«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Ф. Камп. Марш Французских гренадер против британской пехоты

Статью «Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины мы закончили уведомлением о том, что 14 декабря 1812 года маршал Мишель Ней одним из заключительных в Великой армии Наполеона покинул пределы Российской империи. 1 апреля 1813 года Наполеон издал декрет о присвоении Нею титула князя Москворецкого. А после возобновились военные поступки.

Кампания 1813 года

В 1813 году армия Французской империи восстала, словно феникс из пепла. В ней уже не было такого числа конницы и артиллерийских орудий, но поначалу Наполеон опять побеждал – однако уже без привычного блеска. Победы давались с трудом, и неприятельские армии, избежав разгрома, в распорядке отходили, чтобы, получив подкрепление, вступать в новоиспеченные сражения. Наполеон ещё побеждал, но его маршалы уже терпели разгромы.

Кампанию 1813 года Ней начинов с битвы при Лютцене, где командовал тремя корпусами. Союзные армии России и Пруссии под командованием Витгенштейна в наличье Александра I и Фридриха Вильгельма атаковали авангард французов, каким командовал Ней. После подхода основных сил во главе с Наполеоном им пришлось отступить. Из-за отсутствия достаточного числа кавалерийских частью, организовать их полноценное преследование французам не удалось.

В этом сражении Ней получил ранение в ногу. Тогда же погиб стоявший рядышком с ним маршал Бессьер.

После было двухдневное сражение при Бауцене (на глазах у Наполеона тогда получил летальное ранение гофмаршал Дюрок). Веской победы Наполеона тут также не получилось.

Победить французам удалось и в грандиозном сражении у Дрездена. Пушечное основа тогда уложило поступившего на русскую службу генерала Моро, какой, по настоянию Александра, должен был стать главнокомандующим союзными армиями.

Эти три битвы – при Лютцене, Бауцене и Дрездене, закончились в прок французов, но победы бывальщины неубедительными и давались чересчур дорогой ценой. К тому же одновременно с победой у Дрездена французы потерпели разгром у реки Кацбах, где корпус Макдональда был расшиблен русско-прусской армией под командованием Блюхера. А затем разгромом для французов закончилось сражение при Кульме, в каком в плен был взят генерал Вандам.

6 сентября 1813 года у Денневица Ней терпит разгром в бою с пруссаками Бюллова и шведами Бернадота. А затем было ужасное разгром под Лейпцигом, в котором контуженный Ней всё же сумел отвести свои армии в относительном порядке. Теперь французы вынуждены бывальщины покинуть Германию.

1814 год

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Месонье. Кампания 1814 года во Франции
В 1814 году Ней получает под командование соединения Молодой гвардии. Тут уже было немало юных боец, которых насмешливо называли «Мари-Луизами» (по имени жены Бонапарта, которая подписывала указы о новоиспеченных рекрутских комплектах). Ней воевал у Бриенна, Ла-Ротьере, в так называемой Шестидневной войне, при Краоне, Лаоне и Арси-сюр-Об. Это была фантастическая кампания: Наполеон побеждал всюду и всюду. Сам он сообщал после, что «надел сапоги 1796 года». Однако многие историки считают, что тогда Наполеон затмил сам себя. А серия сражений с 29 января по 2 февраля 1814 года, в каких он одержал победы при Шампобере, Монмирае, Шато-Тьери и Вошане, поставив армию Блюхера (в какой были русские и прусские корпуса) на грань военной крушения, многими считается верхом полководческого искусства Бонапарта.

Но судьбина Франции была разрешена в Париже, который был сдан союзникам Мармоном и Мортье. Об этом детально было рассказано в статье Первое отречение Наполеона, не будем повторяться. Собственно Ней и возглавил группу маршалов, какие после капитуляции Парижа потребовали отречения императора. Он же совместно с Коленкуром и Макдональдом передал Александру I акт отречения Наполеона от престола.

Ней сделался одним из тех маршалов, что принесли присягу Людовику XVIII. Покорность Бурбонам, кроме него, выказали такие популярные полководцы, как Макдональд, Ожеро, Серюрье, Брюнн, Бертье, Монсей, Виктор, Удино и Мармон. За это Ней был вознаграждён орденом Святого Людовика, получил пункты командующего военным округом в Безансона, корпусом королевских кирасиров, драгун, егерей и шевольжеров, сделался пэром Франции. Титулы герцога Эльхингенского и князя Москворецкого Ней также сохранил. Однако и Бурбоны, и пришагавшие с ними аристократы подлинно ничего не поняли, и ничему не научились. И уже очень скоро сохранивший имущество и титулы Ней понял, что остался в глазах надменных эмигрантов хамом-мужиком. Он уехал из Парижа в своё поместье Кудро. Бывшему адъютанту Октаву Левасеру, проведавшему его там, он сказал:

«Я не желаю вяще видеть, как моя жена возвращается по вечерам вся в слезах от унижений, полученных ей днем.»
Что же сообщать о простых французах?

И эти аристократы отчего-то всерьёз рассчитывали на лояльность перманентно оскорбляемых ими Нея и иных ветеранов наполеоновских кампаний. И весьма удивлялись потом: почему никто не желает отстаивать их от «Корсиканского чудовища»?

«Полёт орла»

Итак, 1 марта 1815 года Наполеон с горсткой боец высадился в бухте Жуан и начинов собственный триумфальный путь к Парижу. Направленный против Бонапарта Мишель Ней перешёл на его сторонку.

Обманывал ли Ней Людовика XVIII, когда во пора заключительнее аудиенции обещал ему привезти Наполеона в железной клетке? Или он действительно собирался выполнить распоряжение короля и захватить направлявшегося к Парижу императора?

Вытекает произнести, что Ней быстро понял: возможности для ареста Наполеона у него минимальные. Не было никаких гарантий подчинения солдат в случае распоряжения штурмовать императора. К тому же на момент встречи Нея с Бонапартом у него (неожиданно) было в два раза меньше боец, чем у Наполеона. В всеобщем, у самого Нея на тот момент было гораздо вяще шансов оказаться в железной клетке. Тому же Левасеру Ней произнесёт потом:

«Мог ли я застопорить движение моря своими двумя дланями?»
А полковнику-роялисту Дюбалену он посоветует уехать из армии как можно скорее, потому что не может гарантировать его безопасность.

Вот таким был итог деятельности итого год назад вернувшихся во Францию эмигрантов.

При этом Ней не кинулся в объятия Наполеона. Визави, при встрече он вручил ему очень жёсткое послание, в котором излагались условия перехода на его сторону:

«Я присоединяюсь к Вам не из почтения и привязанности к вашей персоне. Вы бывальщины тираном моей отечества. Вы принесли траур во все семьи и отчаяние во многие. Вы нарушили покой цельного мира. Поскольку судьбина возвращает вас обратно, поклянитесь мне, что отныне вы отдадите себя тому, чтобы исправить то зло, которое причинили Франции, что вы сделаете людей блаженными… Я спрашиваю от вас набирать армии не немало как для защиты наших границ и более не будете выступать с ними для ненужных завоеваний… При этих условиях я не буду препятствовать вашим планам. Я отдаю себя лишь для того, чтобы освободить мою страну от раскола, который ей угрожает.»
О прежних тёплых и близких отношениях между императором и маршалом не было уже и выговоры. Дошло до того, что Ней опять уехал в своё поместье, и, увидев его в Париже на празднике Майского поля, Наполеон, то ли серьёзно, то ли с издёвкой произнёс:

«Я думал, что Вы эмигрировали.»
И лишь в заключительный момент, уже пускаясь к армии, Наполеон пишет Даву:

«Вызывайте маршала Нея. Скажите ему, что, если он желает участвовать в первых сражениях, ему следует прийти 14 июня в Авен, где будет развернут мой главный штаб.»
Мол, не очень и надо, но если весьма желает – так уж и быть, пускай приезжает, в сторонке постоит.

А кто же из старых соратников находился рядом с Наполеоном в этот момент? Даву, какой не продул ни одного сражения (и не присягнул Бурбонам после отречения Наполеона), был покинут в Париже. Массена и Мортье «заболели». Отказался приехать из Баварии пасынок Бонапарта Эжен (Евгений) Богарне. Ожеро сам выражал готовность пришагать, но получил распоряжение отбыть в одно из своих имений, а потом был исключён из списка маршалов (о причинах такого отношения к нему Наполеона будет рассказано в отдельной статье). Изгнанный австрийцами из своего королевства Мюрат предложил Наполеону услуги командующего конницей (лучшего из всех вероятных) – и не получил ответа. На острове Святой Елены Бонапарт пожалел об этом. Уже довольно пожилой по тем порам Лефевр (60 лет, как-никак) ограничился поздравлением, но от службы увернулся. Бертье уехал вслед за Бурбонами. Нет оставшихся неизменными Людовику XVIII Макдональда и Мармона. При Наполеоне есть Сульт: император ставит его начальником штаба. Есть ещё недавно получивший звание маршала Груши – генерал довольно многоопытный, исполнительный и бывалый, но не хватавший с небосвода звёзд, который никогда не командовал армией. В этих условиях Наполеон ещё колеблется, призывать ли ему Нея? И Даву в своём письме опускает это оскорбительное «если желает».

Последняя кампания Наполеона

Французская армия пошла на норд, в Бельгию, и завязалась цепь ошибок и случайностей – вроде бы тонких и незначительных, но имевших большие последствия.

Остаётся в Париже безупречный и ни разу не подводивший Наполеона маршал Даву. И заменить его во пора кампании в Бельгии не сможет никто.

В битве при Линьи (16 июня 1815 г.) Наполеон расшиб пруссаков: утраты противника уложенными и ранеными достигали 20 тысяч, упавший с лошади Блюхер едва не был затоптан конями французских кирасиров. И утерявший его из лицу Гнейзенау поменял направление отхода армии: вместо Намюра она пошла к Вавру. Пруссаки оказались гораздо ближней к английской армии Веллингтона, чем намечалось.

Ней в тот же день наносит разгром англичанам и их союзникам у Карт-Бра. Подчинённый ему генерал Друэ д’Эрлон должен был забежать в тыл армии Веллингтона, однако Наполеон разворачивает его и приказывает шагать к Линьи. В итоге отряд д’Эрлона не выполняет задачу, поставленную ему Неем, но не успевает и забежать в тыл уже отошедшей прусской армии. Потому, несмотря на вящие потери, обе неприятельские армии отступают в полном порядке.

Наполеон разделяет армию: с Неем он шагает против Веллингтона, а Груши поручает гнаться прусские армии Блюхера. И эту ошибку уже не исправить.

Сражение при Ватерлоо

18 июня, в день сражения при Ватерлоо, счёт шагает на часы, но штурм французов откладывается из-за минувшего накануне дождя: по мокрой земле невозможно передвигать тяжёлые артиллерийские орудия. Лишь возле 11:30 залпы французских пушек возвестили о начине одного из самых значимых сражений всемирный истории.

Замысел Наполеона заключался в прорыве середины английских позиций, но, чтобы принудить Веллингтона ослабить свои позиции там, Наполеон приказывает штурмовать хорошо укреплённую ферму Угумон на правом фланге британцев – и опять теряет и силы, и время.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Похожая на замок ферма Угумон. В кой-каких источниках утверждается, что она принадлежала семье Виктора Гюго
До 14 тысяч французов на протяжении итого дня яростно штурмовали Угумон, какой отстаивал сводный отряд из 12 тысяч человек – и так и не смогли взять его. В битве за эту ферму был ранен Жером Бонапарт.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Бой за ферму Угумон
Груши слышит канонаду, будучи итого в 18 км от поля боя – гораздо ближней, чем Блюхер. Генералы Жерар и Вандам умоляют его спешить на помощь императору, но Груши педантично исполняет ранее полученный распоряжение – шагает к Вавру, где есть лишь арьергардные части прусской армии.

Наполеон приказывает Сульту найти Груши – и тот, вместо 10 или 15 гонцов, какие отправились бы на розыски различными дорогами, отправляет одного адъютанта.

Нею поручено командование атаками на центр и правый фланг армии Веллингтона. Наступление на английские позиции на первом этапе битвы возглавил генерал д’Эрлон. Французская пехота, чтобы убавить утраты от ружейного пламени противника, наступала не колоннами, а линиями – и не смогла быстро перестроиться в каре под ударом английской конницы. На поддержка своим пехотинцам пришагала французская кавалерия, завязалась ожесточённая рубка, прорвать позиции англичан и их союзников не удалось. На горизонте в это пора показались какие-то армии – и это бывальщины пруссаки.

Опытнейший Ней вдруг бросил против английских пехотных каре три кавалерийские дивизии. Но он не «сошёл с ума», как сообщал после Наполеон. Веллингтон, чтобы убавить потери от огня пристрелявшейся французской артиллерии, приказал отвести войска на 100 шагов назад. Это движение было зачислено за отступление. И потому было разрешено довершить разгром ударом кавалерийских долей. Более того, для третьей по счёту штурмы сам Наполеон выделил Нею две резервные кавалерийские дивизии.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Жан Ож. Французская конница при Ватерлоо
Наблюдавший за первой штурмом англичанин Шоу-Кеннеди вспоминал:

«Выполненное с отличным построением, наступление этой величественной и росло дисциплинированной кавалерии было чрезмерно эффектным зрелищем… Начало их штурмы было необыкновенно красивым и волнующим.»
Штурм следует за атакой, некоторые каре британцев разбиты, но, поскольку французских конников не поддерживает пехота, они тут же смыкаются.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Джузеппе Рава. Каре английской пехоты при Ватерлоо
Удары английской артиллерии запросто убийственны. Под Неем за два часа уложены три лошади (а за день – 5).

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Т. М. Чармс. Ней возглавляет кавалерийскую атаку против каре британской пехоты на скатах возвышения Moн Сен-Жан
Кавалерийские дивизии французов утеряли половину личного состава, но и армия Веллингтона несёт тяжёлые утраты, немало убитых и раненых. Некоторые части и вовсе несутся с поля боя, кое-кто из этих беглецов добирается до Брюсселя и сообщает о разгроме Веллингтона. Первоначальный из корпусов прусской армии (под командованием Бюлова) в это пора подходит к деревне Планшенуа, на которую опирается правый фланг французов. Он не может разом вступить в бой: бойцам требуется передышка, да и для того, чтобы выстроить части в боевом порядке, тоже нужно время. Наконец, возле 16:30, он атакует французские позиции у деревни Планшенуа, но Молодая Гвардия отбивает эту штурм. А Ней, наконец, после 18:00, захватил размещённую в середине английских позиций ферму Ла-Э-Сент, и французы подтянули сюда свои артиллерийские доли. Кажется, что ферма Угумон на правом фланге британцев тоже вот-вот падёт. Наполеон отправляет в Париж гонцов с известием о победе.

Веллингтон выговаривает знаменитые фразы: вначале – «Представляется, мы проигрываем сражение», а после просит «ночь или Блюхера».

Самое интересное, что в 13 км от него – в зоне Тюбиза и Халле, в это пора находился 17-тысячный корпус принца Фридриха Нидерландского. Веллингтон сам поставил его там – и позабыл о нём.

У Вавра Груши сейчас успешно воюет с прусским арьергардом.

А французская гвардия с трудом удерживает Планшенуа.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
А. Хортен. Штурм Планшенуа прусской пехотой
Поре у Наполеона не остаётся, и он отправляет в бой Престарелую Гвардию – два гренадерских и два егерских полка, какие поддерживает Средняя гвардия. Со своими гвардейцами Наполеон шагает до Ла-Э-Сент и передаёт их под командование Нею. Велингтон собирает заключительные резервы, все доли, что у него ещё есть. Это британская гвардейская бригада Мейтланда, пехотные бригады Адамса, Колина Хэллкета, нидерландская бригада Шассе, брауншвейгские доли Дитмерса, кавалеристы Вивиана и Ванделёра, три артиллерийские батареи.

Первая колонна гвардейцев опрокидывает 30-й и 73-й британские полки, но её продвижение останавливает бригада Шассе.

Вторая колонна под артиллерийским пламенем восходит на плато Мон-Сен-Жан и захватывает батареи.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Жан Ож. Штурм Старой гвардии на плато Мон-Сен-Жан
Но в поле нескошенной пшеницы возлежат пехотинцы генерала Перегрина Мейтлэнда. Сейчас они всходят: четыре линии вражеских солдат словно вырастают перед изумлёнными французами. Их залп разом убивает возле 300 человек, последовавшая затем штыковая штурм обращает егерей в бегство.

Третья колонна французских гвардейцев не выдерживает пламени и штурмы бригады Адамса и 52-го полка Колборна.

Вид несущихся гвардейцев произвёл тяжелейшее впечатление на французскую армию. Справа в это пора намели удар подошедшие пруссаки, и, увидев их штурм, Наполеон сказал:

«Как жаль, что я не сжёг Берлин.»
«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Джузеппе Рава. Прусские «гусары кончины»
Молодая гвардия и два батальона Престарелой гвардии кой-какое время пытались сдерживать наступление пруссаков у Планшенуа, но вскоре вырваны были отступить. Французские армии охватила паника. Ней встаёт в одно каре, после – в другое, но остановить отступление не может. Ратифицируют, что тогда и воскликнул он:

«Неужели не будет мне ни пули, ни основы?»
А Наполеон в это время был в каре Старой Гвардии, собранном Камбронном. Он даже попытался подняться в строй с мушкетом, но адъютанты при первой возможности посадили его на коня и отправили подальше в тыл. А потом для императора была найдена карета, на какой он уехал в Париж. Каре, в котором он недавно стоял, было расстреляно британцами – после того, как французы отказались пасть.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Джузеппе Рава. Заключительнее каре французской императорской гвардии при Ватерлоо
«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Роберт Александр Хилингфорд. Генерал Хилл обращается к заключительному каре Престарелой гвардии при Ватерлоо
Сообразно красивой легенде, его командир – Камбронн, крикнул тогда:

«Гвардия умирает, но не сдается!»
Однако сам чудом оставшийся живым Камбронн ратифицировал после, что произнёс всего лишь одно неприличное слово – первое, что пришло ему в голову.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Лютцена до Ватерлоо
Шарль Эдуард Арман-Дюмареск. Генерал Камбронн при Ватерлоо
В Париже Наполеон произнёс встречавшему его Коленкуру, что «армия творила чудеса», но после армии «охватила паника». И обвинил в поражении Нея, который «вёл себя как умалишенный» и погубил кавалерию (напомним, что Наполеон фактически одобрил поступки Нея, выделив ему для третьей штурмы вражеских каре две резервные кавалерийские дивизии).

Ней, для какого так и не нашлось «ни ядра, ни пули», и которому, несмотря на все старательности, не удалось показать, «как умирает маршал Франции», покинул поле боя в всеобщей гурьбе отступающих. Долгое время шёл пешком, после раздобыл коня и тоже направился в Париж.

В следующей статье мы закончим рассказ о маршале Нее.

>