Лев Пушкин. Начин кавказской легенды

Новость опубликована: 20.10.2019

Лев Пушкин и его кавказская существование. Лев Сергеевич родился в 1805-м году в Москве и приходился великому поэту младшим братом. Лёвушка, как его звали в семье, был всеобщим любимчиком. Слегка легкомысленный, задиристый, но честный и бескорыстный, Лев Сергеевич закончил сначала немецкое училище при Лютеранской церкви святого Петра, затем пансион при легендарном Царскосельском лицее, а запоздалее поступил в Благородный пансион при Главном педагогическом институте, откуда его выгнали за участие в протестной акции учеников. Учащиеся пансиона выступили против увольнения преподавателя словесности Вильгельма Кюхельбекера. Уже тогда Лев проявлял недюжинное вольнодумство, сходящее ему самому боком.

Лев Пушкин. Начин кавказской легенды
Юный Лев Пушкин

В этот период Лев практически исполняет функции секретаря своего великого брата. Меньший Пушкин носится по издательствам, выполняет многочисленные поручения, помогает доставать необходимый материал. Правда, писать Лев Сергеевич пробовал и сам, и даже был, как сообщали современники, поэтом в душе, но относился к своему увлечению несерьёзно и весьма критично. Это и понятно: рядом с гением старшего брата все собственные попытки представлялись ему легковесными и не заслуживающими внимания.

По иронии судьбы их рабочее партнёрство закончится именно по тем же причинам, по которым Александр всю жизнь обожал своего брата. Честность и легкомыслие не позволяли Льву держать стихи брата в тайне до публикации. А так как младший Пушкин право считал брата гением, достойным всяческого общественного внимания, и знал огромное количество его стихов наизусть, то с радостью декламировал неизданные строки Александра вслух в шумной компании. Так стихи быстро утекали в народ, что не могло облегчить их официальную публикацию. Не хватало Льву Сергеевичу и лукавства в переговорах с издательствами.

Первые шаги будущего офицера

В ноябре 1824-го года Лев решил заняться обустройством и своей существования, правда, скорее по настоянию семьи, нежели по собственной воле, и поступил в Департамент иностранных вероисповеданий. Но гражданская служба ему была неинтересна, потому через два года он перевелся в Нижегородский драгунский полк юнкером. Эта жизнь была более предпочтительна для Льва, ведь меньший Пушкин был отчаянным поклонником Бахуса и, как говорится, любил гусарствовать. При этом пьяницей его назвать было никак нельзя. Умение тянуть вино как воду и не пьянеть, но становиться задорным не в меру позже прославит Пушкина на Кавказе, где про это будут слагать легенды и солдатские байки.

Всячески его дефиниции на военную службу способствовал и Александр. Будучи дружным с легендарными Раевскими, Пушкин-старший настаивал, чтобы брат определился на службу в обыкновенный действующий полк, а не в гвардию. Так Лев и оказался в Нижегородском драгунском полку, в котором с 1826-го года в чине полковника командовал Николай Николаевич Раевский. Стоит отметить некую преемственность, т.к. с 1794-го по 1797-й годы полком командовал папа Николая Раевского.

Лев Пушкин. Начин кавказской легенды
Николай Раевский

Правда, Лев мог так и не попасть в действующую армию. В декабре 1825-го года во время известных событий на Сенатской площади был и молодой Пушкин-младший, какому были свойственны любопытство и вышеозначенная легкомысленность. Вильгельм Кюхельбекер, увидев Пушкина, сразу вручил ему палаш, отобранный у жандарма, и подвёл к Александру Одоевскому для знакомства. Запоздалее Кюхельбекер, который уже однажды послужил причиной проблем Льва Александровича, на допросе покажет, что юноша пришёл на площадь лишь из-за «ребяческого любопытства».

Пушкин и его кавказская история

В итоге 14 марта 1827-го года Пушкин прибывает на Кавказ, как говорится, с корабля на бал. Нижегородский полк был вовсю взят в персидско-турецкой кампании. Полковник Раевский взял его в адъютанты, но светского раута от этого назначения ждать не стоило. В 1827-м полк переходит рубеж с Персией и берёт штурмом крепость Аббас-Абад. И всё это в чудовищных климатических условиях. Вслед за Аббас-Абадом полк завязывает тяжёлый ночной бой у Сардар-Абада, а после этого хватают штурмом Эривань. И всё это время Раевский и его верный адъютант разделяли невзгоды и опасности похода вместе с бойцами. Уже осенью 1827-го Александр Сергеевич за доблесть в сражении произведён в чин прапорщика.

В 1828 году полк совершает поход на Карс и успешно штурмует турецкую твердыня, несмотря на то, что в русский лагерь пробралась чёрная смерть – чума. Далее следует успешный штурм крепостей Ахалкалак и Хертвиса (Гертвис). Наконец, 15 августа 1828 года состоялось кровавое сражение у стен Ахалциха. 30-тысячная армия Киос-Магомет-паши, которая превосходила по численности русское войско под командованием генерала Ивана Фёдоровича Паскевича немало чем в два раза, была разбита, после чего пала и Ахалцихская крепость Рабат, принадлежавшая османам.

Лев Пушкин. Начин кавказской легенды
Ахалцихское сражение

Фактически немало двух лет Пушкин провёл в сражениях и походах, в том числе он участвовал и в сражении при Арзруме (Эрзурум). Как и предполагал Александр Сергеевич, военная карьера в работающей армии у Льва пошла в гору. К 1828-му году Пушкин был уже в чине поручика и славился как храбрый офицер, отчаянный в бою. При этом он был всеобщим любимчиком. Где бы он ни появился, везде раздавался дружеский смех. Ему многое прощалось.

Лев Сергеевич просто обезоруживал даже самых суровых бойцов своей непосредственностью, открытостью и естественностью самых неожиданных порывов. При первой встрече он легко мог заключить незнакомца в объятия. В самых тяжких условиях он сохранял весёлость и гусарский задор. Но более двух лет постоянных боёв подорвали и его силы. По окончании кампании против турок Пушкин попросил отпуск. На завоёванный отдых он отправился уже практически ветераном. На его груди красовались орден святой Анны 4-ой степени с надписью «За храбрость», орден святого Владимира 4-ой степени с бантом и орден всё той же святой Анны, но уже 3-й степени.

Отпуск продлится цельных два года, в течение которых Пушкин с его легкомыслием начал кутить как заправский эпикуреец. При этом он наделал множество долгов, т. к. крупного состояния не имел, а при содержании поручика нажить его было невозможно. К тому же в шумной компании излишне доверчивый Лев Сергеевич порой не видал границ дозволенного быть произнесённым вслух. Привычка рубить сплеча, которая прощалась на фронте, т.к. боевых офицеров на Кавказе с декабристским прошедшим было предостаточно, никак не прощалась в остальной империи.

Лев Пушкин. Начин кавказской легенды

Эту опасную черту его характера подчёркивает письмо Александра Сергеевича ко Льву, посланное им 6 апреля 1831-го года из Москвы в Чугуев, где и пребывал брат после очередной своей шалости:
«Всё было решено. Ожидали только ответа от гр. Паскевича, как Бенкендорф получил о тебе из Москвы un rapport défavorable (неблагоприятный отзыв). Нравоучительных примечаний мастерить я не намерен; но кабы ты не был болтун и не напивался бы с французскими актерами у Яра, вероятно, ты мог бы уж быть на Висле. В Чугуеве тебе мешкать невозможно. Немедля поезжай в свой полк и жди там решения своей участи. Дай бог, чтоб эта шутка не стоила тебе вечного пребывания в Грузии».

Однако, видимо, очередную проказа Льва удалось загладить, т. к. после двухгодичного отпуска в мае 1831-го года младшего Пушкина переводят в Финляндский драгунский полк, да ещё в чине штабс-капитана. При этом стоит отметить, что вплоть до своей кончины Александр почти по-отечески будет беспокоиться о младшем брате. Несмотря на бурную литературную деятельность, старший Пушкин, как это видно из немногочисленной дошедшей до нас переписки, старался не попросту опекать брата, но порой и улаживал различные финансовые дела: уплачивал долги, занимался наследством и пытался как-то сориентировать брата в мирской жития. Но как Пушкин ни бился, его младший брат, несмотря на опыт армейской службы и множество сражений, останется необычайно непрактичным.

Спереди у Льва будет польская кампания и возвращение на Кавказ.

Продолжение следует…

Источник


Лев Пушкин. Начин кавказской легенды