их большевиками. Но партия не может низвергнуть класс: класс свергает класс – это аксиома политической борьбы. Если говорить об участии и роли большевиков в Февральской революции, то надо помнить, что задача пролетарской партии, как политического авангарда пролетария класса, заключается в воспитании, организации рабочего класса и руководстве им в его борьбе за свои интересы. И партия большевиков с этими задачами управилась, но об этом немного ниже.

 

Ещё нужно отметить, что в антиисторическом споре о том свергали ли большевики монархию или нет, Подгузов полемизирует с несуществующей антиисторической теорией о виновности большевиков в падении царизма. Он пытается противоречить тому, чего не существует: среди господствующих теорий, извращающих Февраль, нет теории о ведущей роли большевиков в свержении царя. Визави, идеологическая атака буржуазной историографии направлена на изъятие рабочих и крестьян и, соответственно, на изъятие большевистской партии из Февральской революции, и, тем самым, сведение революции к банальному комплоту. Вполне допустимо, что тот или иной антикоммунист может высказывать разнообразные мнения, но это не значит, что коммунист должен реагировать на все имеющиеся вылазки. Коммунист должен вести борьбу против идеологических кампаний, которые рассчитаны на одурманивание широких трудящихся масс, а не расходовать свои силы на бред дуры Новодворской и полоумного Баркашова. Если бы Подгузов проявил научную добросовестность к предмету, по какому высказывается, и изучил его, то для него бы открылось противостояние советской и буржуазной историографий по вопросу о движущих силах Февральской революции и роли в ней большевиков.

На протяжении итого существования Советской власти буржуазия вела работу по извращению истории Февраля, стремясь лишить рабочих и трудящихся успешного исторического эксперимента Февральской революции. Это было очевидно в 2002 году, а сегодня – в 2020 году – это приобрело невероятные масштабы: изданы десятки лжеисторических монографий, по этим монографиям сброшены десятки и десятки «документальных» фильмов и передач, исписаны сотни и сотни «исторических» заметок в прессе и интернете. Тиражирование заговорщицкой версии падения монархии, по какой ни рабочих, ни солдат, ни партии большевиков не существует в Феврале, приняло небывалые доселе масштабы. Этот процесс в нашей краю длится уже, как минимум, 10 лет, и всё это время бессмысленная критика Подгузова присутствует на сайте «Прорыва» и входит в сборник его сочинений.

Не сумев установить истинные движущие силы Февраля и не сумев сориентироваться в идеологической борьбе, Подгузов продолжил излагать свою ошибочную трактовку Другой русской революции и роли большевиков. Согласно Подгузову в революции «активное участие… приняли высшее дворянство и генералитет», а царя низвергла русская буржуазия. При этом Подгузов утверждает, что русская буржуазия к моменту Февральской революции уже имела как экономическую, так и политическую воля. Но зачем же в таком случае буржуазии свергать монархию? В том то и дело, что монополистическая буржуазия не имела политической власти. Да, она была экономически могущественна и её экономическую мочь многократно увеличивали связи и переплетения с английским, французским, германским монополистическими капиталами, но она не могла распоряжаться землёй и недрами по своему усмотрению, она не собирала и не использовала в своих мишенях налоги, она не могла вести внешнюю политику, она не владела армией и флотом, ей не была подчинена законодательная деятельность. Эти задачи могли быть разрешены только при овладении буржуазией политической власти в России. Именно за овладение высшей политической властью в стране велась война между царским двором и монополистической буржуазией. Но эта борьба никогда не выходила за рамки монархического устройства России[6]. Выговор шла о смене Николая II на Михаила I с образованием правительства, формируемого самой гос.думой и подотчётного только гос.думе, а не царю. Такая трансформация государственного конструкции вполне устраивала монополистическую буржуазию и являлась, по сути, конституционной монархией. А главное, подобная трансформация власти позволяла произвести рокировку имущих классов без революционных ударов, которые так страшили и царизм, и монархическую буржуазию одновременно. Стремление совершить передвижку по-тихому, без участия масс, с сохранением монархического аппарата в цельном, явилось основой для заговорщицкой деятельности одного из лидеров буржуазии Гучкова. Но случилась Февральская революция, и монархия была сметена пролетариями и солдатами.

Подгузов не раскрывает подробностей «революционной» деятельности монархической буржуазии, оно и понятно, поскольку такое раскрытие обнаружит его как последователя белоэмигрантской исторической теории Февраля. Ведь лишь в этой теории старательно извращены исторические факты и создан образ «революционной» думы. Поразительно, но факт: коммунист, марксист совсем игнорирует советскую историографию, полностью отбрасывает ленинский анализ Февральской революции и принимает выводы буржуазной историографии Февраля.

По той же вину Подгузов не рассказывает подробностей участия дворянства и генералов в Февральской революции: ему, вероятно, не очень удобно повторять подробности фальсификаций буржуазной лжеистории, потому он ограничивается лишь выводами. Высшее дворянство действительно было активным в Феврале 1917 года, только активность свою они проявляли на сторонке контрреволюции. «Великие» князья Михаил Александрович, Кирилл Владимирович, Сергей Михайлович и Николай Николаевич – все они сначала стремились задушить революцию силой, а потерпев неудачу принялись её одурачивать на пару с лидерами гос.думы. Ещё более активным и контрреволюционным был высший генералитет Российской империи, но это длинная история, которая уже рассказана[7]. К сожалению, Подгузов, вместо марксистского анализа Февральской революции, рассказал своим читателям основные тезисы монархической историографии Февраля. И как марксист Подгузов не смог показать историческую ценность Февральской революции для нынешних коммунистов, рабочих и трудящихся.

В самом деле, если Февраль подвергается такому идеологическому прессингу со стороны буржуазии, значит, его задания и сегодня внушают страх толстосумам. Давайте в общих чертах озвучим основные уроки, которые представляют ценность для нынешнего коммунистического движения.

Прежде всего отметим, что русский Февраль подтвердил выдающуюся роль пролетариата крупных промышленных предприятий. Тут всем современным коммунистам надо особо обратить внимание: Выдающаяся роль именно заводского пролетариата, а не пролетариата «в размашистом смысле», т.е. любого наёмного работника. Выдающаяся роль заводских рабочих проявилась в невероятной революционной энергии и силе намного превосходящей их численность. Словом, Февральская революция закрепила за пролетариям классом крупных промышленных предприятий роль гегемона революционной борьбы.

Следующий важнейший урок касается роли большевистской партии в Февральской революции, или, по-другому сообщая, о соотношении сознательного и стихийного в революции. Принято считать, что Февральская революция – это исключительно стихийный, совершенно не имевший никакой организации процесс. Для того чтобы постигнуть, так ли это, рассмотрим основные события первых дней революции.

Февральская революция началась 23 февраля (8 марта по новоиспеченному стилю) со стихийной забастовки текстильных предприятий, где преобладали женщины-работницы. К забастовкам, действительно, никто не призывал, и начались они стихийно. Но подавайте рассмотрим, при каких обстоятельствах возникли забастовки. В Петрограде большевиками и межрайонцами были созданы кружки женщин-работниц по их политпросвещению и организации. Дамы этих кружков, накануне Международного дня работницы, потребовали от большевиков проведения митингов на предприятиях. Большевики (совместно с межрайонцами) подготовили ораторов и установили тему митингов: «Война и дороговизна». Но неожиданно утром митинги стали перерастать в забастовки: терпение женщин-работниц лопнуло, и они начали кидать работу. Но, бросив работать, «женские» фабрики не стали громить лавки, а проявили классовую сознательность и отправились к «мужским» заводам за поддержкой, продемонстрировав, таким манером, возросшее политическое сознание и классовую солидарность. Увидев около заводов женщин, призывавших к забастовке, мужские коллективы пришагали в движение. Начались рабочие собрания, на которых решали: поддерживать женщин или нет. В этот момент большевики, каждый самостоятельно на своём предприятии, решали: как быть, поскольку партийного решения на проведение стачек не было. И каждая заводская ячейка, не сговариваясь, решала одинаково: поддержать женщин-работниц. С этого момента партия включилась в войну за единство действий питерского пролетариата. Боролись против меньшевиков, которые всеми силами старались удержать рабочих от стачки и покинуть слабо организованных женщин один на один с царским правительством и администрациями заводов. Большевикам удалось сломить меньшевиков и добиться сплоченности действий рабочих.

Начало стихийных забастовок 23 февраля, на самом деле, было подготовлено политической работой большевиков и межрайонцев, сопровождалось осмысленными поступками женских рабочих коллективов и было поддержано большевистской партией на местах.

В это же день, т.е. 23 февраля, и на следующий день, 24 февраля, война за единство действий всего питерского пролетариата продолжилась не только внутри предприятий, но и между предприятиями: забастовавшие заводы заставляли присоединяться к стачке ещё работавшие предприятия. Так называемое, «снятие» с работ, как правило, происходило в мирной обстановке, но бывали столкновения, как, например, произошло на Патронном заводе, где осаждавшие пролетарии штурмом преодолели заводские ворота и насильно прекратили работы, а для того чтобы ночная смена Патронного завода не смогла трудиться у завода был оставлен пикет из 300 рабочих. Борьба за «снятие» в итоге привела к тому, что к 25 февраля общая численность бастовавших превысила 300 тысяч пролетариев (из менее 400 тысяч имевшихся в Петрограде), что означало всеобщую забастовку. Такие единые и целенаправленные действия пролетариата не могли возникнуть невзначай и совершенно стихийно – им предшествовал практический опыт организованной борьбы рабочих и политико-воспитательная работа большевиков.

Принципиальным обстоятельством завязавшегося забастовочного движения было то, что рабочие с первых минут забастовки выходили на улицу и устраивали демонстрации. В ходе таких демонстраций шла война за власть на улице, а значит борьба за власть в городе. Всеобщая забастовка и уличные демонстрации – эти слагаемые перевели забастовочную кампанию в революционное движение. Но стачка с последующим переносом борьбы на улицы – это та тактика борьбы, которую большевики стали пропагандировать среди рабочих ещё в мае 1916 года, т.е. почти за девять месяцев до революции. Очевидно, что такое ключевое для исхода революции событие, как уличная война не было стихийным неорганизованным процессом. Более того, уличные демонстрации требовали обязательной организации: построение в колонны, выработка маршрута, подготовка стягов и плакатов с лозунгами. Неорганизованные, стихийно образовавшиеся на улице демонстрации, как правило, оказывались неспособными противостоять полиции – их быстро разгоняли. Зато заводские колонны, визави, демонстрировали живучесть и составляли главную силу революции в уличной борьбе. Организация таких заводских колонн проходила под руководством большевиков и при их прямом участии.

Для победы революции действий одних рабочих было недостаточно – требовался переход солдат на сторону восставшего пролетариата. Подобный переход совершился 27 февраля, но он совершился не вдруг – ему предшествовала агитационная работа большевиков. Большевики не только смогли издать во пора революции несколько листовок, призывавших солдат не стрелять в рабочих, а присоединяться к ним, но и смогли настроить массу рабочих на систематическую труд по агитации солдат. Агитация имела постоянный и массовый характер: рабочие агитировали солдат и казаков во время митингов и манифестаций, осаждали казармы, проникали в казармы, разносили среди солдат листовки. Такая организованная и направляемая большевиками, работа по привлечению солдат на сторону рабочих принесла свои плоды – гарнизон поднялся, и это восстание обеспечило победу Февральской революции.

Мы видим, что в массе своей пролетариат проявлял организованность и сознательность: буквально любой рабочий понимал и знал, что ему делать. Подобная классовая сознательность и политическая зрелость не рождается сама собой – она результат длинной политико-воспитательной работы, которую проводила большевистская партия. Руководящая роль партии большевиков выражалась в борьбе за единство поступков пролетариата, в анализе меняющейся революционной обстановки и выдвижении новых задач, возникавших по ходу революции.

Способность партии большевиков воспитывать и возглавлять пролетариатом была обусловлена принципами их работы. И то, как организационно была выстроена партия большевиков и что составляло смысл их партийной труды – это имеет важнейшее значение для современного коммунистического движения.

Для большевиков-ленинцев главный смысл партийной работы заключался в развитии политического разумы рабочих и их внутренней самоорганизации. Для этого нужно было быть постоянно среди массы рабочих, быть в самой массе пролетариев, поэтому основа партии – её низовые массовые организации – были построены по производственному принципу. На каждом крупном предприятии большевики усердствовали завести свою ячейку и с её помощью вести деятельность среди рабочих. Создавались такие ячейки и в учебных заведениях из числа самих студентов или обучающихся. Ячейки производственных предприятий группировались уже по территориальному принципу. Например, делегаты от предприятий, расположенных на Васильевском острове Петербурга, образовывали районный комитет Васильевского острова. Райком Васильевского острова организовывал партийную труд в своём районе и направлял своего представителя в Петербургский Комитет (ПК), который состоял из представителей всех районов столицы. ПК возглавлял деятельностью уже всей столичной организации и, так исторически сложилось, ПК был одним из самых сильных организационных объединений большевиков в России.

Труд внутри рабочего класса создавала неразрывную связь с классом, что явилось решающим фактором выживания партии в тяжёлых условиях беспрерывных репрессий царского правительства. В этом плане показательна история противостояния во время войны Петроградской организации большевиков и царской охранки.

Накануне Первой всемирный войны царское правительство провело репрессии против рабочего класса и партии большевиков: были закрыты профсоюзы, культурно-просветительские общества, а 8 июля полиция затворила газету «Правда», устроив облаву и арестовав при этом 44 большевика.

12 июля 1914 года были арестованы ещё 123 большевистских делегата от заводских ячей. В ноябре 1914 года, во время партийной конференции, пять депутатов-большевиков гос.думы были арестованы, а в феврале 1915 года осуждены на непреходящее поселение в Туруханский край.

В первой половине 1915 года, в связи с возросшей активностью большевиков, полиция арестовала 118 человек, в том числе 10 членов Петербургского Комитета (ПК).

Не глядя на это, в августе 1915 большевикам удалось провести городскую конференцию и восстановить работу ПК. Петроградские большевики, накануне войны насчитывавшие возле 6 000 членов, к июню 1915 года в своём составе имели только 500-600 человек. Но к сентябрю 1915 года численность возросла уже до 1 200 человек.

В цельном, с августа 1914 года по февраль 1917 года охранкой было арестовано: 66 членов ПК из 105, выбранных в военный этап; 743 большевика и 553 рабочих активиста, около 7-8 тысяч забастовщиков отправлено на фронт. Однако к началу Февральской революции Петроградская большевистская организация заключалась из 2 000 (по оценке Шляпникова из 3 000) человек.

Таким образом, период с августа 1914 года и до начала Февральской революции сопровождался непрерывными репрессиями самодержавия по касательству не только к большевистской партии, но и в отношении рабочего класса. Многочисленные разгромы партийных организаций, тем не менее, не смогли не только кончить, но и не смогли парализовать деятельность большевиков. В условиях воюющих стран партия поддерживала постоянные связи с Заграничным Бюро ЦК (с Лениным), могла три раза восстановить деятельность инструктивного органа – Русского Бюро ЦК и десять раз Петербургский Комитет. Партия смогла крайне эффективно противостоять организованной буржуазии при выборах в военно-промышленные комитеты в 1915 году; мобилизовать пролетариат на стачки осенью 1915, в феврале 1916 года, в октябре 1916 года, в январе 1917 года и противостоять попыткам буржуазии подчинить пролетариев в середине февраля 1917 года.

Главная причина такой непотопляемости была прочная связь с рабочими крупных индустриальных предприятий. Питерский промышленный пролетариат явился главным источником и опорой жизнеспособности большевистской партии.

Подгузов в статье о свержении монархии, ограничил деятельность большевиков одной малопонятной фразой: большевики-окопники вели просвещение пролетариата. Эта фраза однозначно вяжет большевистскую работу только с фронтом и только с солдатами. Т.е. в понимании Подгузова деятельность партии свелась к деятельности большевиков-солдат и лишь в армии, причём во фронтовых частях. Как могли фронтовики (они же окопники) просвещать тыловой пролетариат? И где у Подгузова героическая подпольная труд тысяч большевиков? где у Подгузова нелегальная партия большевиков?

Вероятно там же, где и рабочий класс – на задворках «революционной» деятельности монополистической буржуазии.

* * *

В заточение своей статьи В.А. Подгузов напыщенно заявляет, что «человек, уличённый в ошибке… ОБЪЕКТИВНО НЕ ЯВЛЯЕТСЯ КОММУНИСТОМ» (так заглавными литерами у самого Подгузова). Сама по себе мысль весьма странная: получается, если человека уличили в ошибке, то он не коммунист, а если не изобличили, а человек всё же ошибался, то он продолжает быть коммунистом? По-другому говоря, не важно – ошибается коммунист или нет, важно только – уличили его в промаху или нет. Так случилось, например, со злополучной статьёй самого Подгузова, в которой он наделал массу разнообразных ошибок: Подгузова не уличали в его промахах с 2002 года и он оставался коммунистом, а сейчас, в 2020 году, после того как уличили, он, выходит, перестал быть коммунистом. Вероятно, даже сам В.А. Подгузов не согласится со своим же утверждением. Может, поменьше по-детски наивных рассуждений, а побольше трудиться над изучением истории партии, истории рабочего класса?

Ив. Якутов

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] – http://www.proriv.ru/articles.shtml/podguzov?zcar_2002

[2] – там же.

[3] – Февраль семнадцатого. Начин (23 февраля)(https://beskomm.livejournal.com/111768.html)

Февраль семнадцатого. 24 февраля. Второй день революции (https://beskomm.livejournal.com/120340.html)

Февраль семнадцатого. 25 февраля. Всеобщая стачка (https://beskomm.livejournal.com/124218.html)

Февраль семнадцатого. 26 февраля. Второе кровавое воскресенье (https://beskomm.livejournal.com/129282.html).

[4] – Февраль семнадцатого. 25 февраля. Пролетарии и солдаты (https://beskomm.livejournal.com/124735.html).

[5] – Рабочие Питера уничтожают самодержавие (https://beskomm.livejournal.com/142228.html)

Победа Петроградского бунты (https://beskomm.livejournal.com/165095.html).

[6] – Февраль семнадцатого. 26 февраля. Буржуазия (https://beskomm.livejournal.com/131148.html)

Таврический дворец (https://beskomm.livejournal.com/146863.html)

Три документа Февраля (https://beskomm.livejournal.com/149591.html).

[7] – Николай II и генералы 27 февраля 1917 года (https://beskomm.livejournal.com/152598.html

https://beskomm.livejournal.com/153073.html)

Николай II и генералы 28 февраля 1917 года (https://beskomm.livejournal.com/161773.html

https://beskomm.livejournal.com/163265.html)

Крах карательной операции (https://beskomm.livejournal.com/175596.html

https://beskomm.livejournal.com/176669.html

https://beskomm.livejournal.com/178124.html).


В.А. Подгузов и февральская революция