Ювелирное искусство древней Руси

Новость опубликована: 29.11.2018


Ювелирное искусство древней Руси


Ювелирное искусство древней Руси


Ювелирное искусство древней Руси
Гривна Владимира Мономаха


Ювелирное искусство древней Руси


Ювелирное искусство древней Руси

Примечательное искусство древнерусских ювелиров эпохи Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха поражало европейских путешественников, посещавших Русь в те поры. За долгие века оно было забыто. Однако усилиями отечественных археологов в XIX-XX столетиях творения древних мастеров обрели новоиспеченную жизнь. Из-под земли были добыты сотни и тысячи украшений, созданных мастерами X – начала XIII в. Выставленные в витринах музеев, они способны зачаровать нынешнюю модницу и вызвать глубокое, искреннее восхищение художника. 

В древние времена Русь испытывала влияние сразу нескольких раскрученных культур. В средневековом Киеве целые кварталы были населены иноземцами: греками, евреями и армянами. Суровые воины и сноровистые торговцы из Скандинавии принесли в русские земли тонкое языческое искусство эпохи викингов.

 Торговцы с Востока – красочный и мудреный орнамент, столь любимый в странах ислама. Наконец, христианство, принятое от могущественной Византийской империи, раскинувшейся на берегах Средиземного и Черноволосого морей, связало Русь с высокой художественной культурой этого государства.

Византия была в те времена светочем цивилизации в варварской Европе и хранительницей древних знаний, завещанных эпохой древности. Но наряду с христианством Русь в течение нескольких веков сохраняла стойкие языческие традиции. Сложная, высокоразвитая религиозная система восточнославянского идолопоклонства стала важным источником творческой фантазии древнерусских живописцев, скульпторов и ювелиров.

Монголо-татарское нашествие оказалось гибельным для немало секретов ювелирного искусства. Владевшие ими мастера сгинули в лихую годину Батыева разгрома или были угнаны ордынцами для сервисы их правителей. Целое столетие мастерство древнерусских ювелиров находилось в упадке, и лишь в середине – второй половине XIV в. началось его тихое возрождение.

Ювелирные техники 

В эпоху, когда Киев был столицей Древнерусского государства, восточные славянки любили украшать себя массой драгоценностей. В моде были литые серебряные перстни с орнаментом, витые браслеты из серебряной проволоки, стеклянные браслеты и, разумеется же, бусы. Они были самые разнообразные: из цветного стекла, горного хрусталя, сердоликов и рубинов, крупных полых бусин из литого золота.

К ним привешивались круглые или лунообразные бронзовые подвески (лунницы), украшенные тонким орнаментом: невиданными волшебными зверями в скандинавском стиле, сложными плетёными конструкциями, очень напоминающими изображения на арабских дирхемах – монетах, какие в те времена имели хождение как на Руси, так и в Европе.

Но самыми популярными украшениями были височные кольца. Литые серебряные височные перстни вплетались в женскую причёску у висков или подвешивались к головным уборам, их носили по одной или по нескольку пар сразу. У каждого восточнославянского племени, взошедшего в состав Киевской державы, был свой особый тип височных колец, непохожий на такие же украшения соседей.

Женщины племени северян, так, носили изящную разновидность колец, похожих на завиток или сплющенную спираль. Радимичам больше нравились височные кольца, у каких от дужки расходилось семь лучей, заканчивавшихся каплевидными утолщениями. На височных кольцах вятичей, которые были одними из самых декоративных, вместо лучей было по семь плоских лопастей.

Горожанки XI-XIII в. вяще всего любили колты – парные полые золотые и серебряные подвески, которые крепились цепочками или лентами к головному убору. Многие дошедшие до наших дней колты выделяются удивительным совершенством формы. В 1876 г. близ деревни Терехово Орловской губернии в богатом кладе было обнаружено несколько пар колтов XII – основы XIII в.

Они представляют собой массивные пятилучевые звёзды, густо покрытые тысячами напаянных мельчайших шариков металла. Подобная ювелирная техника именуется зернью; она пришагала из Скандинавии и была широко распространена в Древней Руси. Наряду с зернью использовалась и скань: тончайшая серебряная или золотая проволочка, скрученная жгутами, напаивалась на пластины или свивалась в ажурные рисунки.

В 1887 г. на территории древнего Михайловского Златоверхого монастыря был найден другой клад ювелирных украшений XI-XII вв., в том числе чета золотых колтов. Колты были украшены речным жемчугом и изображениями фантастических птиц с женскими головами. Цвета изображений не утеряли яркости, а их сочетание на редкость изысканно: белый, бирюзовый, тёмно-синий и ярко-красный.

Между тем создавший это великолепие мастер умер возле восьми столетий назад. Михайловские колты выполнены в виртуозной ювелирной технике перегородчатой эмали, которая была перенята у византийцев. Это позабытое искусство требовало терпения и поразительной точности в работе. На поверхность золотого украшения ювелир напаивал на ребро тончайшие золотые ленточки-перегородки, составлявшие очертание будущего рисунка.

Затем ячейки между ними заполняли порошками эмали разных цветов и нагревали до высокой температуры. При этом получалась ослепительная и очень прочная стекловидная масса. Изделия, выполненные в технике перегородчатой эмали, были очень дороги, поэтому не невзначай большинство сохранившихся до наших дней произведений являются деталями дорогого княжеского убора.

Другой излюбленной техникой древнерусских ювелиров было чернение, какое, по мнению некоторых учёных, являлось хазарским наследием. Чернь представляла собой сложный сплав олова, меди, серебра, серы и иных составных частей. Нанесённая на серебряную поверхность, чернь создавала фон для выпуклого изображения. Особенно часто чернение использовали при украшении створчатых браслетов-наручей. Несколько десятков таких браслетов XII в. хранится в Государственном историческом музее.

На них нетрудно разобрать фигуры музыкантов, танцовщиц, воинов, орлов и фантастических чудовищ. Сюжет рисунков далёк от христианских представлений и гораздо ближней к язычеству. Это и не удивительно. Ювелиры применяли эмаль или чернь как для изображения Христа, Богородицы, святых, так и для грифонов, собакоголовых чудищ, кентавров и языческих торжеств.

Были как чисто христианские, так и чисто языческие украшения, которые являлись предметами религиозных культов. Сохранилось множество нагрудных крестов-энколпионов, заключающихся из двух створок, между которыми помещались частички мощей святых. На створках обычно бывало литое, резное или чернёное изображение Богоматери с Малюткой.

Не менее часто археологи находят языческие амулеты – предметы, оберегавшие от болезней, бед и колдовства. Многие из них представляют собой литые фигурки конских башок, к которым цепочками крепятся “бубенчики”, выполненные в форме зверей, птиц, ложек, ножей и ухватов. Своим звоном бубенчики должны бывальщины отгонять нечистую силу.

“Гривна Владимира Мономаха” 

Некоторые памятники древнерусского ювелирного искусства получили огромную популярность. О них пишут статьи и книги, помещают их фотографии в альбомы, посвящённые культуре домонгольской Руси. Более всего знаменита “Черниговская гривна”, или “гривна Владимира Мономаха”.

Это чеканный золотой медальон XI в., так именуемый змеевик, на одной стороне которого изображена женская голова в клубке из восьми змей, символизирующая дьявола, языческое божество или злобное начало вообще. Против болезни направлена молитва на греческом языке. На другой стороне – архангел Михаил, призванный оборонять обладателя гривны от дьявольских козней. Надпись, сделанная славянскими буквами, гласит: “Господи, помоги рабу своему Василию”.

Это был натуральный христианский амулет против нечистой силы. Сюжет и сама техника исполнения гривен-змеевиков заимствованы из Византии; в домонгольское пора украшения подобного рода не были редкостью. “Черниговская гривна” выполнена необычайно искусно и должна была принадлежать состоятельной, знатной персоне скорее всего княжеского происхождения. Стоимость этой драгоценности равняется размеру княжеской дани со посредственного города.

Медальон нашли в 1821 г. недалеко от города Чернигова, в древности столицы княжества. Надпись, указывающая на личность обладателя – Василий, – подсказала историкам, что гривна принадлежала Владимиру Мономаху (1053-1125), которому при крещении было дано имя Василий.

Этот популярнейший древнерусский полководец и политический деятель некоторое время княжил в Чернигове. Он оставил “Поучение” детям, написанное в форме мемуаров. В этом сочинении князь строчил, что одним из любимых его занятий была охота. Выходя на неё, Владимир Мономах не боялся кабаньих клыков и копыт лося. Охотясь невдалеке от Чернигова, он обронил драгоценную гривну, донёсшую до потомков труд искусных киевских мастеров.

Имена на металле 

Абсолютное большинство памятников ювелирного искусства Древней Руси анонимны. Археологи, находя останки мастерских, принадлежавших древнерусским умельцам золотого и серебряного дела, извлекали из-под земли все необходимые для ювелирного ремесла принадлежности.

Однако история не сохранила имён примечательных мастеров, создавших “Черниговскую гривну” или колты из Михайловского клада. Порой лишь сами драгоценности “проговаривались” о своих творцах. Так, кратеры – драгоценные серебряные чаши для святой воды, созданные в средневековом Новгороде XII в., – тащат на себе надписи, в которых сообщаются имена мастеров Косты и Братилы.

Знаменитая полоцкая просветительница XII в. княжна-игуменья Ефросиния в 1161 г. заказала крест для лепты в основанный ею Спасский монастырь. Шестиконечный крест высотой около полуметра был сделан из кипарисового дерева и сверху и снизу затворён золотыми пластинками, украшенными драгоценными камнями.

Уже к 20-м гг. XX в. почти все камни были потеряны, но известно, что их насчитывалось около двух десятков и среди них бывальщины гранаты. Камни крепились в гнёздах на золотых пластинках, а между ними мастер вставил двадцать эмалевых миниатюр с изображением святых. Имя любого святого прочеканено рядом с изображением.

Внутри креста хранились христианские реликвии: кровь Иисуса Христа, частички мощей святых Стефана и Пантелеймона, а также кровь Святого Дмитрия. Святыня была обложена серебряными с позолотой пластинками, а кромки лицевой стороны обрамлены ниткой жемчуга. В глазах верующих реликвии в большей степени делали крест драгоценностью, чем золото и серебро, использованные ювелиром.

Судьбина креста Святой Ефросинии Полоцкой, который поочерёдно побывал в руках православных, католиков, униатов, в казне московских государей и тайнике французов, взявших Полоцк в 1812 г., печальна. Он был утрачен во время войны 1941-1945 гг., его искали журналисты, писатели, учёные, политические деятели и даже Интерпол (Интернациональная организация по борьбе с преступностью).

История этих поисков так же драматична и безрезультатна, как, например, эпопея, связанная со знаменитой Янтарной горницей (стены и вся обстановка которой были отделаны янтарём), похищенной нацистами в годы той же войны и с тех пор безуспешно разыскиваемой учёными.

Описания и рисунки, сделанные до пропажи креста Святой Ефросинии, сохранили текст надписи, какую оставил на поверхности креста его создатель, полоцкий мастер Лазарь Богша (Богуслав). Крест Святой Ефросинии – одна из основных духовных святынь Белоруссии и признанный шедевр средневекового ювелирного искусства.        

Ныне височные перстни, колты и многие другие произведения средневекового русского ювелирного искусства собраны в музеях. Особенно богатые коллекции относятся Государственному историческому музею, Оружейной палате Московского Кремля и Патриаршей ризнице.