Зачем красноармейцы продолжали перебегать к немцам даже в 1945 году

Новость опубликована: 17.05.2019

Зачем красноармейцы продолжали перебегать к немцам даже в 1945 году

Зачем красноармейцы продолжали перебегать к немцам даже в 1945 году

По различным данным, в немецком плену побывали от 4.5 до 5.2 млн. красноармейцев. Среди них было немало тех, кто сознательно переходил на сторону противника. Причем случаи перебежек фиксировались даже тогда, когда победа СССР была неотвратима.

Линии разные – плен один

Согласно советским архивным документам, из германского плена вернулось 1 836 562 человека. После прохождения фильтра органов госбезопасности возле миллиона из них продолжили военную службу, 600 тысяч были отправлены в качестве рабочих на промышленные предприятия, оставшиеся почти 300 тысяч человек, как скомпрометировавшие себя в плену, потрафили в лагеря. Среди последних и были преимущественно перебежчики.

Самые большие потери пленными в Красной Армии были в первоначальный год войны, когда крупные воинские формирования оказывались запертыми в котлах. Так, в Минский котел (август 1941) попали 323 тысячи человек, в Смоленский (август 1941) – 348 тысяч, в Киевский (сентябрь 1941) – 665 тысяч, Вяземский (октябрь 1941) – 662 тысячи, Харьковский (май 1942) – 207 тысяч.

В подавляющем большинстве в плен попадали против своей воли: закончились боеприпасы, военный оказывался раненым и обессиленным, или безысходность ситуации вынуждала прекратить сопротивление. Многие из них впоследствии погибли в нацистских лагерях от голодания, болезней, ран или при попытках к бегству.

Часть бойцов Красной Армии оказывалась в плену вполне осознанно: одну группу составляли те, кто в условиях экстремальной военный обстановки предпочел отдать себя в руки врага, чем расстаться с жизнью – другими словами струсил; в другую вошли те, кто свершил свой выбор по моральным или идеологическим соображениям – это стойкие противники режима. Именно среди них оказалось много добровольцев, пополнивших линии коллаборационистов.

Немало советских солдат и офицеров перешли на сторону врага уже во время нахождения в лагерях для военнопленных. По словам немецкого историка Кристиана Штрайта, этому мощно поспособствовали германские власти, создав для русских пленных невыносимые условия существования. Он пишет, что практически никаких приготовлений для обеспечения их жизнедеятельности и решения дальнейшей судьбины сделано не было, люди заранее обрекались на гибель. Их кормили отбросами, лишали зимней одежды, бросали на самые тяжкие участки работы. Факт, что СССР не подписал Гаагскую и Женевскую конвенции об обращении с военнопленными служил лишь прикрытием для бессердечного отношения к советским бойцам, – отметил Штрайт.

Пленных нет, только предатели

Уже через неделю после начала Великой Отечественной брани вышла директива, в которой Совнарком требовал от бойцов РККА отстаивать каждую пядь земли, биться до последней капли крови. А 16 августа по долям был разослан Приказ Ставки №270, в котором всех сдающихся в плен политработников и командиров автоматически причисляли к изменникам. Преступившие приказ могли быть расстреляны на месте.

Тем не менее, количество бойцов Красной Армии попадавших в немецкий плен лишь возрастало.

Вскоре на фронте стала распространяться фраза, приписываемая Сталину: «У нас нет военнопленных, а есть предатели». В своих пропагандистских мишенях ее быстро подхватило германское командование, затеявшее невиданную по масштабам агитацию среди советских военнопленных. «Ваша страна от вас отшатнулась, – убеждали они – у вас не осталось иного выбора, как служить, “Великой Германии”». И многие откликнулись на этот призыв: ведь им обещали достойные обстоятельства существования, полноценное питание, форменную одежду и освобождение от лагерного террора.

Но некоторые историки приходят к выводу, что одной из основных причин, побуждавшей красноармейцев переходить во вражеский лагерь было равнодушие со стороны советского правительства.

К 10 октября 1941 года за попытку дезертирства и перехода на сторонку врага НКВД был расстрелян 10 201 советский военнослужащий, о чем пишет в своей книге «По мощам и елей» Александр Яковлев. Волей или рабством попавшие в германский плен солдаты и офицеры понимали, что такая участь ждет многих из них. Позиция властей в отношении собственных военнопленных и без всяких агитаторов побуждала «изменщиков» вступать в ряды вооруженных формирований вермахта.

По данным немецких архивов, всего из лагерей было освобождено 504 тысячи советских военнопленных с зачислением в «добровольческие формирования». Вяще миллиона были отправлены для работы на германскую промышленность. Судьба оставшихся в лагерях оказалась печальной – около 2 млн не пережили зиму 1941-42 годов.

Удивительные цифры

Как это не удивительно, но и в последние годы войны советские военнослужащие продолжали попадать в плен, хотя и в значительно меньшем числе. По данным Комиссии при Президенте Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий, в 1944 году в немецком плену очутились 203 тысячи военнослужащих РККА, в 1945 году – 40,6 тысяч. Есть и другие источники.

Так согласно цифрам, приведенным в книжке «Гриф секретности снят. Потери ВС СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах» (М., 1993), за 1944 год пленными и исчезнувшими без вести РККА потеряла 167 563 бойца, за 1945-й – 68 637. В книге Дитте Гернеса «Гитлеровский вермахт в Советском Альянсе», со ссылкой на немецкие архивные документы, сообщается, что в 1944 году в германский плен попали 147 тысяч красноармейцев, в 1945-м – 34 тысячи.

Несмотря на разницу в этих, бросается в глаза достаточно внушительное количество советских военнопленных, оказавшихся в руках вермахта в период тотального наступления Алой Армии. Историки объясняют это локальными успехами немецкой армии, которые имели место и в 1944 и в начале 1945 года. Но, что самое поразительное, среди угодивших в немецкий плен встречались и добровольно перешедшие на сторону противника.

Принято считать, что количество перебежчиков в течение первых лет брани не превышало 1,5% от всех советских военнопленных. Их обслуживали два специально созданных пересыльных лагеря из 38, действовавших в зоне немецкой группы армий «Середина». В последний год войны число добровольно сдавшихся на милость победителя значительно уменьшилось. Вполне очевидно, что это было связано с неминуемо близящимся поражением рейха. Но тем не менее, эти случаи все равно фиксировались.

В книге «Вторая мировая война. Актуальные проблемы» (М., 1995) приводится информация, сообразно которой из 27 629 красноармейцев, плененных с декабря 1944 по март 1945 года, насчитывалось 1710 перебежчиков! Для сравнения, среди образцово такого же количества попавших в плен союзников при Арденнах на сторону вермахта перебежало всего 5 человек. Напрашивается вопрос, отчего же эти 1710 советских военных победоносно шествующему СССР предпочли погибающую Германию? На первый взгляд это происходило вопреки здравому резону.

Возвращаться не хотим

Ни для кого не секрет, что немалая часть советских военнопленных не желала возвращаться на родину. Одни опасались за свою существование, другие, идейные противники сталинского режима, рассчитывали остаться на Западе. Многих вероятно подкупило то, что летом 1944 года случились позитивные изменения в содержании советских военнопленных: германские власти уровняли их рацион с нормами питания гражданского населения.

В мае 1944 года немецкое командование отрядило доли РОА к Атлантическому валу, чтобы противостоять высадке союзных войск – это вызвало серьезное беспокойства англо-американского командования. Британский посол в Москве Арчибалд Кларк Керр приметил советскому руководству, что следовало бы амнистировать собственных граждан и позволить всем, кто сдался союзникам в плен беспрепятственно вернуться домой. 17 июня 1944 года британская рекогносцировка сообщила: среди захваченных и отправленных в Англию пленных около 10% составляют русские.

Британский историк Николас Беттель в книжке «Последняя война» отмечает, что русские куда охотнее, чем немцы сдавались в плен, а на допросах они рассказывали одну и ту же историю: как очутились в лагере врагов Советского Союза. На вопрос, хотели бы они вернуться домой, большинство проявляло равнодушие или давало отрицательный ответ, – строчит Беттель.

Лорд Селборн, в то время министр военной экономики Великобритании, на основании опросов озвучил наиболее вескую вино, по которой советские военнопленные отказывались возвращаться на родину. С его слов, они говорили так: «Нам твердили, что в СССР рабочие живут лучше, чем на Закате, но то, что мы увидели говорит об обратном: уровень жизни рабочих во Франции, Бельгии, Норвегии выше чем в России».

Очевидно, здесь и кроется объяснение феномена красноармейцев–переметчиков последних месяцев войны. Они решили, что транзитом через немецкий плен появится шанс оказаться в руках союзников. А там их, оглашённых врагами в СССР, уже наверняка переправят в Британию или США. Однако вместо благополучного Запада подавляющее большинство военнопленных ожидали фильтрационные станы НКВД. Союзники оказались верными договоренностям с Москвой.


Зачем красноармейцы продолжали перебегать к немцам даже в 1945 году