Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов

Новость опубликована: 13.08.2019

100-летняя годовщина геноцида 1918-20-го годов. Вторая половина 1918-го года прошла для Южной Осетии крайне тревожно. Ситуацию нельзя было характеризовать ни как войну, ни как мир. В селениях остались женщины, старики и ребята, а часть молодёжи, прихватив оружие, отправилось в горы. К этому времени сбывался страшный сон грузин – осетины всё более тяготели к большевистским идеям, какие толкали их в направлении сильного союзника. Да и в самой Грузии население отнюдь не поголовно приняло меньшивистскую диктатуру, как бы она ни рядилась в демократические платья. Поэтому новое правительство отчаянно искало протекции. В самом начале «новая Грузия» едва ли не присягнула на верность кайзеровской Германии, т. к. в 1918-й году по приглашению Ноя Жордания германские армии взяли под свой контроль стратегически важные пункты на территории Грузии. После краха немцев ориентация была мигом изменена, и в верности клялись уже краям Антанты.

Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов
Осетинские большевики

Меньшивистская Грузия в разгуле политического террора

В то время в моду вошли более чем любопытные в нынешнем разрезе речи. Согласно воспоминаниям Филиппа Иесеевича Махарадзе, изложенным в его книге «Диктатура меньшевистской партии в Грузии», Ной Жордания заявлял:
«Великая российская революция, революция февральская на размашистом пространстве России окрепла и обрела плоть и кровь только здесь, в Грузии… и революционная буря, пронёсшаяся над Россией, лишь в Грузии выковала господство демократии».

Ещё дальше пошёл один из лидеров грузинских меньшевиков и член Конституционной ассамблеи Грузии Сеид Девдариани, заявивший:
«Советская Россия — край ужасов, страна террора, экономического развала и т. д., в то время как Грузия является единственной страной в мире, где царит диктатура пролетариата, причём пролетариат осуществляет свою диктатуру без крови и без тех чрезмерных жестокостей».

Автор даже не интересуется, откуда Девдариани взял в аграрной Грузии с несколькими табачными фабриками пролетариат, но по предлогу «диктатуры без крови» промолчать просто невозможно. Если даже цинично вывести южных осетин за скобки, то только в Грузии в темницу отправили около тысячи большевиков, не считая тех, кого без затей расстреляли. Все большевистские издания ещё в феврале 1918-го были затворены. Кроме того, страну сотрясали крестьянские восстания и росло число недовольных новым правительством, поэтому был создан «Особый отряд», занимавшийся подавлением всякого инакомыслия.

Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов
Ной Жордания

Сообразно воспоминаниям Льва Троцкого (одного из самых осведомлённых людей своего времени, несмотря на отношение к нему автора), в методах «политической» войны грузинское правительство меньшевиков не стеснялось:
«Часть этого отряда, под непосредственным наблюдением Тухарели, была занята разрушением бомбами домов тех лиц, на каких кто-либо доносил. Аналогичные же насилия были произведены в Гудаутском уезде. Начальник грузинского отряда, поручик Купуния, бывший прилипнув города Поти, избил целый сход в селении Ацы, заставив всех лечь под пулеметный огонь, и прошелся затем по их горбам, нанося удары шашкой плашмя; затем приказал сходу собраться в кучу, верхом во весь карьер врезался в гурьбу, нанося побои кнутом».

Однако представители Антанты, которые ко всему прочему отчасти финансировали новый грузинский порядок, на всё это смотрели сквозь пальцы, правда, тщательно смазывая свою слепоту гуманистической риторикой. Члены Национального совета осетин подали краям «просвещённого» Запада «Меморандум народа Южной Осетии», где фигурировало требование воссоединения Севера и Юга Осетии. Документ был составлен на русском и французском (стиль международной дипломатии в то время) языках. Но и на это глаза «международная общественность» не открыла.

Разгул преследований инакомыслящих, особенно осетин, доходил до абсурда. Так, у одного из бывших учеников цхинвальской гимназии, участвовавшего в коммунистических собраниях и трудившегося в слесарно-кузнечной мастерской, временно хранился сверлильный станок. Дабы отвадить детей, он именовал станок «пулемётом». Младший брат похвастался сверстнику, что у них кушать пулемёт. Скоро отец сверстника, меньшевик Касрадзе, узнал об этом. Вечером в дом бывшего гимназиста нагрянула «народная гвардия», реквизировала «пулемёт» и совместно с владельцем и домочадцами доставила его в штаб. По воспоминаниям Виктора Гассиева, хоть над «гвардейцами» и потешался весь Цхинвал, но «хранителя пулемёта» всё же послали в тюрьму.

Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов
Цхинвал начала 20-го века

Боевые действия в Южной Осетии 1919-1920-х годов

Южная Осетия в это пора формально управлялась Тифлисом, но по факту продолжала «подло» говорить на осетинском и русском языках, выбирать на местные посты здешнее же население. В 1919-м году Грузию накрывает волна восстаний против власти и меньшивистской верхушки. К восстанию присоединяются и осетины. В октябре того же года Тифлис впрыскивает в Южную Осетию войска. Вскоре малочисленные отряды восставших осетин были выбиты из Цхинвала и прилегающих селений. Бунт подавили и на территории Грузии. Не имея поддержки, штаб восстания в декабре 19-го сложил оружие. Но ситуация оставалась настолько натуженной, что далее горного селения Уанел (север Южной Осетии) грузинские отряды идти не отваживались.

Наконец, пользуясь контролем доли Южной Осетии, большевики-осетины провозгласили в республике советскую власть одновременно с формированием вооружённых отрядов. Из Владикавказа в это же время в сторонку селения Рук выступил отряд в 1000 бойцов, набранных из южноосетинских беженцев. В первых числах июня сводные осетинские подразделения вышли в сторонку Дзау. Уже 6 июня 1920-го года осетинские силы под командованием Арсена Дзуццева разгромили грузинский отряд близ вышеозначенного селения. Пленных послали в Северную Осетию. Удивительно, что позже всех пленных… отпустили, по указанию председателя облисполкома Квирквелия.

Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов
Осетинский отряд повстанцев

Поутру следующего дня завязались бои на окраинах Цхинвала, которые к вечеру завершились победой сил Советской Осетии. Узнав о новом восстании и утрате Цхинвала, Тифлис, несмотря на разгром грузинских войск в Абхазии генералом Деникиным, которого остановили только «союзники» из Антанты, сбросил с позиций все возможные силы и отправил их на подавление осетин.

12 июня в 4 часа утра к Цхинвалу подошли грузинские войска, усиленные артиллерией, какой у осетинских повстанцев не было. Штурм города начали с артиллерийского обстрела, длившегося целых два часа. Только у села Тирдзнис разместилась батарея из 6 орудий. После артподготовки на позиции осетин двинулась грузинская пехота тремя цепями.

Уже к полудню силы осетин не превышали 500 бойцов. Поза усугублял тот факт, что захваченные грузинами селения мгновенно начинали пылать, а до повстанцев доносились крики мирных жителей – дам, детей, стариков. Многие бросились спасать свои семьи, оголяя фронт. Первым заполыхало селение Прис, в зоне которого грузинам удалось прорвать оборону. Командование осетин-большевиков принял решение отойти к селению Кехви (после брани 2008-го года более фактически не существует, т.к. было населено грузинами, выехавшими за пару дней до 8-го августа), севернее Цхинвала. Штаб осетинских сил разместился ещё севернее – в Дзау. В несчастном Цхинвале и пригородных сёлах, население которых не успело бежать, начался разгул насилия. Чермен Бегизов, командир повстанцев присела Рук, вспоминал:
«Начался неслыханный вандализм: осетинское мирное население Цхинвала было истреблено, села сметались огнем артиллерии, беспощадно вырезались старцы, женщины, дети. Напуганное этими зверствами население поголовно снялось с родных мест и бежало на Север».

Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов
Знаменитый еврейский квартал Цхинвала

Недостача людей отягощался недостатком боеприпасов. Владимир Александрович Газзаев, медик по образованию, будущий писатель и переводчик, а в 1920-м году военный командир осетинских повстанцев-большевиков, писал:
«Помню, стою с Мате Санакоевым у входа в штаб. К нам подходит Петре Кабулов, демонстрирует одну обойму и говорит: «Как я буду воевать с пятью патронами?» Мате ему ответил: «Если убьешь пять меньшевиков – с тебя достанет».

Вскоре стало ясно, что основной задачей осетинских отрядов стало прикрытие повального отступления мирного населения. Несмотря на стремительно редеющие линии защитников, от основных сил продолжали отделяться отряды по 5-15 человек для защиты эвакуации того или иного поселения. Большинство сёл, уже занятых грузинскими армиями, мгновенно вспыхивали, словно спички, без какой-либо тактической или стратегической необходимости.

Командир одного из отрядов Мидта Хасиев запоздалее вспоминал о том, как лично столкнулся с грабительскими повадками оккупантов:
«12 июня я занял позицию от села Мугрис до села Двани и придерживался там, пока крестьяне не успели перебраться в лес. Потом за ними мы и сами ушли туда. 24 июня к нам в лес прибежал крестьянин Сандро Парастаев и известил, что к ним в село прибыла конная гвардия. Я взял с собой Сандро Кочиева, Кирилла Джаттиева, Илико Парастаева и Аслана Санакоева, вышел на путь и увидел 5 конных гвардейцев, направлявшихся в лес через с. Цорбис. Мы последовали за ними. Гвардейцы отобрали у крестьян вещи и везли их на пяти арбах, забрали тяни скот и 15 молодых девушек. Я вышел навстречу к гвардейцам и приказал им сложить оружие. Они сразу же повернули назад. Двоих мы застрелили».

Но всё это было лишь началом тяжёлых испытаний южноосетинского народа. Истинный разгул геноцида и массового грабежа был только впереди. Вскоре все, кто смог удалиться, начнут умирать от голода и холода на кавказском высокогорье, а те, кто остался на своей собственной земле, будут вынуждены скрываться в лесах, т. к. репрессиям будут подвергнуты не лишь повстанцы, большевики и им сочувствующие, но и все осетины по этническому признаку.

Продолжение следует…

Источник


Позабытая южноосетинская война 1919-1920 годов