Астронавт №3: Почему Григорий Нелюбов так и не полетел в космос вслед за Гагариным и Титовым

Астронавт №3: Почему Григорий Нелюбов так и не полетел в космос вслед за Гагариным и Титовым

Астронавт №3: Почему Григорий Нелюбов так и не полетел в космос вслед за Гагариным и Титовым

Не знаю, как в современных российских школах, но в СССР имена первого и второго астронавтов знали все: Юрий Гагарин и Герман Титов. В свете недавних событий кто-то вспомнит еще и Валентину Терешкову. Впрочем, она в списке свершивших космический полет была лишь шестой. А вот второго дублера Гагарина, который мог бы стать третьим советским исследователем космоса — Григория Нелюбова — позабыли и на долгие годы вычеркнули из истории советской космонавтики.

С мечтой о космосе

Полеты в космос были мечтой Григория Нелюбова с раннего младенчества. Юноша увлекался научной фантастикой и астрономией и часто признавался брату: «Очень хочется побывать на Луне». Тогда – в сороковых – в сломанной войной стране это было слишком смелое желание. Григорий служил в морской авиации и там проявил себя с лучшей сторонки: умный, отважный, инициативный и вместе с тем исполнительный. Не удивительно, что, когда в 1959 году начались секретные работы по формированию первого отряда советских астронавтов, Нелюбов оказался в числе претендентов.
Как рассказывает Николай Каманин в книге «Скрытый космос», на первом этапе по личным делам и рекомендациям начальства было отобрано почти три с половиной тысячи кандидатов. Но лишь каждый десятый из них попал на собеседование. Потом последовало еще несколько ступеней отбора: медицинская комиссия в Москве, проверка психологической устойчивости, доскональное изучение анкеты, вводя информацию о близких и дальних родственниках. Григории Нелюбов оказался среди шестерых, кому удалось пройти все сита отбора.

Третий не излишний, а запасной

Поиск кандидатов и их подготовка велись в режиме сверхсекретности. Летчикам говорили, что они будут испытывать новые самолеты. Истина открылась позже — Гагарин, Титов и Нелюбов стали первой тройкой, на тренировке которых из-за недостатка времени сосредоточили основные мочи. Окончательный выбор космического пионера не был сделан даже в 1960 году. Как рассказывает бывший полковник советской авиации Анатолий Утыльев, трудившийся в те годы в Звездном городке, Нелюбов, а вовсе не Гагарин был тамошним всеобщим любимцем.
Согласно воспоминаниям бывших работников, сохранившимся в архивах Роскосмоса (в том числе и по ним в 2007 году был сброшен документальный фильм «Он мог быть первым»), некоторое время именно кандидатура Нелюбова рассматривалась как приоритетная. Но крест на карьере астронавта, сам того не подозревая, поставил Никита Хрущев. Изучая досье кандидатов, он как-то произнес: «Нелюбов не может быть первым астронавтом. Вот если бы он был Любовым…». После этого решение было сделано в пользу Гагарина. Официально удостоверение космонавта №1 Юрий получил 10 апреля, а Герману и Григорию пришлись документы за номерами 2 и 3 соответственно.

Что такое не везет…

«Отец» советской космонавтики Сергей Королев обещал, что полетят все, пусть и не разом. Нелюбов в это свято верил и продолжал усиленно готовиться. Но ему не повезло — в процесс вмешалась политика. Сначала вместо полета третьего астронавта решили отправить на орбиту интернациональный экипаж и Георгия «обошли» представители нацменьшинств Николаев и Попович (№4 и №5). Запоздалее в космос экстренно, чтобы опередить американцев, решено было отправить женщину — Валентину Терешкову (№6). «Третий» же ожидал своей очереди и это ожидание стало плохо сказываться на его психологическом состоянии.
Королев решил, что Нелюбову не помешает небольшой отпуск. Как повествует Олег Варяник в книге «Полшага до старта», находясь на отдыхе Григорий повстречался со своими сослуживцами и зашел с ними в ближайший буфет, чтобы «немного отметить» это дело. Там между товарищами завязалась то ли драка, то ли дружественная потасовка, официантка забила тревогу и военный патруль повязал всех, не разбирая. Запоздалее в комендатуре, когда уже выяснилось, кто у ним «загремел», Нелюбову предложили извиниться и замять инцидент. Но тот пошел на принцип, стремясь доказать свою непричастность.

Трагический финал

Нетрезвых выходок космонавтам прощать было нельзя. Григория направили сначала на Кубань, потом в Приморье. Там он проявил себя отлично: участвовал в испытании истребителя МиГ-21, активно готовил новых пилотов и десантников. Репутация вроде бы была восстановлена и в 1965 году Нелюбов с супругом стали готовиться к переезду в столицу. Но в последний момент добро на перевод так и не дали. Поговаривают, кто-то из завистливых сослуживцев дал Григорию весьма нелестную характеристику.
По воспоминаниям Каманина, он совместно с Гагариным собирался решить вопрос перевода через Королева — тот Нелюбова очень ценил. Но в 1966 году Сергея Павловича не сделалось. Газеты после смерти «отца советской космонавтики» вышли с отретушированным снимком Королева в окружении пилотов первой трио — фигура Нелюбова на нем была закрашена. Несколько дней спустя несостоявшийся космонавт был найден мертвым на обочине железной пути. Официальная версия гласит, что, будучи в нетрезвом состоянии, Григорий не заметил проходящего поезда. Но записка, оставленная для жены, заставляет размышлять о другом: «Зинок! Ты всегда была лучше всех. Таких женщин нужно поискать. Прости.». Вдова по сей день уверена, что кончина Нелюбова была добровольной — он так и не смог простить себе загубленной карьеры…

>