Барачные серали: как отбирали себе женщин надзиратели в Соловецком лагере

Барачные серали: как отбирали себе женщин надзиратели в Соловецком лагере

Со 2 ноября 1923 года по 4 декабря 1933 года самый большенный архипелаг Белого моря — Соловецкие острова, был пристанищем крупнейшего исправительно-трудового лагеря СССР – Соловецкого лагеря особого направления, иначе называемого СЛОН. Это страшное место, куда, прежде всего, ссылали политзаключённых, стало каторгой для более 2500 дам, часть из которых мужланы-надзиратели превратили в своих наложниц.

СЛОН

Профессиональный фотограф Юрий Бродский, исследовавший Соловки, констатировал, что здешний лагерь был экспериментальным полигоном, где отрабатывались методы и нормы обращения с заключёнными, которые позднее использовались в ГУЛАГе.

Именно в этом негромком карельском уголке надзиратели тренировались в умении вести изощрённые допросы, применять психологическое подавление, изобретать новые облики пыток, безжалостно расправляться с узниками и мастерски скрывать многочисленные трупы.

В этом дьявольском месте, где к 1933 году насчитывалось 19 287 человек, выжило  меньше половины узников. Содержавшиеся в его застенках арестанты в основном были заняты на тяжёлых лесозаготовках и дорожном строительстве, на осушении болот и добыче йода, на кирпичном, кожевенном и механическом производстве.

Дамы в большей степени трудились в сельхозах и на звероферме, называвшейся в быту «пушхоз».

Однако участь представительниц прекрасного пола была незавидной. Очутившись за железной проволокой, они подвергались нравственному унижению и насилию со стороны чинивших беспредел надзирателей.

Путь в ад

Созерко Мальсагов в книжке « Адские острова: Советская тюрьма на Дальнем Севере» писал, что официальной причиной ссылки женщин на Соловки было их беспрерывное занятие проституцией. В реальности под эту статью загоняли не только лиц с низкой социальной ответственностью, но и всех политически неблагонадёжных личностей, воображавших опасность для советской власти.

Те заключённые, кто на воле зарабатывали на жизнь оказанием сексуальных услуг, не видели ничего зазорного и унизительного в домогательствах со сторонки лагерного начальства. Они без стеснения раздевались в своих бараках и абсолютно нагие прогуливались до бани, вызывая бурю эмоций у лагерного персонала. Они играли в карты, где расплатой за разгром служил поход в мужской барак, в котором проигравшая при свидетелях должна была удовлетворить похоть десяти мужчин.

Однако эта категория арестанток в мочь их доступности мало интересовала начальство, которые всеми силами пытались ввергнуть в пучину разврата порядочных женщин и казачек, очутившихся на Соловках из-за контрреволюционных взглядов.

Перед лагерным руководством стояла задача сломить дух и растоптать моральные устои этих образованных девиц и женщин, для которых одно нахождение в атмосфере непрерывного мата, антисанитарии, похабщины и пьянства было невероятной пыткой.

И, стоит отметить, что с этим кощунственным заданием, они справлялись мастерски. Как помечал в своей книге Созерко Мальсагов «послать честную женщину на Соловки — значит, в несколько месяцев превратить ее в нечто похуже проститутки, в комок безгласной нечистой плоти, в предмет меновой торговли в руках лагерного персонала».

Женщины именно из этой категории становились наложницами сералей соловецких начальников и надзирателей, а те из них кто оказывал сопротивление, заканчивали жизнь в смертельных мучениях.

Градация

Публицист Владимир Кузин в труду «Женщины Гулага» писал, что всех новоприбывших узниц Соловецкого лагеря, прежде всего, посылали в баню. Но цель этого мероприятия была вдали не санитарного характера. Раздетых каторжанок отправляли не мыться, а по одной выводили в коридор, по обе стороны которого стояли, работавшие в СЛОНе мужа. Они разглядывали женщин как товар и сортировали на три категории: первоклассная — «рублёвая», средняя — «полурублевая», низкопробная – «пятнадцатикопеечная» (пятиалтынная). После этой процедуры, любой из присутствовавших чекистов мог забрать понравившуюся ему женщину и делать с ней всё, что заблагорассудится.

Высшее руководство чаще всего останавливало свой выбор на дамах из разряда «рублёвых», к которому причислялись новоприбывшие молодые контрреволюционерки, ещё не знакомые со чудовищными порядками лагеря.

Женщины из других категорий становились сексуальными игрушками низшего инструктивного звена. Достоверно известно, что каждый день в бараках отбирались 25 девушек, которых отправляли к охранявшим СЛОН бойцам 95-й дивизии, безнаказанно насиловавших несчастных.

Гарем Торопова

Поскольку принуждение женщин к сожительству в Соловецком исправительно-трудовом лагере было делом обыкновенным, каждый местный смотритель и начальник могли одновременно иметь от трёх до пяти насильственно удерживаемых любовниц, числившимися прислугой или поварихами.

Из достоверных ключей известно, что насильственные действия в отношении женщин применял староста Кемского лагеря Чистяков. Выбирая для своих утех наиболее молодых и прекрасных арестанток, он унижал их принуждением к сексу, а также заставлял мыть его и чистить ему обувь.

Но больше всех отличился помощник Кемского коменданта по домовитой части Торопов, который после своего назначения в 1924 году, основал в лагере официальный гарем, куда всегда попадали приглянувшиеся ему женщины.

Те, кто, смиряясь с судьбой, безропотно соглашались на роль наложницы, имели шанс получить от своих покровителей платье и обувь. Но если возлюбленная переставала интересовать лагерного «султана», её вышвыривали из гарема и отбирали подаренные вещи, которые переходили к новой пассии.

Отдельный девушки сожительствовали с чекистами после того как те сломили их характер, подвергая голоду и мукам на общих работах, а также ссылке на Заяцкие острова, где житье была непосильно тяжела.

Но были и те, кто ни под каким предлогом не шёл против своей воли, предпочитая поруганной чести смерть.

Мщение чекистов

В книге Созерко Мальсагова описано несколько случаев, когда надзиратели и коменданты пользуясь своим служебным позой сводили счёты с несговорчивыми девушками. Так вышеназванный Торопов в 1924 году присмотрел для своего гарема новую жертву – 17-летнюю польку, какая оказалась на Соловках по обвинению в шпионаже в пользу Польши.

Обладая привлекательной внешностью, она имела ещё прекрасную и чистую душу, потому на отвратительные домогательства помощника коменданта ответила резким отказом. В ответ Торопов огульно инкриминировал ей укрывательство контрреволюционных документов, и чтобы отыскать их, он раздел бедную девушку в присутствии лагерного конвоя и скрупулёзно щупал её тело, в тех местах, где, по его мнению, она могла прятать бумаги.

Обыкновенным явлением на Соловках были изнасилования, которые на местном жаргоне назывались «прогулкой за проволоку». Надругательствам женщины подвергались как среди белоснежна дня, так и ночью. Их заражали сифилисом и прочими венерическими заболеваниями. Они беременели, а их избивали, вызывая выкидыш, или отбирали новорождённых детей и посылали их в незнакомые детские дома.

Вам также может понравиться