ЧП на «Вепре»: как обезумевший матрос захватил атомную подлодку в 1998 году

WikipediaЧП на «Вепре»: как обезумевший матрос захватил атомную подлодку в 1998 году

В 1998 году в России произошел первоначальный в мировой истории захват атомной подводной лодки. По одной из версий, матрос, захвативший субмарину, страдал психическим заболеванием. Остается неотчетливым, как ему удалось пройти медицинскую комиссию. Да и смерть террориста вызывает больше вопросов, чем ответов.

Неудавшееся дезертирство

Дело о первом в вселенной террористическом захвате атомной подводной лодки было засекречено сразу после трагедии. Однако уж через год военная прокуратура Нордового флота решила предать случившееся огласке. Благодаря этому стало известно не только о самом преступлении, но и о личности террориста. Его призывали Александр Кузьминых. Он был призван на армейскую службу Приморским военкоматом города Санкт-Петербурга осенью 1997 года. Как пишет Александр Державин в своей книжке «Морские дьяволы. Из жизни водолазов-разведчиков Балтийского флота ВМФ», Кузьминых служил матросом-торпедистом на новой многоцелевой атомной подводной ладье К-157 «Вепрь».

Ночью 11 сентября 1998 года, когда все и произошло, подлодка находилась на боевом дежурстве на базе, располагавшейся в поселке Гаджиево Мурманской районы. В четвертом часу утра Александр Кузьминых с помощью зубила на длинной ручке убил часового. Однако в этот момент уже возлежавшего вахтенного заметил капитан 3-го ранга Сергей Беседин. Беседин приблизился к нему и тут же получил удар зубилом. Завязалась куцая борьба, в результате которой обезумевший матрос завладел автоматом и выстрелил в капитана. По всей видимости, Кузьминых собирался дезертировать, но, опасаясь, что выстрелы могли услышать, исчез внутри корабля.

В торпедном отсеке

В это время, как утверждает Игорь Хмельнов, автор книги «Бунтующий флот России. От Екатерины II до Брежнева», Сергей Беседин, какой по счастливому стечению обстоятельств остался жив, сумел пробраться к переговорному устройству и доложить о ЧП на «Вепре». А Александр Кузьминых уже расстреливал шестерых своих сослуживцев, какие, ничего не подозревая, отдыхали в кубрике. Пятеро матросов погибли. Шестой не пострадал только потому, что Кузьминых стрелял в тьме и попросту не попал в товарища. Но этого торпедисту показалось мало: он включил систему ЛОХ (лодочной объемной химической защиты), впустив опасный газ фреон в третий отсек, где находился 31 человек. К счастью, сработал сигнал тревоги, и матросы успели надеть противогазы. А 19-летний правонарушитель забаррикадировался в торпедном отсеке подлодки. Кузьминых предупредил, что взорвет боезапас, находившийся на судне, если командование решится на штурм.

К тому моменту о захвате подводной ладьи стало известно главкому ВМФ Владимиру Куроедову, который тут же прибыл на место происшествия. По словам Николая Зенькевича, автора издания «Как Ельцин преемника выбирал», для того, чтобы отсоветовать Александра Кузьминых от опрометчивых шагов, на «Вепрь» спецрейсом доставили и его мать. Но та не смогла повлиять на сына. С торпедистом также вели переговоры его брат, священнослужитель и психолог. Все они тоже очутились бессильны. Кузьминых не собирался покидать свое убежище добровольно, но зато попросил пистолет, спиртное, шоколад и черную икру. Оружие и продовольствие были ему незамедлительно переданы.

Смерть террориста и причины ЧП

Александр Кузьминых «держал оборону» почти сутки. Так как действия матроса могли повергнуть ко второму Чернобылю, все суда, находившиеся поблизости, были отведены подальше от субмарины. Это было сделано еще и потому, что, несмотря на заявки террориста, для разрешения инцидента было решено все-таки провести спецоперацию с участием специальных подразделений ФСБ и Северного флота. В ходе штурма, если веровать изданию «Россия в формировании международной системы профилактики распространения оружия массового поражения» (КомКнига, 2008 год), Александр Кузьминых был ликвидирован. Аналогичной версии держится и Игорь Хмельнов. Причем, согласно одной из версий, Кузьминых погиб от взрывного устройства, вмонтированного сотрудниками ФСБ в трубку телефонного аппарата, по какому и велись все переговоры. А вот Александр Державин утверждает, что террорист-одиночка покончил с собой.

Как бы то ни было, ситуация и подлодка были взяты под контроль лишь после смерти Александра Кузьминых. Тот же Державин пишет о том, что причинами поступка Кузьминых могли стать как дедовщина, так и психическое заболевание. Впрочем, факт присутствия неуставных отношений доказан не был. Но нарушениями психики Кузьминых, как выяснилось, действительно страдал. Как такого призывника пропустила комиссия, так и осталось секретом. Тем более, что отбор на флот всегда отличался крайней строгостью. Однако за случившееся ответили лишь несколько офицеров, каких понизили в должностях, а Сергей Беседин получил небольшую страховку.

Вам также может понравиться