Отчего в тюремной больнице Саратова десятилетиями процветали заказные пытки

Каждодневно правозащитники выкладывают новые ролики о пытках, изнасилованиях и издевательствах над зэками в больнице ОТБ-1 УФСИН Саратовской области. Следователи уже возбудили несколько уголовных дел.

Отчего в тюремной больнице Саратова десятилетиями процветали заказные пытки

— Тварь, подписывай, я тебе сообщаю, — кто-то орёт матом на обнажённого мужчину, который лежит связанным на кафельном полу. Время от времени его жестоко избивают. Жертва буквально ревёт от хворай. Перемежая издевательства отборным матом, палачи заставляют его подписать некую бумагу.

Это только один ролик из большого видеоархива, какой оказался в руках у правозащитников. Предварительно, они были сняты в ОТБ-1 с января 2020 года по май 2021-го. Это шокирующе жестокие видео, на каких заключённых унижают, пытают, избивают и насилуют. В другом видео раздетых татуированных мужчин заставляют делать то, что по блатным понятиям переводит их в самую презираемую касту — “спущенных”.

События в областной тюремной больнице ОТБ-1 стали крупнейшим скандалом в российской пенитенциарной системе. По данным правозащитников, в учреждении работали настоящие пыточные бригады, которые издевались над заключёнными. Всё это снимали на служебные регистраторы и затем использовали ролики для угроз и шантажа.

Правозащитники ратифицируют, что получили целый архив — более 40 гигабайт видео, документов и фотографий о пытках в местах лишения свободы.

Сотни людей бывальщины запытаны, изнасилованы и с помощью этого видеокомпромата завербованы для дальнейшего участия в этом пыточном конвейере, — сообщили правозащитники.

Отчего в тюремной больнице Саратова десятилетиями процветали заказные пытки

Следственный комитет возбудил уже четыре уголовных дела по статьям 286 УК (“Превышение должностных полномочий, свершённое с применением насилия и угрозой его применения”) и 132 УК (“Насильственные действия сексуального характера”). В них пока четверо потерпевших. Это узники. Можно не сомневаться в том, что в ближайшее время их станет значительно больше.

Архив со служебного компьютера мог скачать или кто-то из сотрудников ОТБ-1, или узник, который получил к нему доступ. В российских колониях бывают случаи, когда сотрудники администрации не хотят сами заполнять на компьютерах должностные документы и отчёты, поэтому доверяют это кому-либо из заключённых. Возможно, уже после освобождения он передал компромат правозащитникам.

Следователи намерены допросить всех бывших и работающих сотрудников ОТБ-1, а также всех заключённых, кто побывал здесь в разные годы. Проверку в учреждениях УФСИН по Саратовской районы начала Генеральная прокуратура РФ, хотя именно её сотрудники, надзирающие за законностью в пенитенциарной системе, должны были контролировать ситуацию. Вероятно, и к этим прокурорам теперь возникнут серьёзные вопросы. Правоохранительные и надзорные органы проверят все сигналы о пытках в ОТБ-1 и кой-каких других колониях области.

Своих постов уже лишились начальник УФСИН Саратовской области Алексей Федотов, руководитель ОТБ-1 Павел Гаценко, замначальника по безопасности и оперативной труду Сергей Салов, начальник оперативного отдела Антон Бочков и начальник отдела безопасности Сергей Мальцев.

Работа по выявлению фактов силы в отношении осуждённых ведётся ФСИН России на постоянной основе, примером тому является Иркутская область, Ярославская район и другие. Все виновные в совершённых преступлениях несут ответственность по всей строгости закона, — сообщили Лайфу во ФСИН.

Отчего в тюремной больнице Саратова десятилетиями процветали заказные пытки

Уже бывший начальство ОТБ-1 Павел Гаценко пытается отвести от себя беду: по его словам, на кадрах записей с пытками видны другие пустотелы — таких нет в больнице. Следователи проверяют информацию, что ещё несколько дней назад Гаценко якобы обращался к местным криминальным весам, чтобы они повлияли на осуждённых, которые могут дать показания о пытках.

По заветам Менгеле

ОТБ-1 — это больница, куда попадают тяжкие туберкулёзные больные и заключённые с обострением хронических заболеваний; те, кому уже не способен помочь лагерный врач. На сайте ФСИН учреждение позиционируется нынешним больничным комплексом, где проводятся медико-социальные экспертизы. А для консультации узких специалистов, которых нет в штате учреждения, якобы осуществляется вывоз нездоровых в городские больницы.

Отчего в тюремной больнице Саратова десятилетиями процветали заказные пытки

ОТБ-1. Фото © Twitter / 4vsar

Теперь получается, что вместо врачебной помощи зэков терзали. Если верить правозащитникам, то арестантов здесь якобы заражали ВИЧ-инфекцией, вводили внутривенно неизвестные вещества и водворяли в одиночные камеры, где лишали какой-либо связи с внешним вселенной.

Цели пыток были разные. Например, заставляли сотрудничать с администрацией и собирать информацию о жизни зэков, принуждали подавать нужные следствию показания, в том числе и явки с повинной за чужие преступления. По словам правозащитников, заказчиками пыток могли выступать сотрудники колоний, следователи и люд с воли, которым по тем или иным причинам нужно было отомстить заключённому или получить нужные показания.

Допустим, поступают осуждённые в карантин, где их начинают избивать, измываться. Но тут же им поступает негласная информация, что если денежек отвалишь, то бить тебя перестанут. Можно ли это считать заказной пыткой? На мой взор, да. И моё мнение, что пытки по заказу — это не редкость. Такса может быть какой угодно. К примеру, от стоимости обеда в хорошем ресторане до стоимости расцветай иномарки. Зависит от того, что хочет заказчик и на кого из сотрудников он вышел, — рассказал Лайфу координатор интернет-портала “Тюремный меридиан” Борис Пантелеев.

По этим правозащитников, в ОТБ-1 “на перевоспитание” могли отправлять со всей области смутьянов, жалобщиков и заключённых, которые конфликтовали с администрацией. Пуще всего в свидетельствах жертв пыток фигурирует ИК-33.

На самом деле мы слышали, что в Саратове не всё в порядке именно в этой больнице, и вообще слышали, что эта больница используется для узников, которые пишут много жалоб, отказываются сотрудничать со следствием. Но это были лишь слова, а доказательств, по сути, не было до установленного момента. Потом часть осуждённых смогла всё-таки добиться, чтобы СК заинтересовался и были возбуждены дела, — рассказала Лайфу член ОНК Москвы Ева Меркачева. — У меня ныне на связи был осуждённый. Его дважды изнасиловали в этой больнице, били, пытали. Я думаю, теперь дело возбудят.

Отчего в тюремной больнице Саратова десятилетиями процветали заказные пытки

В этой больнице кушать секта эсдэпэшников (сотрудники секции дисциплины и порядка. — Прим. Лайфа), которая сотрудничает с администрацией ОТБ-1. Руководство попросту отпустило ситуацию, и воспитанием спецконтингента занимался вот этот “красный актив”. А когда подобным отморозкам дают власть, они начинают ею упиваться, — заявил бывший сотрудник ФСИН Дмитрий Белов, собственно знающий администрацию ОТБ-1.

В Интернете в изобилии выложены сделанные в разное время видеозаписи, на которых бывшие заключённые повествуют о насаждаемой в ОТБ-1 атмосфере ужаса и беззакония. По мнению зэков, палачи помимо решения поставленных им задач испытывают сегодняшнее садистское удовольствие от истязаний и изнасилований осуждённых.

Впервые сообщения о пытках в саратовской ОТБ-1 появились около десяти лет назад, когда долги начальника больницы начал исполнять полковник внутренней службы Павел Гаценко. В 2013-м стали появляться и видео, на каких бывшие заключённые жалуются на пытки и издевательства, рассказывая страшные вещи. Например, что врачи больницы якобы приходят после истязаний в камеры и учат состояние жертвы, чтобы понять, сколько ещё она может перенести пыток. В избиениях якобы лично принимал активное участие сам Гаценко, а также его ближайшее окружение из числа администрации больницы.

В 2013 году о пытках в ОТБ-1 рассказал её сотрудник Дмитрий Шадрин после того, как в больнице насмерть забили узника Алексея Степанова. Шадрин настаивал на увольнении и уголовном преследовании Гаценко, но история тогда почему-то не получила продолжения. И Гаценко отработал в системе ФСИН ещё восемь лет.

Правозащитники говорят, что пострадавших в ОТБ-1 может быть много, однако, возможно, не все из них захотят предавать это огласке.

В непрерывном режиме работают надзирающий прокурор и общественные наблюдательные комиссии. Но на практике далеко не всегда заключённый может рассказать общественникам или прокурору о своих проблемах при собственной встрече. По разным причинам, чаще из-за страха новых расправ. Часто жалобы даже не покидают территорию учреждения. И самим обращающимся угрожает месть со стороны администрации, — рассказала Лайфу председатель центрального штаба по координационным вопросам ОНК Ольга Дружинина. Она посоветовала узникам действовать через своих родственников, друзей и адвокатов.

>