Отчего считают, что Маннергейм спас Ленинград во время Великой Отечественной

Отчего считают, что Маннергейм спас Ленинград во время Великой Отечественной

Отчего считают, что Маннергейм спас Ленинград во время Великой Отечественной

Помимо войск вермахта, в блокаде Ленинграда участие принимали и финские подразделения под командованием бывшего царского генерала Карла Густава Маннергейма. Есть расхожая легенда, что именно он, продолжая горячо любить Санкт-Петербург, в котором жил до революции, немало сделал, чтобы город не был истреблён и по сути спас жизни миллионов ленинградцев.

Что говорят

В качестве первого факта, подтверждающего особое отношение Маннергейма к бывшей столице Российской Империи, именуют сначала «обходной маневр» финской армии, отвернувшей от Ленинграда и продолжившей наступление в Карелии, — в июле 1941 года, а после и отказ командующему Группой Армий «Север» Вильгельму фон Леебу штурмовать город.

В том, что такие просьбы были и что на них Маннергейм подлинно ответил отказом, сомневаться не приходится. Выдержки из переписки Лееба, Кейтеля и финского главнокомандующего приводит Юрий Лебедев в книжке «Ленинградский “Блицкриг”».

Второй факт состоит в том, что финская артиллерия не обстреливала город после того, как кольцо вокруг него сомкнулось. При этом обстрелы и бомбежки со сторонки  вермахта происходили регулярно и унесли тысячи жизней военных и мирных ленинградцев.

Как было на самом деле

В июле 1941 года финские армии, довольно быстро вышедшие к бывшей границе, не повернули к югу — сразу на Ленинград, а продолжили наступление в Карелии — по направлению к Лодейному Полю. Сделано это было по двум винам. Во-первых, об этом просило немецкое командование, желавшее  взять город в кольцо, чтобы минимизировать свои потери во пора штурма. Во-вторых, когда финские войска начали движение в глубь перешейка, они столкнулись с серьезным сопротивлением советских армий в районе Суоярви. Без ликвидации этой группировки отдать приказ о штурме Маннергейм просто не мог — слишком велика была опасность оставшихся в тылу советских армий.

Когда в конце лета 1941 года кольцо вокруг города замкнулось (в том числе и с участием финской армии), уже Кейтель устремил письмо Маннергейму с просьбой начать штурм с севера. На что тот, ссылаясь на большие потери, отсутствие дальнобойной артиллерии и штурмовой авиации, уклончиво отозвался, что боевые действия финны начнут лишь в том случае, если войска вермахта «громко и ясно постучат в двери Ленинграда». Впрочем, и в этом случае штурма с норда не было бы. Прагматичный генерал четко понимал ситуацию и говорил своему коллеге Вильо Туомпо: «Если они [немцы] завладеют Ленинградом с юга, то нам бессмысленно прорываться к городу сквозь укрепленный район у старой границы, когда Ленинград в “котле”» (из дневника В. Туомпо).

Что прикасается отсутствия обстрелов и бомбардировок с финской стороны, то они объясняются тем же, чем и отказ Маннергейма идти на штурм – отсутствием артиллерии и авиации. Так что сваливать финскому генералу любовь к России точно не стоит, он был убежденным и последовательным патриотом Финляндии.

>