«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Монумент Нею на улице Риволи (фасад Лувра)

Вероятно, вы обращали внимание, что к Бонапарту и его маршалам в нашей краю традиционно относятся с почтением и даже определенной симпатией. И это при том, что Россия много и вполне серьезно воевала и с Французской Республикой, и с империей Наполеона I. Битвы этих руганей были весьма масштабными и сопровождались большими потерями с обеих сторон.

Ситуация просто уникальная и трудно объяснимая. Ведь тот же шведский король Карл XII, так, не занимал Москву и дошел лишь до Полтавы. А Фридрих Великий и вовсе воевать с Россией никогда не желал: с его стороны военные действия против русской армии в ходе Семилетней войны носили чисто оборонительный характер.

Исследователи до сих пор не могут постичь, какие мишени преследовала Елизавета в той войне, что ей вообще нужно было от Пруссии? От государства, с которым тогда у России не было даже всеобщих рубежей? И ради чего ей понадобилось посылать умирать вдали от дома на чужой войне десятки тысяч русских мужиков?

«Великодушными неприятелями» Карл XII и Фридрих II – большие полководцы, люди мужественные и, безусловно, незаурядные, в русском обществе не стали. Отношение к ним в нашей кромке всегда было неприязненно-ироничным.

То ли дело – пассионарный генерал, а потом – император, Наполеон Бонапарт и его безродные маршалы! Наверное, дело даже не в бесчисленных победах, а собственно в будоражащей воображение невероятности и фантастичности судьбы и карьеры этих людей.

Среди маршалов Наполеона не было трусов, но особенно выделялись своим мужеством Мюрат, Ланн и Ней. О Мюрате уже было рассказано в двух небольших статьях (Иоахим Мюрат. Герой, сделавшийся предателем и Две «гасконады» Иоахима Мюрата). О Ланне поговорим в вытекающий раз.

А пока расскажем о Мишеле Нее (Michel Ney, его фамилия должна произноситься, как «Не», но мы будем именовать этого маршала согласно сложившейся у нас традиции).

Начин военной карьеры Мишеля Нея

Герой нашего рассказа родился 10 января 1769 года в городе Саарлуис. Уместно, сквозь 7 месяцев в городе Аяччо, что на острове Корсика (который лишь в 1768 году стал французским), родился Наполеон Бонапарт.

Мишель Ней тоже, как и Наполеон Бонапарт, французом был «сомнительным»: его «небольшая отечество» сейчас является частью территории нынешней германской федеральной земли Саар, и родным языком мальчика был немецкий. И даже призывали его в первые годы существования не Мишелем, а Михелем. Хорошее знание немецкого языка Ней потом использовал для разведки местности во пора войн на территории Германии. В заключительный раз на такую разведку он, переодевшись крестьянином, отправился в 1799 году – уже будучи бригадным генералом. Но не будем забегать вперёд.

Папа нашего героя – Пьер Ней, во пора Семилетней войны служил в армии Фридриха Великого и вышел в отставку сержантом. Женившись, он завел бондарную студию, имел кое-какой достаток, позволивший ему определить сына Мишеля в католический колледж. После его окончания молодой человек был зачислен на должность писца в здешнюю нотариальную контору. Затем он работал на литейном заводе, где стал кем-то вроде мастера смены и нормировщика. А ещё он, по воспоминаниям современников, недурно играл на флейте. Однако миролюбивая жизнь была ему не по характеру, и потому в 1788 году Мишель Ней поступил на армейскую службу в одинешенек из гусарских полков (ещё королевский), какой размещался в Меце.

Из-за цвета волос, в армии он получил прозвище Le Rougeaud – «рыжеволосый» (иногда его называли также «рыжеволосым лисом» и «рыжим львом», а порой и «красномордым»). В более позднее время употребляется также поэтичное и пафосное кличка «пылающий маршал». Но, разумеется, гораздо немало известен он как «le Brave des Braves» («храбрейший из храбрых»). И, надо произнести, назван он был так вполне заслуженно.

Ней много раз рисковал существованием в многочисленных боях. В последнем, под Ватерлоо, под ним и вовсе были убиты 5 коней. И потому кажется невероятным, что он смог дожить до года 46 лет, не став при этом инвалидом и калекой. Видимо, есть семя истины в известной поговорке, которая гласит, что тот, «кому суждено быть повешенным, не утонет» (в случае Нея – не будет расстрелянным).

Поначалу ничто не предрекало этому юноше блестящей карьеры полководца. Лишь 1 января 1791 года (через два года после начала службы) он получил звание бригадир-фурьера, а в феврале 1792 года был повышен до вахмистра. Но революция многим дала шанс на стремительное помост. Воспользовался им и Мишель Ней.

Уже 1 апреля 1792 года он становится старшим вахмистром, 14 июня того же года – аджюданом (прапорщиком). В престарелой королевской армии это звание было верхотурой военной карьеры людей недворянского происхождения. А в новой, республиканской армии Ней 29 октября 1792 года становится офицером – получает звание меньшего лейтенанта. И уже 5 ноября – лейтенантом.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
А. Брюн. Мишель Ней в гусарской конфигурации
Дворянину Бонапарту в королевской армии повышения от младшего лейтенанта до лейтенанта ожидать пришлось около пяти с половиной лет. То кушать карьерный рост Нея был быстрым, но надо учитывать, что Жан Шрамм в этом возрасте (23 года) был уже генералом, а Бонапарт генеральский чин получил в 24 года.

В Рейнской армии Ней после познакомится с Клебером, Бернадотом, Сультом, Лефевром и Мортье.

Первой битвой, в какой принял участие Ней, было сражение при Вальми, где французами командовал Лафайет. В дальнейшем, участвовавший во немало сражениях и получивший ранение под Майнцем, Ней сделался стремительно догонять своего ровесника – корсиканца Бонапарта.

Чин капитана он получил 12 апреля 1794 года, звание майора – 31 июля того же года, и уже 15 октября был произведен в полковники. Вытекающее повышение последовало 1 августа 1796 года: Ней становится бригадным генералом от конницы, в то время как Бонапарт в марте этого же года получил чин дивизионного генерала.

А вот дальше Нею не повезло: 17 апреля 1797 года он угодил в плен во время сражения с австрийцами под Нойвидом. Республиканскими войсками тогда командовал генерал Гош, и эта битва закончилась победой французов. Но Мишель Ней, преследуя отходящего противника, наткнулся на резервные доли австрийцев. Соотношение сил было удручающим: 500 французских гусар против 6 тысяч неприятельских боец.

Чуть позже приспели основные части французской армии, и до 4 тысяч австрийцев были взяты в плен. Но в плену очутился и Ней, которого Гош приказал сменять «под честное слово»: этот генерал не будет воевать до тех пор, пока французы не предоставят австрийцам плененного генерала их армии. Уже сквозь месяц Ней получил от австрийцев послание с официальным разрешением снова сражаться против них.

В марте 1799 года Ней оказывается в подчинении у Массены, какой тогда работал в Швейцарии. 27 мая он был отправлен к деревне Винтертур (близ Цюриха), где в сражении с австрийской армией генерала Хотце был тяжко ранен в ляжка и кисть. Тогда же по рекомендации Массены Ней получает звание дивизионного генерала.

В 1800 году Ней уже в составе армии генерала Моро принимает участие в битве при Гогенлиндене, какая для брани Второй коалиции имела гораздо большее значение, чем знаменитое сражение у Маренго, данное Наполеоном. Масштабная битва при Гогенлиндене, сделавшаяся верхушкой полководческой карьеры генерала Моро, проходила 3 декабря, и французский историк Э. Доде писал, что «снег Гогенлиндена достоин солнца Аустерлица». Собственно это разгром поставило Австрию на грань военной катастрофы и вынудило вступить в мирные переговоры, закончившиеся подписанием Люневильского миролюбивого соглашения.

Обратите внимание: Ней уже генерал, но он ещё ни разу не встречался с Бонапартом.

Он человек из другой армии, конкурирующей с Итальянской. У этой армии другие традиции и герои. Это, например, Луи-Лазар Гош – единственный соперник Бонапарта, опередивший корсиканца даже в постели Жозефины. Жан Виктор Моро, одержавший при Гогенлиндене победу, равновеликую той, что одержит Бонапарт при Аустерлице – но ранее.

Однако Гош скоропостижно умрет в возрасте 30 лет, Моро будет вынужден уехать в Америку. Генералы и офицеры армий Норда ревниво глядят на ставшего Первым консулом Бонапарта, опасаясь, что он везде и всюду будет продвигать знакомых ему «итальянцев» – Массену, Ланна, Мюрата, Ожеро и прочих.

Но Бонапарт уже торопится наладить взаимоотношения с этими суровыми и чрезвычайно способными людьми. И Ней напишет о первой встрече с ним:

«Приём, оказанный генералом Бонапартом, затмил все мои ожидания».

Встреча с Бонапартом

С Наполеоном Мишель Ней повстречался в мае 1801 года, когда Бонапарт уже был Первым консулом. Чтобы разместить к себе перспективного генерала, Наполеон потом подарил ему саблю одного из египетских пашей, захваченную во пора битвы при Абукире. А Жозефина сосватала Нею подругу своей дочери – Аглаю-Луизу Огье.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Ф. Жерар. Портрет Аглаи-Луизы Огье
Свадьба состоялась 5 августа 1802 года.

После этого Ней был назначен генерал-инспектором конницы, а затем вел переговоры о вселенной в Швейцарии. Делал это, надо сказать, весьма своеобразно: вначале распорядился ввести войска в Цюрих – и не промахнулся: швейцарцы сделались намного сговорчивее. А ещё в Гельветической республике Ней познакомился с Антуаном-Анри де Жомини, который на протяжении 10 лет будет трудиться у него начальником штаба. А после, в 1813 году, перейдет на русскую службу и станет основателем Николаевской академии Генерального штаба Российской империи.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Шарль Клер. Портрет Антуана-Анри Жомини
Это тот самый, Жомини, какой «сбивал с толку» молодых российских гусаров, о чем горестно сокрушался в своих стихах Денис Давыдов:

«Жомини, да Жомини,
а о водке ни полслова».
Вернувшись из Швейцарии, Ней был устремлён в Булонский стан, где получил под командование VI армейский корпус.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Парад в лагере в Булони 15 августа 1804 года.

Маршал Франции

18 мая 1804 года Наполеон провозгласил себя императором французов.

На вытекающий день он ввел в своей армии новоиспеченное звание – маршал. Маршалы во Франции были и раньше, но теперь это звание приобрело новоиспеченное значение. Сам Наполеон говорил, что у его маршалов надлежит быть две ипостаси: генералы – на поле боя и знатные особы – на светских мероприятиях в Париже. Чтобы подчеркнуть значимость и знатность своих безродных маршалов, император сделался именовать их «кузенами». В число первых таких генералов-кузенов вошёл и Мишель Ней.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Шарль Мейнье. Портрет маршала Нея, 1804 г.
С этих пор имена Бонапарта и Нея весьма нередко встречаются на одних и тех же страницах учебников.

При этом современники вспоминали, что Ней безоговорочно выполнял только приказы императора. Во всех прочих случаях он обыкновенно действовал так, как считал нужным, из-за чего много конфликтовал с другими маршалами.

В 1805 году Ней прогремел сражением с отходящей к Ульму армией австрийского генерала Мака. Чтобы не дать почти окружённым австрийцам ускользнуть, у Эльхингена его бойцы под вражьим огнем сумели положить настил на разрушенный мост через Дунай и перебраться на другой берег. Сам Ней возглавил тогда штурм двух пехотных полков, вышибивших австрийцев из этой деревни и Эльхингенского аббатства.

В сражении при Аустерлице Ней участия не принимал, так как был устремлён в Инсбрук. Здесь он нашел захваченные австрийцами республиканские стяги, которые потом торжественно вернул в Париж.

14 октября 1806 года конники Нея под Йеной взломали боевые порядки пруссаков (но едва-едва не попали в окружение – вовремя подоспели части Сульта и Ланна), а затем, преследуя отходящих, с ходу взяли Эрфурт и Магдебург. Любопытно, что в Берлине Наполеон счёл своим длинном поклониться праху Фридриха Великого, между делом произнёсши:

«Если бы он был жив, господа, – нас бы тут не было».
(Вот как!)

А Ней не постеснялся навестить престарелого прусского маршала Вихарда фон Меллендорфа, в армиях которого во пора Семилетней войны служил его отец.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Шарль Кук. Мишель Ней, маршал Франции, командующий VI Корпусом под Йеной
В битве при Прейсиш-Эйлау корпус Нея участия утилитарны не принимал – пришёлся, когда сражение уже заканчивалось. Но, увидев свежие французские части, русские предпочли отступить. После трёхмесячного затишья Беннигсен, имея 50 тысяч боец, попытался обступить стоявший у Гуттштадта 20-тысячный корпус Нея. Но этот маршал уже тогда показал себя настоящим мастером арьергардных сражений и успешно отступил к основным мочам французской армии.

В битве при Фридланде удар частей Нея фактически решил исход этой битвы. По одной из версий, собственно тут Ней получил свое знаменитое прозвище – «Храбрейший из храбрых» (по другой – так его называть стали после прорыва из окружения во пора отступления от Москвы).

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
А. Аверьянов «Маршал Ней в сражении под Фридландом»
Наконец, в 1808 году Ней получил титул герцога Эльхингенского и был обращён на Пиренейский полуостров.

Ничего хорошего из этого не получилось, потому что в Испании он разругался с маршалом Сультом (дело чуть было не дошло до дуэли), а в Португалии – с Массеной (тут Нея поддержал генерал Жюно). Отличился он, лишь командуя арьергардом во пора отступления из Португалии. Так, например, в сражении при Рединье 6-тысячный отряд Нея в течение суток успешно сдерживал 25-тысячную армию Веллингтона. При этом Ней утерял итого 150 человек, а Веллингтон – около 1 800.

В итоге французская армия ушла, не оставив неприятелю ни одного пленного и ни одной пушки.

Взаимоотношения Нея с Массеной к тому поре окончательно испортились, и в 1811 году он был отозван в Париж.

1812 год

Во время похода против России Ней получил под командование III корпус Великой армии. Его части первыми вышли к Смоленску, и здесь Ней едва не погиб: пуля попала в расшитый золотом высокий воротник мундира и завязла в нем.

Затем Ней преследовал арьергард русской армии, и в бою у Валутиной горы (19 августа 1812 года) заменил потерянного командира одной из дивизий – генерала Гюдена. Тогда был взят в плен русский генерал Тучков 3-й, сквозь которого Наполеон сделал первую попытку вступить в переговоры с Александром I.

Наиболее прославили тогда Нея Бородинское сражение и арьергардные бои при отступлении от Москвы.

План Наполеона в Бородинском сражении был вытекающим. На левом фланге Великой армии армии под командованием Эжена Богарне наносили отвлекающие удары. Ней и Даву в это время должны бывальщины овладеть Семеновскими флешами и поворотить налево, чтобы прижать русские части, стоявшие вокруг ставки Кутузова, а также – и резервные, к реке Колоче и в идеале – скинуть их в нее. Корпусу Понятовского было приказано обогнуть флеши справа.

Именно во время одной из французских атак на Семеновские флеши Багратион прикрикнет браво, увидев Нея, шагающего впереди своих солдат – и скоро получит смертельное ранение. Даву тоже будет контужен и не сможет продолжать битву: возглавлять штурмами на центр русских позиций будет один Ней.

Взятие Курганной высоты стало самым большим успехом французов в Бородинском сражении. Сил для дальнейшего продвижения уже не было, и возле 17:00 Даву, Ней и Мюрат упрашивали Наполеона направить в бой Старую гвардию. Император колебался, но маршал Бессьер сказал знаменитую фразу:

«Сир, помните, что Вы в семи тысячах лье от вашей столицы».
Маршал Ней, рыжеволосые волосы какого в этот день стали черными от дыма и копоти, узнав об отказе Наполеона, впервые в жизни осудил решение императора.

Как ратифицируют, в порыве ярости он прикрикнул:

«S`il a desapris de faire, son affaire, qu`il aille se f… f… a Tuilleri; nous ferons mieux sans lui»
(«Если он разучился мастерить свои дела, то пускай идет с… в Тюильри, мы обойдемся и без него»).
Во время отступления от Москвы, III корпус Нея оказался в арьергарде.

Возле присела Алое он был окружен русскими войсками. Командовавший ими М. И. Милорадович, отправил к Нею парламентера с предложением сдаться. Мол, никогда бы не посмел обратиться с таким предложением к столь прославленному бойцу, но Ваше поза безнадежно. Оружие Вам и офицерам будет сохранено, обращаться с каждым будем в соответствии со званием и титулом.

Ней отозвался его посланнику:

«Вы когда-либо слышали, чтобы французские маршалы сдавались в плен?! Маршалы не сдаются! Переговоры не ведут под огнем».
И, чтобы Милорадович не разузнал, как у него все плохо, приказал… арестовать посла русского генерала. А потом – еще двух (сразу видно «цивилизованного европейца», не истина ли). Выпустил он их через 26 дней – уже в Ковно. А тогда, взяв в руки солдатское ружье, Ней повел остатки корпуса на прорыв.

Свидетели передают его распоряжение войскам:

«Продвигаться сквозь лес! Нет дорог? Продвигаться без дорог! Идти к Днепру и перейти через Днепр! Река ещё не совершенно застыла? Замерзнет! Марш!»
Общая численность солдат и офицеров его корпуса на тот момент составляла порядка 6 тысяч человек. На иной берег Днепра перебеги около полутора тысяч.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
А. Ивон. Солдаты маршала Нея во время отступления из России
Нея и его солдат в отходящей Великой армии все находили погибшими. И потому известие о том, что им удалось вырваться из окружения, привело в восторг всех (даже и неприятелей Нея).

Коленкур вспоминал:

«Ни одно выигранное сражение не изготавливало никогда такой сенсации. Радость была всеобщей; все были достоверно в опьянении; все суетились и бегали, сообщая друг товарищу о возвращении Нея; новость передавали всем встречным. Это было национальным событием; офицеры находили себя обязанными сообщить о нем даже своим конюхам».
«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Наполеон и Ней, вышедший из окружения
Порадовавшись за Нея, Наполеон опять установил его командовать арьергардом, роль какого уже выполнял сводный корпус, составленный из более или менее боеспособных частей разных соединений.

Состояние армии Кутузова было не намного лучше французской, но с норда ей на подмогу шла армия Витгенштейна, ранее отстаивавшая Петербург, а с юга – Молдавская армия адмирала Чичагова, которая должна была взять позиции на берегах Березины и не позволить остаткам Великой армии переправиться сквозь эту реку.

Эти планы, кстати, вызывали у Кутузова раздражение и неудовольствие, поскольку главнокомандующий думал, что Чичагов хочет отнять у него славу победителя Наполеона. Великую армию, в свою очередность, могли поддержать сравнительно свежие корпуса Удино и Виктора.

При переправе Великой армии через Березину именно бойцы Нея и Удино приняли на себя удар армий адмирала Чичагова – у Суденок. Причем, поскольку Удино получил ранение, руководство этим сражением осуществлял, в основном, Ней. А напор Витгенштейна отражал корпус Виктора.

Именно здесь русским удалось занять господствующие вышины и поставить на них артиллерийские орудия. Обстрел ими перевозы и толпы, собравшейся на берегу, вызвал панику и страшную давку, многократно обрисованную очевидцами и запечатленную на многих картинах, а также в крылатой фразе «C’est la Berezina».

Эта апокалипсическая полотно окончательно деморализовала армию Наполеона.

«Храбрейший из храбрых». Маршал Ней: от Вальми до Березины
Януарий Суходольский. «Перевоз войск Наполеона через Березину»
У Нея после Березины осталось в подчинении возле 600 человек, которые были после названы «отрядом призраков». С этим жалким отрядом Ней защищал Вильно от партизан Сеславина, но вырван был оставить город после подхода авангардных долей Чичагова.

Поль де Сегюр писал о пути Нея к Ковно:

«Великая армия все еще дышала в маршале Нее… Ней вошел в Ковно одинешенек со своими адъютантами, потому что все кругом него отступили и пали. В четвертый раз он остался один перед неприятелем и, все еще непоколебимый, разыскивает себе пятый арьергард».
14 декабря 1812 года Ней и сопровождавшие его несколько десятков человек перебеги по замерзшему льду Неман и навек покинули Россию.

В следующей статье мы продолжим рассказ о Мишеле Нее.

>