Против царя и коммунистов: отчего философ Хвостов покончил с собой

Новость опубликована: 05.02.2020

Против царя и коммунистов: отчего философ Хвостов покончил с собой

100 лет назад кончил с собой философ Вениамин Хвостов. По воспоминаниям учеников, виднейший правовед и социолог не смог приспособиться к реалиям жизни при советском построенье. Поругавшись с кассиром в банке, профессор пришел домой и наложил на себя руки. В предсмертной записке он назвал свое решение один-единственным способом избавиться от советской власти.

5 февраля 1920 года в морозной, неосвещенной и грязной Москве добровольно ушел из существования знаменитый ученый, философ и правовед, специалист по римскому праву, социолог Вениамин Хвостов. Причиной такого поступка пришла глубокая депрессия, спровоцированная неприятием советского режима, тотальной разрухой из-за продолжавшейся Гражданской войны и провозглашенной большевиками политики военного коммунизма. Неустройство физической и духовной жизни довело Хвостова до отчаяния. Перед самоубийством он оставил записку.

«Вот единственный способ избавиться от советской воли», — сообщал философ своим близким, друзьям и ученикам. Хвостову был 51 год.

«Хвостов не приспособился к быту»

Его ученица Наталия Бызова-Фадеева, бабка известного социолога Леонтия Бызова, вспоминала, что в годы Гражданской войны жизнь московской интеллигенции была крайне тяжкой. Вместо ведения научной работы приват-доцентам и профессорам приходилось каждый день заботиться о собственном пропитании. Ситуация перманентной нужды накладывала негативный печать на психологическое состояние университетских сотрудников.

«Папиросы давали по карточкам. Кроме того давали сколько-то хлеба (в зависимости от того, какая карточка) и порой ничего больше, кроме «соли и фасоли». Пришлось включиться, как и всем, в добывание продуктов — различных и по разным местам.

Ездили по деревням за картошкой, ходили в Лужники на огороды за капустой, в Лужники, где теперь стоит стадион.

В кооперации бывальщины всякие выдачи, самые фантастические. То мы получали полпуда немолотой ржи, из которой варили потом ржаную кашу. То получали бурки, неплохие сапоги. То картошку — иногда подмороженную», — вспоминала о том времени Бызова-Фадеева.

По ее словам, от степени приспособления к быту зависело касательство людей к советской власти. Не приспособившиеся люди сильно озлоблялись.

«Не приспособился и Хвостов. Он все более и более трагически воспринимал разрушающийся быт. Помню, он с ужасом сообщал: «Что я буду делать, когда у меня остановятся часы?» Он все собирал сначала слухи о конце советской воли, потом перестал уже этим заниматься… Толчком было одно маленькое происшествие: он получал деньги в Артельбанке — и или не вовремя подошел, или что-то не так сделал, но кассир будет грубо его выругал… Он пришел домой и [покончил с собой]», — рассказывала Бызова-Фадеева.

После смерти философа психически захворала его ученица Людмила Баршева, с которой профессора связывали близкие отношения. Она винила себя в случившемся, попала в психиатрическую больницу, где отрекалась есть и, в конце концов, скончалась.

Протест против властей

Сегодня Хвостов-ученый практически забыт, но для своего времени он был крупным философом, оказывавшим воздействие на умы молодежи. Его запомнили как «выдающегося лектора», умевшего в понятном и легко усваиваемом изложении представить перед аудиторией самые сложные и тяжелые вопросы. Основные свои труды Хвостов написал по общей теории и философии права, а также по истории и догме римского права. Он является автором трудов по методологии истории, женской психологии, этике, философии, гносеологии и социологии.

Хвостов отстаивал понимание «справедливости» как верховенства абстрактно соображаемого права над желаниями и притязаниями отдельных лиц и общественных групп.

Особый интерес, по мнению исследователей научной биографии Хвостова, воображает докторская диссертация «Натуральные обязательства по римскому праву», защищенная в Московском университете в 1898 году. В ней приводился анализ немало случаев возникновения натуральных обязательств: с участием рабов, подвластных сыновей, лиц, состоящих под опекой и попечительством, обязательства из «голых пактов», обязательства по предоставлению приданого, алиментов, завещательных несогласий и т. д.

12 лет спустя, в 1910-м, профессор принял участие в организации научного института с отделением «социальной психологии», однако этот проект так и не был реализован из-за основы Первой мировой войны.

А в 1911 году Хвостов вместе с группой профессоров скандально покинул Московский университет в знак протеста против политики воль. Преподавателей возмутило ограничение университетских свобод со стороны министра народного просвещения Льва Кассо. Вместе с Хвостовым в отставку удалились 23 профессора и 74 приват-доцента. Среди них были такие известнейшие фигуры русской науки, как Владимир Вернадский, Климент Тимирязев, Владимир Сербский, Григорий Россолимо, Сергей Чаплыгин.

Это событие гораздо изменило творческую направленность Хвостова. Он прекратил заниматься правом и переключился на социологию. В 1917 году профессор основал первоначальный в России научный вуз такого профиля — Институт социальной психологии. Своим учителем Хвостова считал социолог с всемирным именем Питирим Сорокин.

Чем занимался профессор

В политическом отношении профессор разделял взгляды левых либералов и к революции как конфигурации разрешения социальных противоречий относился отрицательно. Тем не менее, именно февральские события 1917 года позволили профессору вернуться на труд в Московский университет. Временное правительство относилось к таким, как Хвостов, весьма благосклонно. Поэтому уже в марте он поступил на работу на кафедру штатского права.

Принадлежа к кругу русских неокантианцев, Xвостов пытался усилить в этом интеллектуальном течении психологический аспект, дополняя собственно социологию социально-психологическими построениями (учение о натуре социальных связей и социальных законов), указывается в «Новейшем философском словаре» современного философа и историка Александра Грицанова.

Одну из своих основных задач Хвостов видал в обосновании специфики социального познания, прежде всего социологии и истории.

С этой целью им проделан один из первых в русской традиции критических разборов методологических основ западной и российской социологии.

В качестве основных устойчивых форм общения Xвостов исследовал традиции подражания и дух поре. В качестве основных изменчивых форм — критику, реформы, революцию, реакцию и нововведения (идеи и изобретения). Кроме контрастных эпох философ выделял эпохи социального пессимизма и апатии, а в качестве исторических примеров развертывания идей рассматривал идеи реформации, просвещения и романтизма.

Хвостов был одним из первых представителей социологической науки в России, кого заинтересовала проблема позы женщин. После Февральской революции философ преподавал на Высших женских курсах и в Московском народном университете имени Альфонса Шанявского, декламировал лекции по женскому вопросу и проблемам эмансипации, выражая свои либеральные взгляды. Он являлся непримиримым критиком позитивистских курсов в науке, к которым причислял и марксизм, уточняется в научной статье Светланы Батуренко «Развитие феминистских идей в рамках неокантианского курсы русской социологии XIX – начала XX века». Особый интерес для социолога представляла проблема эмансипации женщин. Рассматривая личность как социокультурное образование, ученый ратифицировал, что общество и культура формируют даже такую физиологическую характеристику человека, как пол.

«Хвостов являлся одним из прогрессивных мыслителей своего поре, отмечавших необходимость изменения социальной несправедливости, связанной с положением женщин в обществе. Ученый начинает исследование данной проблемы с разбора исторических причин подчиненного положения женщин», — отмечала Батуренко в своей работе.

Хвостов считал, что «все иные вопросы, выдвигаемые современностью, стоят в более или менее непосредственной зависимости от разрешения женского вопроса».

Его младший брат Михаил Хвостов являлся одним из крупнейших русских историков – специалистов по истории древности. Ученик Василия Ключевского, он написал ряд серьезных работ по истории Древней Греции, Древнего Рима и Древнего Востока. С октября 1918 года Михаил Хвостов был прикомандирован к Томскому университету в качестве профессора на кафедре всеобщей истории. Будучи меньшей брата на 4,5 года, он пережил его всего на 20 дней. 25 февраля 1920 года историк Хвостов скончался в Томске от тифа. Его сын Владимир Хвостов специализировался на истории Новоиспеченного времени и международных отношений, стал академиком, директором Института истории АН СССР и первым президентом Академии педагогических наук (АПН) СССР.

Ключ


Против царя и коммунистов: отчего философ Хвостов покончил с собой