Хосе де Масарредо и Салазар, военный теоретик и жертва политики

Новость опубликована: 24.08.2019

Флот Испании при ранних Бурбонах был довольно своеобразной картиной. Служба на нем была достаточно престижным делом, флот развивался, требовал все новых и новых кадров…. Но народ из титульных кастильских провинций туда не шел. В итоге туда набирались различные иностранцы вроде ирландцев и итальянцев, и представители национальных меньшинств – каталонцы и баски. Последние в итоге представили в состав Армады наибольшее число выдающихся офицеров. Самым знаменитым из них в XVIII веке можно назвать, разумеется же, Косме Чурруку, ученого, организатора, исследователя и героя Трафальгара, чей «Сан-Хуан Непомусено» сражался отчаяннее прочих союзных кораблей. Но он, при всех его плюсах, был скорее созидательной личностью, чем флотоводцем. Потому титул лучшего флотоводца можно смело отдать другому уроженцу Страны Басков – дону Хосе де Масарредо, самому способному адмиралу Испании во всей ее истории.

Хосе де Масарредо и Салазар, военный теоретик и жертва политики

Еще одинешенек баск в Королевском флоте

Хосе де Масарредо Салазар Муньятонес и Гортасар родился в 1745 году, в семье потомственных моряков. Его папой был Антонио Хосе, лейтенант Армады, рехидор и алькальд Бильбао, умерший, когда юному Хосе было всего 8 лет, а мамой – Мария Хосефа де Гортасар и Перес де Арандиа. Само собой, он не стал прерывать фамильную традицию и пошел на службу во флот. В 1759 году, в году четырнадцати лет, он уже числится гардемарином в Кадисе, и его первым местом службы стал шлюп «Андалус» под началом капитана фрегата (capitan de fragata) Франсиско де Веры. В ночь на 13 апреля 1761 года Масарредо впервые заявил о себе как о храбром, упорном, хладнокровном и умелом моряке – в шторм, когда шлюп очутился в море, и не видел суши, он, предчувствуя недоброе, вопреки мнению других офицеров на лодке отправился на разведку и обнаружил, что «Андалус» вот-вот присядет на скалы. Он рисковал собой, так как маленькую лодку в шторм могло легко перевернуть, и он бы тогда утонул, но в результате гардемарину удалось избавить жизни трех сотен человек, которые в этот момент находились на борту корабля. После этого начальство заприметило молодого и способного баска, и он начинов постепенно продвигаться вверх по карьерной лестнице. В 1772 году он отправился в научную экспедицию с Хуаном де Лангарой на Филиппины, и в ближайшие годы стал его постоянным спутником и другом. Однако уже скоро судьба разделила друзей, вернув его в Испанию, и отправив предназначаться на Средиземное море. Пройдя путь мирного ученого и исследователя, Масарредо вскоре вступает и на путь войны.

В 1775 году ему довелось участвовать в экспедиции в Алжир, какая свелась к высадке в районе Орана и попытке захватить его. За организацию и высадки и необходимые навигационные расчеты отвечал Масарредо, и они бывальщины выполнены образцово. И хотя сама экспедиция закончилась провально, умелые действия офицера были замечены начальством, и его повысили, но с преходящим переводом на сушу. Там Хосе де Масарредо развивает кипучую научную деятельность, повышая свое образование, и одновременно с этим трудясь в качестве преподавателя и исследователя. В это время он уже выпускает несколько собственных трудов по навигации и маневрированию кораблей, знакомится с трудами Хорхе Хуана, учит основы картографии.

Последнее ему пригодилось, когда в 1778 году он становится командиром линейного корабля «Сан-Хуан Батиста» и коротает масштабный объем гидрографических работ, нанося на карту берега и глубины дна близ Пиренейского полуострова. Когда вскоре в Испании издадут сборник карт «Морской Атлас», многие из его карт будут составлены дланью Масарреды. В начале 1779 года он получает звание генерал-майора, и издает свой старый труд, который ожидал своего поре – «Основы морской тактики». В нем Масарредо впервые пытается пересмотреть стандартные тактически приемы боя на море, стремится изобрести что-то новоиспеченное вместо старой избитой линии баталии, вывести некую формулу победы, которая позволила бы одерживать верх над любым неприятелем, включая англичан. Работа получилось неплохой, но явно неполной, что ощущал и сам автор. Главные открытия были еще впереди….

Стремительный взлет….

Когда Испания вступила в брань с англичанами в 1779 году, Масарредо стал начальником штаба адмирала Луиса де Кордобы и Кордобы, став фактически вторым после него человеком в Армаде. Помимо обыкновенных для такой должности забот, ему пришлось выполнять еще одну важную функцию – подгонять своего начальника, побуждая того к деятельным действиям, ибо Кордобе к моменту начала войны было уже 73 года, и старческие пассивность и осторожность уже овладевала его разумом. Собственно в это время он знакомится с Антонио Эсканьо, который быстро становится его другом и помощником, оказывая всяческую помощь в теоретических изысканиях Масарреды. Категорически недовольный деятельностью «Иной Армады», Хосе, в то же время, видит серьезные недостатки в плохо налаженном взаимодействии между флотами. Потому уже в 1779 году он создает табличные «Руководства по сигналам», которые значительно упрощают и унифицируют сигнальную систему союзников, что позволяет гораздо быстрее и точнее отдавать распоряжения и выполнять их. В 1780 году Масарредо становится автором рискованного, но целиком оправдавшегося плана по захвату британского конвоя у мыса Санта-Мария, в итоге чего испано-французский флот получил богатые трофеи, включая 5 ост-индских судов, которые вскоре были включены в состав флота как фрегаты.

А вскоре после этого ему пришлось вступить в конфликт с союзниками-французами. Планировалась проводка крупного конвоя сквозь Атлантику – 130 «купцов» под защитой 66 линейных кораблей и 24 фрегатов, однако показания барометра говорили о том, что вскоре может случиться мощный шторм. Французы стремились идти дальше, игнорируя предупреждение, особенно активным сторонником продолжения похода стал граф д’Эстен, с каким у Масарредо вышла ссора. Тем не менее, удалось убедить союзников зайти в Кадис хотя бы на несколько дней. И оказалось, что Масарредо, яростно спрашивавший захода в порт, оказался прав – разразился сильный шторм, который мог бы отправить на дно не один корабль из состава союзного флота. Увы, не все ему получалось – так, в 1782 году он не смог достаточно растолкать своего начальника, адмирала де Кордобу и Кордобу, чтобы тот начал предпринимать деятельные действия, в результате чего сначала английский конвой был пропущен в осажденный Гибралтар, а затем последовала битва у мыса Эспартель, выделявшаяся крайней степенью нерешительности при достаточно активном маневрировании.

С окончанием войны Масарредо был назначен командовать своей эскадрой кораблей, что позволило решительно закрепить полученный опыт и проверить некоторые теоретические наработки, что привело в 1789 году к началу написания в соавторстве с Антонио Эсканьо «Постановлений» – детального описания основ морской тактики и боевого маневрирования. Для этого им даже пришлось на время покинуть действующий флот, занявшись иными делами. Этот труд оказался наглядной иллюстрацией масштаба фигуры Масарредо, доказательством выдающихся флотоводческих навыков, какими он обладал. Отказавшись от старой тактики боя в строгих линиях баталии, он выступал за решительные, инициативные действия, концентрирование ударов по середине вражеского строя, активное маневрирование. Он не боялся ни сближения, ни более сильного противника, считая, что тот, кто сломает вражеский строй и принудит его играть по своим правилам – тот и одержит верх в бою. В этом он был подобен самым выдающимся флотоводцам своего времени, по решительности и отсутствии догматизма вставая вровень с Ушаковым и Нельсоном. Предложенные им тактики очутились до боли похожими на то, что сделал Нельсон при Трафальгаре в 1805 году, нанеся концентрированный удар по середине и без того сбитого построения союзников. В подобном ударе по центру Масарредо видел возможность одолеть любого противника, даже уступая тому в качестве подготовки экипажей. Написание труда взяло еще какое-то время, и в 1793 году «Постановления» были изданы в Мадриде. Армада встретила их с удовлетворением и восторгом, а король вознаградил уже официально признанного военно-морского теоретика статусом рыцаря ордена Сантьяго.

Хосе де Масарредо и Салазар, военный теоретик и жертва политики
Сражение у мыса Сан-Висенте

В 1795 году Масарреду назначили командовать эскадрой, какая должна была отправиться на помощь эскадре Лангары в Средиземном море. Вернувшись после долгого отсутствия в действующий флот, он захватил его в аховом состоянии – жалования выплачивают нерегулярно, корабли в плохом состоянии, экипажи подготовлены хуже, чем раньше. Масарредо был не из тех людей, кто покойно вынес бы подобную ситуацию, в результате чего он вступил в острый конфликт с политиками и придворными. Он был не одинок – поддержку военному теоретику оказал также бывший морской министр Антонио Вальдес и Фернандес Базан, какого отправили в отставку из-за его несогласия с «генеральным курсом партии». В результате этого, вместо командования боевой эскадрой, Масарредо был скатан на берег и назначен работать в Ферроле, пускай и со всем почетом и уважением. В результате этого, а также прочих придворных интриг командовать флотом назначили не его, а инертного и лишенного флотоводческих дарований Хосе де Кордобу и Рамоса. Тот не обладал организаторскими и тактическими талантами, в результате чего даже не наладил немало или менее сносную разведку.

Результатом этой политической грызни стала битва у мыса Сан-Висенте (Сент-Винсент) в 1797 году, когда Армада, обладая почти двукратным перевесом в силах, проиграла бой англичанам, уступив им 4 линейных корабля в качестве трофеев, и едва не потеряв пятый, «Сантисиму Тринидад». Грянул скандал, Кордобу судили и изгнали из Армады. Новым командующим флотом собрались назначить старого адмирала Борху, ничуть не лучшего, чем Кордоба, но тут уже не вынесли нервы офицеров. Собрав делегацию при поддержке Федерико Гравины, они, вопреки уставу, добились аудиенции с королевой Марией Луизой, какая фактически правила страной, и убедили ее, что лишь один человек в Испании может эффективно командовать флотом – Хосе де Масарредо и Салазар. В итоге его тут же вернули из опалы, поставили в строй, и отправили в Андалусию с простой задачей – сделать все, что в его силах, так как корабли Армады оказались рассеяны по различным портам, а Кадис в то время уже блокировался британским флотом, и существовала серьезная угроза захвата города.

… и быстрое падение

Наилучший адмирал Испании, получив под свое начало лучшего младшего флагмана (Гравину), тут же приступил к исполнению обязанностей, и развил в городе кипучую деятельность. Весьма быстро корабли, находившиеся здесь, были приведены в порядок, в Ла Карраке наладили быструю постройку легких гребных кораблей, а береговая оборона была приведена в боевую готовность. Английский флот провел 3 и 5 июля ночные атаки города, но был отколот с потерями; испанские корабли регулярно совершали вылазки в море, не давая блокаде окончательно захлопнуться, из-за чего торговые корабля продолжали прорываться в Кадис. В следующем году Масарредо, стремясь разбить противника по частям, вышел в море с 22 кораблями, и взялся крейсировать к югу от берегов Пиренейского полуострова, спугнув патруль из 9 британских линейных кораблей. Эта эскадра имела реальные шансы нарваться на бой с испанцами и продуть его, но тут разразился шторм, и англичанам удалось уйти из-под удара.

Пробыв в море еще некоторое время, Масарредо вернулся в Кадис, и вовремя – немного чем через сутки у города показался флот адмирала Джервиса, состоявший из 42 кораблей. Не успей испанцы вернуться домой, их бы ожидала битва, которую, скорее всего, Армада проиграла бы. Несмотря на отсутствие боевых столкновений, результат этих действий был четок – блокада Кадиса не является надежной, и кризисный период миновал. Так как испанцы сами уже не были в состоянии одолеть англичан, то Масарредо в 1798 году отправился в Париж, с мишенью договориться о сотрудничестве с французами. Увы, сочетание кандидатуры прямолинейного и жесткого Масарреды с реалиями времени оказалось отвратным – он с трудом вел переговоры, а после переворота 1799 года, когда к воли пришел Наполеон, дела вообще пошли из рук вон плохо. Сказывалось и то, что Масарредо стал одним из тех, кто не поддерживал сомнительную и авантюрную экспедицию в Египет, и заблокировал участие испанских кораблей в ней. Наполеону строптивый и самовольный испанец не понравился, и он, действуя различными методами, сначала добился лишения того командования над флотом, а затем и отзыва его из Парижа в 1801 году. С этого момента карьера Масарреды стремительно рухнула книзу.

Хосе де Масарредо и Салазар, военный теоретик и жертва политики
Alameda de Mazarredo – улица, названная в честь адмирала

По возвращению в Испанию его назначили генерал-капитаном департамента Кадис, что теоретически было недурно, но вместе с тем лишило Масарреду, категорически недовольного складывающимся положением в стране в общем и на флоте в частности, влияния на судьбу Армады. Однако тут он пробыл недолго – в 1802 году его вернули на флот, назначив начальником…. Флотских казарм Бильбао. Это было воспринято им как плевок в лик, а вкупе с крепнущим кризисом Армады заставило флотоводца действовать – вести переписку с офицерами, посылать прошения в Мадрид, пытаясь добиться какого-либо улучшения, пускай не для него, но для флота. Все это возбуждало лишь раздражение при дворе, в результате чего в 1804 году Масарредо лишился даже той небольшой должности, которую занимал, и отправился в «ссылку» вначале в Сантонию, а затем в Памплону. Официальным поводом для ссылки было обвинение в попытке противопоставить местные интересы интересам страны, что, само собой, не соответствовало действительности, ибо интересы флота всегда совпадали с интересами государства.

Многие надеялись на то, что в 1805 году Масарредо вернется из изгнания, его вновь поставят командовать Армадой дабы избавить ее от того положения, в которое ее загнали французы в общем и Вильнев в частности, но Мадрид был неумолим – опальный адмирал должен был оставаться там же, где и ранее, то бишь как можно дальше от действующего флота. Сломленный подобным предательским отношением со стороны короля, разгневанный вестями о разгроме под Трафальгаром и гибели многих выдающихся офицеров, разочаровавшийся в Бурбонах, он в 1808 году совершил, вероятно, единственный свой по-настоящему негативный, но вполне понятный поступок, присягнув на верность Хосе I Бонапарту, и получив от него должность генерального директора Армады. Впрочем, длинно пробыть на этой должности ему не было суждено – в 1812 году он умер в Мадриде. Испанцы простили своего великого адмирала за подобное предательство, тем немало по прошествии времени, когда стала ясна вся гниль правительств Карлоса IV и Фернандо VII, но вспоминать о нем предпочитают все же не так часто, как о тех, кто остался до крышки верен. В честь Масарредо нынче названа одна улица в Бильбао, но на этом все по сути и заканчивается – ни памятников, ни площадей, ничего….

Хосе де Масарредо и Салазар почитается лучшим испанским адмиралом XVIII века, и одним из лучших на протяжении всей истории Испании. По масштабам своей личности, идеями, инициативностью, тактической грамотностью и организаторскими способностями он был, пожалуй, один-единственный из союзных адмиралов, способный на равных бороться с Нельсоном. И в то же время история службы Масарреды является наглядной иллюстрацией всей истории Испании крышки XVIII – начала XIX столетий: признанный на флоте и за границей, он так и не получил полноценного самостоятельного командования из-за политических интриг, угодил в опалу, и в результате был отрешен от любых дел Армады тогда, когда она более всего в нем нуждалась.

Еще более он является наглядной иллюстрацией того, в каком позе оказалась просвещенная, талантливая часть испанского общества в 1808 году, вынужденная выбирать между своим народом, поддержавшим против захватчиков ничтожных правителей, и иноземцами, руководящимися прагматизмом и лучшими побуждениями, способными реформировать все более и более отстающую Испанию. Именно потому, будучи великими адмиралом, Масарредо не покинул большого следа в мировой истории, и ныне практически не известен за границами родной Отчизны – ибо все это есть результатом не его личных качеств, а упадка итого государства, из-за которого сей великий муж так и не смог проявить себя в той же мере, как и другие великие адмиралы.

Продолжение следует….

Ключ


Хосе де Масарредо и Салазар, военный теоретик и жертва политики