Какие иноземные государства и союзные республики признали ГКЧП

Ivan Simochkin • CC BY-SA 3.0Какие иноземные государства и союзные республики признали ГКЧП

Утром в понедельник 19 августа 1991 года граждане СССР неожиданно для себя разузнали из радио- и телепередач, что президент СССР Михаил Горбачёв «по состоянию здоровья временно не может исполнять свои обязанности», и вся полнота воли в стране принадлежит некоему «Государственному Комитету по чрезвычайному положению» (ГКЧП).

Во главе ГКЧП оказался вице-президент СССР Геннадий Янаев – официальный заместитель Горбачёва. В состав ГКЧП взошли премьер-министр СССР Валентин Павлов, основные силовые министры и двое представителей «общественных организаций».

«Путч»

В заявлении ГКЧП указывалось, что мишенью нового органа будет принятие и проведение «самых решительных мер по предотвращению сползания общества к общенациональной катастрофе, обеспечению законности и распорядка». ГКЧП говорил об экстремистских силах, взявших «курс на ликвидацию Советского Союза, развал государства и захват власти любой стоимостью». Не называя их конкретно, он выражал намерение им противодействовать и положить конец их деятельности. ГКЧП не то обещал, не то грозился «в кратчайший срок восстановить трудовую дисциплину и распорядок, поднять уровень производства».

В первом указе ГКЧП говорилось, что уже с 4 часов утра 19 августа (то есть ещё до выхода ГКЧП со своими заявлениями в эфир) «в отдельных местах СССР» действует чрезвычайное положение, причём конкретные местности не назывались. В то же утро жители столицы тогда ещё СССР увидали на улицах танки, а вечером было объявлено, что ночью в Москве будет действовать комендантский час.

Несмотря на эти заявления и предостережения, в тот же день в Москве и иных крупных городах страны (столицах многих союзных и автономных республик, областей и краёв РСФСР) стали собираться стихийные, а порой и организованные митинги. На них выходящее оценивалось как «государственный переворот», ГКЧП назывался «неконституционным органом», а все его распоряжения объявлялись незаконными. Раздавались призывы к неповиновению распоряжениям ГКЧП, к объявлению общенациональной забастовки, к возвращению законной власти в СССР в руки президента Горбачёва.

В большинстве мест устроителями акций неповиновения были недавно избранные демократическим путём республиканские и местные власти. Центром сопротивления перевороту в Москве сделалось руководство Верховного Совета РСФСР во главе с Борисом Ельциным. Уже 20 августа было ясно, что приказы и распоряжения ГКЧП саботируются многими силовыми структурами. 21 августа сделалось фактически концом государственного переворота. А 22 августа из Фороса в Москву прилетел Горбачёв и приступил к исполнению своих долгов – правда, как выяснилось впоследствии, всего на четыре месяца.

Руководство Белоруссии, Украины и Грузии поддержало ГКЧП

«Гекачеписты», как их тут же прозвали, открыто надеялись, что сам факт государственного переворота, подкреплённого демонстрацией военной силы, заставит новые власти союзных республик уложить полномочия либо пойти на переговоры с ГКЧП. Путчисты не предприняли сразу мер по насильственной изоляции руководства РСФСР, что, несомненно, сделалось одной из их главных тактических ошибок, если считать, что ГКЧП действительно преследовал декларированные им цели.

Тем не менее, расчёт ГКЧП на вероятную лояльность и сговорчивость союзно-республиканских властей частично оправдался. Очевидно, такие лидеры союзных республик, хотя и были избраны на свои посты недавно, в рамках кампании по демократическому переизбранию Рекомендаций, расценивали шансы ГКЧП выполнить поставленные цели и удержаться у власти как весьма высокие.

О полной поддержке ГКЧП заявил председатель Верховного Рекомендации Белорусской ССР Николай Дементей. Председатель Верховной Рады Украинской ССР Леонид Кравчук занял уклончивую позицию. Он воздержался от публичной оценки образования и поступков ГКЧП. В то же время Кравчук воспрепятствовал созыву внеочередной сессии Верховной Рады, на которой могла бы прозвучать такая оценка со сторонки депутатов.

Один из немногих активно поддержавших ГКЧП военных руководителей – главнокомандующий сухопутными силами генерал армии Валентин Варенников, бывший 19 и 20 августа 1991 года в Киеве – утверждал в своих мемуарах, что Кравчук заверил его лично в готовности выполнять директивы ГКЧП.

Особенно удивительным оказалось поведение президента Республики Грузия Звиада Гамсахурдиа. Он первым из постсоветских руководителей был избран на собственный пост путём всеобщего голосования. 26 мая 1991 года за него проголосовало 86% избирателей Грузинской ССР. Гамсахурдиа среди всех тогдашних глав союзных республик отличался крайне антисоветской риторикой и уже раньше принял меры к выходу Грузии из состава СССР.

Что подвигало им в день 19 августа, когда он заявил об исполнении требования ГКЧП – роспуске всех «незаконных вооружённых формирований», какие сам же до этого создавал в республике? Возможно, он боялся, что переворот в Москве – всерьёз и надолго, и тогда ему одному из первых припомнят сепаратистскую деятельность. Может быть, желал, опираясь на ГКЧП, справиться с политическими конкурентами, набиравшими силу в республике. Мемуаров Гамсахурдиа не успел оставить. Крах ГКЧП пришёл началом его конца, а в развернувшейся в Грузии гражданской войне он погиб 31 декабря 1993 года.

Позиция в дни «августовского путча» сделалась причиной отставки председателя Верховного Совета Белоруссии Дементея уже 22 августа. А вот Кравчуку на Украине удалось удержаться у воли и оседлать ситуацию в свою пользу, опережающими темпами поведя дело к выходу Украины из СССР. 5 декабря 1991 года Кравчук сделался первым президентом независимой Украины.

Франсуа Миттеран за ГКЧП

Не было ничего удивительного в том, что со словами горячей поддержки в адрес ГКЧП выступили тоталитарные лидеры краёв Ближнего Востока: президент Ирака Саддам Хуссейн и глава Ливийской Арабской Джамахирии Муаммар Каддафи. Столь же ожидаемым было заявление премьера Государственного Рекомендации КНР Ли Пэна о признании Китайской Народной Республикой ГКЧП законным правительством СССР.

А вот выступление президента Франции Франсуа Миттерана прозвучало диссонансом на поле позиции всех западных лидеров, потребовавших возвращения Горбачёва к власти. В 16:51 по московскому времени 19 августа Миттеран заявил, что не видает причины не сотрудничать с ГКЧП как с руководством Советского Союза. Впоследствии ему пришлось сильно отдуваться за это поспешное высказывание.

В целом же авантюра ГКЧП, предпринятая под лозунгом спасения Советского Альянса от развала, только ускорила этот развал. В том, что ГКЧП был образован 19 августа, следует усматривать попытку предотвратить подписание главами союзных республик новоиспеченного Союзного договора, намеченное на 20 августа 1991 года. Договор предусматривал реформирование структуры СССР – перевод её с степени федерации на уровень межгосударственной конфедерации. Но в результате действий ГКЧП получилось не реформирование СССР, последняя попытка его сохранить, а его целая ликвидация.

Вам также может понравиться