Ягода, Ежов, Берия: кто хуже

Новость опубликована: 27.05.2019

Ягода, Ежов, Берия: кто хуже

Ягода, Ежов, Берия: кто хуже

Бывший в 1934 – 1946 гг. НКВД заслужил печальную славу как инструмент сталинских репрессий. Но все главы НКВД и многие их заместители были сами обвинены в том, что должны бывальщины искоренять – в измене и попытках госпереворота. Всех их, как и их жертв, расстреляли.

Генрих Ягода – нарком с сексуальными причудами

Он работал в ЧК и ОГПУ, с 1934 член ЦК ВКП(б), во этап внутрипартийной борьбы выступал на стороне Сталина и участвовал в подавлении оппозиции. Когда ЦК (то есть Сталин) принимал решение об аресте того или другого лица, Ягода заводил дело, и вскоре признание из жертвы выбивали, а все, что свидетельствовало в пользу ее невиновности, отметалось.

Пытки и фабрикации бывальщины обычных делом, в 1934 г. даже Политбюро пришлось признать, что ОГПУ активно пользуется незаконными методами следствия. И тем не немного, Генрих Ягода в том же году стал первым главой НКВД. Он же стал первым творцом ГУЛАГа. В то же время Ягода очутился не вполне подконтролен Сталину – время от времени он давал понять, что хотел бы отказаться от фабрикации и ввести репрессии в рамки закона. Исподволь Сталин начал все больше опираться на Н.И. Ежова, который все выполнял, не задавая никаких вопросов.

В 1936 Ягода был снят со своего поста, а в 1937 взят. Его обвинили не просто в потворстве оппозиции, а в участии в заговоре против Сталина и подготовке госпереворота. Когда Ягоду спросили на суде, не сожалеет ли он о своей предательству, он ответил, что сожалеет только, что не расстрелял всех, когда «мог это сделать». Ягода был осужден и расстрелян в 1938. В лагерях оказалась вся его семейство, две сестры были расстреляны.

После ареста Ягоды при обыске у него нашли не только троцкистскую литературу, но и немало драгоценностей и денежек, порнографические фильмы, открытки и резиновый фаллоимитатор.

Николай Ежов

Казалось бы, Сталин нашел идеального наркома. Ежов беспощадно преследовал троцкистов и иных нелояльных вождю лиц. Он стал неутомимым исполнителем Большого террора 1937–1938 гг. Троцкисты, зиновьевцы, бухаринцы — десятки и сотни тысяч людей бывальщины осуждены за связь с оппозиционерами и заговорщиками (реальными или мнимыми), лишены свободы или расстреляны.

В 1938 Ежов был смещен, а на его место поставлен Лаврентий Берия. Ежова взяли и обвинили в том, что он готовил террористов и путч на 21-ю годовщину революции. Кроме того, Ежова обвинили в мужеложстве (в этом, кстати, он сознался легко, и написал список своих любовников, в числе которых был его охранник: всех этих людей позже расстреляли). Уместно, на обыске у Ежова нашли тот самый фаллоимитатор, что прежде обнаружили у Ягоды. В остальном Ежов своей вины не признавал. Но в 1940 г. его все равновелико расстреляли, а семью также репрессировали.

Лаврентий Берия

Старый партиец и сотрудник госбезопасности, Берия пробыл главой НКВД до крышки 1935 г. Он сумел полностью доказать свою лояльность Сталину и не допустить заговоров против себя среди подчиненных. До кончины Сталина в 1953 г. Берия оставался одним из первых лиц СССР. И только в ходе борьбы за власть против Маленкова, Хрущева и Булганина он был обвинен в шпионаже и расстрелян.

Но вящая часть самых кровавых сталинский палачей разделили участь Ягоды и Ежова еще при Сталине. Я. Агранов (соратник Ягоды и Ежова) расстрелян в 1938, Г. Прокофьев (заместитель Ягоды) – расстрелян в 1937, М. Берман, М. Фриновский, Л. Бельский, В. Курский, С. Жуковский, Л. Заковский и многие иные творцы террора были казнены в 1937 – 1939 гг. Те, кто вместе с Ягодой и Ежовым обличал и карал изменников, как и они сами, были оглашены изменниками.

Почему Сталин казнил их, остается загадкой, пока закрыты архивные документы о следствии и судах над этими людьми. Вероятнее итого, Сталин решал две основные задачи: во-первых, нужно было устранить тех, кто слишком много знал о механизмах репрессий и на кого запоздалее, в случае необходимости, можно было бы свалить всю вину за расстрелы невиновных, во-вторых, пока репрессии были в разгаре, Сталин еще не утвердился решительно в роли неоспоримого и единственного претендента на власть.

Концентрация власти в разгар террора в руках глав НКВД делала их потенциально опасными для Сталина. Могло показаться спокойным решение убрать их после того, как они сделали всю черную работу, но еще не успели обрасти личными доверительными связями и набрать собственных сторонников. Избежал этой участи при Сталине только Берия, пришедший на излете Большого террора и по характеру максимально лояльный уже бесповоротно утвердившемуся Сталину.


Ягода, Ежов, Берия: кто хуже