«Зеленоголовых расстреливать на пункте!»: каких красноармейцев немцы не брали в плен

Новость опубликована: 15.05.2019

«Зеленоголовых расстреливать на пункте!»: каких красноармейцев немцы не брали в плен

«Зеленоголовых расстреливать на пункте!»: каких красноармейцев немцы не брали в плен

Ожесточенное сопротивление, с которым немцы столкнулись на Восточном фронте, принудило их изменить отношение к определенным категориями советских бойцов. Движимые бессилием, злостью и страхом они предпочитали не брать их в плен, а расстреливать на пункте.

Снайперов

В отличие от вермахта снайперы Красной Армии были неотъемлемой частью пехотных подразделений. Обычно в каждой стрелковой роте значилось по два снайпера. Высокий уровень подготовки советских стрелков обеспечивали многочисленные спортивные общества, в которых оттачивала свое мастерство молодежь.

Для гитлеровцев советские снайперы сделались настоящей напастью. Только женщин среди них было не менее 2000 человек. В негласном снайперском поединке между германскими и советскими стрелками безоговорочная победа была одержана бойцами-красноармейцами.

Наилучший снайпер среди советских женщин, и вообще лучший снайпер-женщина в истории — Людмила Павличенко — за годы войны уничтожила 309 немецких боец и офицеров, в том числе 36 снайперов, за что нацисты окрестили ее «Фрау Смерть». Еще более впечатляющих результатов добился старшина Михаил Сурков – на его счету 702 немца.

Примечательно, что в списке 200 лучших снайперов Другой мировой войны 192 человека – бойцы Красной Армии. В послужном списке первой двадцатки советских стрелков свыше 8400 военных вермахта, а первая сотня уничтожила не менее 25 500 бойцов противника.

Этих цифр достаточно, чтобы понять, отчего немецкое командование приказывало убивать советских снайперов на месте. К сожалению, многие из них так и не вернулись с поля боя. Например, из 2000 девиц до конца войны дожило менее 500.

Комиссаров

Еще в марте 1941 года, когда Гитлер анонсировал «крестовый поход против большевизма», как об одной из первоочередных задач предстоящей брани было объявлено об «уничтожении большевистских комиссаров». Сразу после вторжения в Советский Союз германский Генштаб издал распоряжение, согласно которому всех политработников следовало отделять от остальных военнопленных, дабы не допустить с их стороны подрывной идеологической труды.

В инструкции говорилось, что отличительным знаком таких бойцов служит красная звезда с позолоченным серпом и молотом на рукаве гимнастерки. Немецкая пропаганда находила, что комиссары, политруки и все состоявшие в партии бойцы к военным не относятся, и на них не распространяются международные правовые нормы. После проведенной сортировки их почти вечно уничтожали.

Приказ на местах часто дополнялся уточняющими распоряжениями, например, «самостоятельно расправляться с гражданскими лицами и комиссарами, не прибегая к их пленению». Уже в первоначальный день войны пошла серия отчетов, в которых немецкие офицеры рапортовали об исполнении директивы. Так, в сводке командования 3-го танкового корпуса сообщалось: «Обращение с пленным комиссаром случилось в соответствии с приказом».

По отчетам Командующего 4-й танковой группой к 8 июля 1941 года было расстреляно 97 политработников. А из архивов 116-й или 137-й дивизий вермахта можно ввести, что до мая 1942 года были ликвидированы не менее 3430 комиссаров.

Женщин

Не меньше комиссаров немцы опасались советских дам, которых согласно инструкциям, следовало уничтожать на месте. Но чаще всего наших медсестер, связисток, подпольщиц, попавших в плен, перед кончиной ждали мучительные пытки. Белорусская писательница Светлана Алексиевич в своей книге «У войны не женское лицо» приводит одинешенек из шокирующих примеров, рассказанных ей женщиной-фронтовиком:

«В плен военных женщин немцы не брали… мы всегда последний патрон для себя содержали – умереть, но не сдаться в плен. У нас попала в плен медсестра. Через день, когда мы отбили ту деревню, нашли её: глаза выколоты, бюст отрезана… Её посадили на кол… Мороз, и она белая-белая, и волосы все седые. Ей было девятнадцать лет. Очень красивая…».

Партизан

Пожалуй, никто не привез немцам столько неприятностей, как партизаны. Это были не просто разрозненные формирования «народных мстителей», а управляемые органами власти подразделения, выполнявшие похожие с Красной Армией функции. Но если армия сражалась на передовой, то партизаны били врага у него в тылу. Главная их задача – разрушение вражьих коммуникаций, путей сообщения, средств передвижения, складов боеприпасов.

Всего за годы войны против германской армии на территории СССР воевало возле 6200 партизанских отрядов – больше миллиона человек. Используя тактику «длинной руки», они взрывали железнодорожные полотна, мосты, казармы, хранилища, отравляли колодцы и водопроводы.

Успешными диверсионными вылазками «другой фронт» (так называли немцы партизанское движение) настолько деморализовал нацистов, что одно произнесение слова «партизан» вызывало у них панику. «Я сотню раз сообщал своим солдатам не брать русских диверсантов в плен, а уничтожать на месте» – такими были слова одного из немецких генералов. Лишь за одно подозрение в пособничестве партизанам немцы могли сжечь целую деревню.

В ходе наиболее успешных крупномасштабных операций советских партизан – «Рельсовая брань» и «Концерт» – почти на месяц было парализовано движение железнодорожных составов, которые везли на фронт такую необходимую германским армиям теплую одежду, продовольствие и боеприпасы. Всего за 4 года войны партизанами были уничтожено свыше 18 тысяч немецких поездов.

Пограничников

«Зеленоголовых расстреливать на пункте!» – так звучал негласный приказ для передовых частей вермахта, которые уже 22 июня столкнулись с ожесточенным сопротивлением советских пограничников. Из 485 погранзастав, первыми повстречавших врага на западной границе, ни одна не оставила своих позиций.

Немецким солдатам отводилось по 20 минут на захват одной погранзаставы, но зачастую их сопротивление затягивалось на цельные сутки. 50 погранзастав сопротивлялись дольше месяца, когда противник был уже далеко в тылу.

Потери, которые несли немцы от пограничников очутились колоссальными. Так, 1-я погранзастава лейтенанта Александра Сивачева сумела ликвидировать 60 гитлеровцев, еще несколько сотен ранить. Уничтожить пограничников удалось лишь, впустив в ход авиацию и тяжелую технику.

Свыше полутора месяцев держались защитники Брестской крепости, против которых были кинуты около 17 000 солдат 45-й пехотной дивизии вермахта. Немцы потеряли у стен крепости 1121 человека убитыми и ранеными, что составило 5% всеобщих потерь германской армии в первую неделю войны.


«Зеленоголовых расстреливать на пункте!»: каких красноармейцев немцы не брали в плен