Основные секреты первого полёта Гагарина

Основные секреты первого полёта Гагарина

Основные секреты первого полёта Гагарина

Про первый в истории Земли космический полет человека, совершенный Юрием Гагариным, ходит масса баек, фантастических и нелепых. К числу последних относятся разговоры, что первый космонавт отправился в полет, якобы, в положении … книзу головой. С чем связано появление этих странных слухов?

Взлёт

Широко известны документальные кадры, зафиксировавшие Гагарина в предстартовые моменты на Байконуре. Он всходит в лифте к кабине «Востока», его сопровождает конструктор Олег Ивановский, который помогает космонавту расположиться в кресле пилота. На кадрах неплохо видно положение космонавта: почти лежа, ноги согнуты в коленях и слегка приподняты. Может быть, причиной вестей стало именно это?

Дело в том, что положение космонавта перед стартом иным и не может быть. И по сей день в космос отправляются собственно в таком, практически лежачем положении. Оно вызвано колоссальными перегрузками, которые испытывает человек, находящийся в корабле, преодолевающем дольнее притяжение. Вес тела увеличивается в семь раз (например, Гагарин весил в период перегрузок до 300 килограммов), невозможно поднять длань, даже шевельнуть пальцем. Сердце начинает работать на пределе возможностей, ведь кровь тоже сильно тяжелеет. Если астронавт в этот промежуток времени будет находиться в вертикальном положении, кровь просто не сможет «добраться» до мозга, что приведет к утрате сознания и серьезному ущербу для здоровья.

Чтобы избежать такого развития событий, физиологи и врачи рассчитали позу, обеспечивающую астронавту наименьшую опасность. Угол между спиной и бедром должен составлять 100 градусов, наклон спины – 12 градусов, угол между ляжкой и голенью – 117 градусов.

Кресло Гагарина имело еще одну особенность. Никто не знал, что может произойти с психикой человека, когда он очутится в космосе, испытает невесомость. Вдруг космонавт потеряет адекватность или даже сойдет с ума? На этот случай была предусмотрена самодействующая фиксация конечностей.

Впрочем, если в полет Гагарин отправился, практически, лежа, то положение «вниз головой» он все же испытал в этап подготовки к полету. Одно из обследований, которое он прошел (антиортостатическая проба) выглядело так. Сначала он, под наблюдением лаборантов, 10 минут провел, плотно пристегнутый ремнями к горизонтальному столу. Затем стол поворотили вертикально, и лаборанты фиксировали физиологические показатели испытуемого еще 20 минут. А затем будущего космонавта еще столько же времени наблюдали, спустив вниз головой.

В настоящее время в подготовку космонавтов обязательно входит испытание положением «вверх тормашками», медики сообщают, что именно так можно понять, какой будет реакция организма на невесомость.

Посадка

Все 90 минут в космосе Гагарин ощущал себя, несмотря на перегрузки при взлете, нормально, четко отвечал на вопросы из центра управления полетом, вел бортовой журнал (пользуясь при этом несложным грифельным карандашом). Полет шел в штатном режиме, автоматика не подводила. Однако, когда пришло время возвращаться на землю, завязались сложности. И вот тут-то Гагарину довелось и испытать дикую болтанку, и полетать вверх ногами.

Когда заработала тормозная двигательная установка (ТДУ), от спускаемого аппарата, где был Гагарин, должен был отделиться приборный отсек. Но произошло непредвиденное: отсек отделился не полностью, а потащился за спускаемым аппаратом на пучке кабелей. Это сделалось причиной хаотичного движения корабля. Гагарин описывал это так: «…Получился «кордебалет»: голова-ноги, голова-ноги с очень большой скоростью вращения. Все кружилось. То видаю Африку (над Африкой произошло это), то горизонт, то небо. Только успевал закрываться от солнца, чтобы свет не попадал в глаза. Я поставил ноги к иллюминатору, но не затворил шторки. Мне было интересно самому узнать, что происходит…».

Болтанка прекратилась лишь когда из-за движения в атмосфере трен из проводов прогорел и отделился от спускаемого аппарата.

Дальше было катапультирование и благополучное приземление, несмотря на нештатную ситуацию, возникшую при раскрытии парашюта.

Первоначальный космонавт вернулся домой.

>