Нефтяная игла СССР

Нефтяная игла СССР

Эпический миф о нефти

Лишь что на ВО вышла статья «С хлебушком плохо – дай 3 млн тонн нефти сверх плана»: как нефть Западной Сибири похоронила Советский Альянс». В ней была рассмотрена проблема нефти, которая уничтожила СССР.

В свою очередь, хотелось бы в противовес этому взгляду показать, что миф о «нефтяной игле» для СССР совсем несостоятельный.

О том, кто или что похоронило СССР, существует множество мнений. Один высокопоставленный чиновник даже доказывал, что нефть и газ – наше анафему и, если бы Россия их не имела, то жилось бы всем намного лучше.

А от разных экспертов можно периодически слышать, что именно «нефтяная игла» загубила СССР. Если продолжить их умозаключения, получается, что, так как СССР, который имел 16–20 % мирового ВВП (по разным источникам), развалился из-за цен на нефть, то уж РФ, с 1,7 % всемирного ВВП, обязана развалиться непременно. Такова их логика.

СССР: откуда же взялась эта игла?

Месторождения нефти и газа в тех масштабах, какие имеет современная РФ, были разработаны и освоены исключительно в период СССР и с технологическими возможностями Союза, которые он имел в 60–70-е годы ХХ столетия.

Фильм «Анискин и Фантомас» 1973 года как раз заканчивается тем, что в сибирской деревне нашли нефть.

На момент начала эксплуатации этих месторождений в Сибири перед партией и правительством вопрос о предпочтении не стоял, да и не мог так стоять: осуществлять ли глубокую, неглубокую, «совсем тонкую» переработку или же продавать нефть сырой?

Во-первых, как мы увидим дальше, доля нефти, отправляемой на экспорт, была незначительной от промышляемой. Основная масса перерабатывалась внутри страны.

Откуда бы взяться доли ВВП СССР в мировой экономике 16–20 %? Да и не выпивали же эту нефть в Советском Альянсе вместо натурального молока?

Во-вторых, экономический лозунг-фетиш «всё на экспорт» – стал актуальным только после гибели Советского Альянса, и цель его – продать сырье на Запад или Восток, где возьмут, и персонально красиво зажить на Западе. У Союза такой задачи никогда не было, в принципе, кроме этапа индустриализации.

В-третьих, валютная выручка, которую получал СССР, конечно, была крайне важна для страны, но по большей мере она тратилась не так, как размышляли советские мещане и продолжают думать они же, в том числе и государственные мужи в современной России: на шмотьё для магазинов «Березка», а в целом – рачительно расходовалась для приобретения технологий и производств, в каких СССР отставал.

Напомню читателям, что до Великой Октябрьской революции социальное и экономическое отставание России составляло несколько столетий от пресловутого Запада. Большевики вынуждены и обязаны были провести вторую модернизацию России, то есть сразу и одновременно с 1917 по 30-е годы реализовать как культурную, так и все промышленные революции, которые Запад прошел за несколько столетий до этого (А. Тойнби).

Но, и об этом многие из работавших на производстве в Советском Альянсе знают не понаслышке, культура производства в силу естественного отставания была крайне низкой. Аграрное «коллективное бессознательное» подавало о себе знать. На достойный уровень по ряду отраслей СССР вышел только к концу 80-х годов (Ли Якокка).

Да иначе и не могло быть: одновременно надо было основывать высокотехнологическое оружие, вести культурную революцию, обеспечивать бесплатным образованием, медициной и жильем граждан, проводить урбанизацию края. Для понимания: когда началось освоение нефтегазового комплекса, 50 % граждан страны жили на селе (1961 год).

В-четвертых, учитывая вышесказанное, отметим, что никакой жесткой вязки между продажей нефти и закупкой продовольствия не существовало. СССР приобретал в основном кормовое зерно для развития поголовья КРС, продавливая американских и канадских фермеров по стоимостям. Поголовье КРС в РСФСР в 1990 году было 58 млн голов, в СССР – 115 млн, в РФ в 2019 – 19 млн.

Сегодня же твердые сорта кубанской и ставропольской пшеницы сливаются за рубеж, там, где умеют осуществлять «глубокую переработку», как в Турции, выдавая демпинговую продажу за небывалые экономические показатели.

В СССР же после 1945 года выходило восстановление, а не развитие поголовья КРС, потому что во время самой суровой войны в мировой истории на европейской территории СССР ущерб, по оценке советских экономистов, составил стоимость пяти пятилеток.

На какую край влияют изменения цен на нефть?

Падение мировых цен на нефть, подорвавших экономику Союза, не раз опровергалась в научной и публицистической литературе. Но миф этот всегда кочует из статьи в статью, попадая и в правительственные доклады. А ошибки в анализе данных всегда ведут к ошибочным управленческим решениям.

Бюджет СССР никак не соприкасался с стоимостями на нефть, потому что этот фактор был совершенно малозначительным. А вот в РФ – это ключевой показатель при формировании бюджета: без прогноза цены на нефть он не может быть сформирован.

Подневольность страны от мировых цен на нефть и прочие ископаемые наступила как раз после исчезновения Советского Союза и не минутой раньше. Изменение цен на нефть в этап конца СССР никак не влияло на структуру экономики страны и не могло быть причиной экономического кризиса.

Согласно «Статистическому ежегоднику за 1990 год», ВОП (валовой социальный продукт), приблизительно сравнимый с ВВП (такого показателя в тот период не было), в 1986 году был 1425,8 млрд рублей. Далее он лишь рос.

В то же время весь экспорт из СССР в 1986 году составил 68,285 млрд рублей или 4 % от ВОП (≈ВВП).

В то время как в РФ в 2018 году при ВВП 1630 млрд долларов вывоз составил, по данным Федеральной таможенной службы, 449 964 млрд долларов или 27,6 % от ВВП.
То есть, повторим, весь экспорт у СССР составлял 4 %, у РФ – 27,6 %. При этом часть нефти в 2018 году была 53 % (237 млрд долларов).

В СССР в 1986 году доля эта составляла 1,6 %, а с СЭВ – 8,2 %. Разница положительная и ощутимая, а с учетом падения доли России по сравнению с долей СССР в мировом ВВП в 10 раз, всё становится на свои места.

Мы видим, исходя из этих статистики, что ни о какой «нефтяной игле» для СССР говорить не приходится, а уж тем более об экономическом кризисе, который мог возникнуть от изменения цен на нефть.

В части экспорта СССР в рамках общего объема производства продажа нефти занимала минимальный объем, который не мог влиять на структуру производства и на экономический кризис сверхдержавы.

Тяни этот миф о том, что от нефти, газа и прочих ископаемых мы стали зависеть еще при позднем СССР, нужен, лишь чтобы прикрыть сегодняшнее состояние дел, когда край является сырьевым придатком развитых технологических и экономических стран. И, к вящей радости многих, как в XIX веке, ещё стала приторговывать хлебушком: не доедим, но вывезем.

Очертания кризиса появились, когда начались несистемные реформы Горбачёва, которые буквально раздёргали экономику, которая, как любая система, спрашивала коррекции, но не разгрома. Проблемы, которые имелись в этот период в экономике, прежде всего, были связаны не с производственной районом (хотя они, конечно, были), а со сферой общей культуры и сознания граждан страны Советов, культуры труда, распределения и расстановки приоритетов. Но это иная тема.

Горбачев и последующие за ним управленцы напоминают героя детских книг Н. Носова Незнайку, который выдергивал гайки и болты из машины, где не надо; правил воздушным шаром при полном неумении это делать; лечил больных, не обладая медицинскими знаниями; спорил со Знайкой и разглагольствовал о том, в чем ничего не смыслил.

Гениальный Носов в этой ребяческой сказке показал именно то, как некомпетентность может развалить систему. Но осознания этого у большинства представителей управленческой элиты, вылито, нет и до сих пор: им куда приятней носиться с мифом о «нефтяной игле» или о заговорах Запада.

>