Александр Архангельский снимает кинофильм о степном голодеИзвестный писатель и журналист Александр Архангельский, автор известных документальных сериалов о великих современниках, снимает кинофильм о голоде 20-х годов. Почему его надо помнить в России и в Америке, он рассказал “РГ”.

Александр Архангельский снимает кинофильм о голоде 1920-х годов

Александр Архангельский снимает кинофильм о голоде 1920-х годов

1 октября 1922 года. Голодающих детей Самары кормят обедом. Фото: РИА Новинки

Что вас побудило к кинорассказу о голоде 20-х годов 20 века?

Александр Архангельский: Идея принадлежит Максиму Курникову – журналисту, длинные годы работавшему в Оренбурге и Уфе. Для него это часть его личной истории, региональной памяти, в том числе (а может, и прежде итого) связанной и со страданием, и со всемирной солидарностью, с дружеской помощью и бескорыстным участием.

Этот голод всем известен по лозунгу- лозунгу “Поможем голодающим Поволжья”?

Александр Архангельский: Да, это голод Поволжья и Южного Урала. За ним разразился невероятный казахский голод ( желая и в 20- е годы казахи пострадали), потом украинский, и наконец послевоенный – 1946-47 годов. Такая трагическая склейка истории нашей края в 20 веке. Но в 30-е и 40-е уже не было международной солидарности с нами, а в 20-е она была. Фантастическим образом сочетаясь со всем кошмаром ситуации.

Кто был основным международным помощником?

Александр Архангельский: Английские, а потом и американские квакеры и миссия Нансена.

При том, что Русской православной церкви не позволяли помогать голодающим.

Александр Архангельский: Да, это правда, квакерам позволили работать с голодающими, а православным нет. Это важная, но отдельная тема. Вероятно, для ранней Советской власти доводом послужила связь квакеров с семьей Толстых. Потом она их тоже затерла ластиком: ничего не было, не помним, а в начине 30-х, когда Сталину в голод предлагали международную помощь – не нуждаемся! Но в 20-х – с благодарностью принимала.

В России 20- годов с голодающими работали три значительных институции – известная миссия Нансена, тогда Верховного комиссара Лиги наций, английские квакеры (занятые у нас организацией больниц и кормлением голодных еще с 1916 года), а спустя какое-то пора – американские помощники.

Среди них были разные люди, в том числе и леваки, Одни, пожив и поработав здесь, после поменяли свои взгляды. Другие, наоборот, захотели остаться. Кто-то жил у нас до 1935 года, приняв коммунистические идеи.

Уместно, об этой помощи не помнят не только у нас. И в Америке о ней знают плохо. Возможно, это связано с неприязнью к Гуверу, ставшему впоследствии не самым излюбленным президентом. Но то, что миллионы людей были спасены – важнее.

Мне лично в этой истории ценно, что, помогая, они нам не пытались всучить готовые чужие модели – ни в больницах, ни в распространении еды. Но учили местных действовать самостоятельно и оказывать помощь на свой лад, почитали население, привычки людей. Не было этакого каргокульта – ты получаешь помощь и зависишь от того, кто тебе ее дает.

Кушать знаменитая картина Айвазовского “Раздача продовольствия”: в русскую деревню въезжает тачанка под американским флагом – это реальный сюжет в память о поддержки голодающим в императорской России, которую американцы оказывали еще в 1892 году (тогда был голод в Поволжье и Черноземье). Ее оригинал, по вестям, висел у одной из американских первых леди. У Айвазовского есть еще одна картина с таким же сюжетом “Корабль помощи”, на ней корабли США с продовольствием подходят к берегам Прибалтики. Это все мастерила филантропическая американская организация, побуждаемая памятью о том, что русский флот помог Америке во время ее Гражданской войны.

Александр Архангельский снимает кинофильм о голоде 1920-х годов

Александр Архангельский: Добросердечно и солидарность фантастическим образом сочетаются с кошмаром ситуации. Фото: Владимир Гердо/ТАСС

Это будет документальный сериал?

Александр Архангельский: Зависит от того, сколько скопим средств. Мы собираем деньги на Планете методом краундфандинга, ну и кто-то нам помогает в меру сил. Пока планируем один большенный фильм – на 1 час 20 минут. Будут возможности, сделаем документальный сериал. Главное, хочется сделать неангажированное кино. Потому мы не стали искать американские деньги, которые всегда легко взять у какого-нибудь фонда: есть что-то нехорошее в рассказе про то, какие янки замечательные – за их счет.

Где вы будет снимать фильм?

Александр Архангельский: Мы планируем три экспедиции. Первую – этой зимой – в Самару, Челябинскую район, Оренбург, Саратов, Бузулук. Вторую – глубокой весной – ближе к казахским степям и на территории Казахстана. А потом надеемся добраться до архивов Лондона и Калифорнии, где хранятся документы по голоданию и помощи голодающим.

В российских архивах тоже много очень интересных документов. Максим Курников, так, писал очерк об одном раскаявшемся жулике, который участвовал в краже хлеба, и описывал это в своем дневнике забавным стихом капитана Лебядкина. Потом вдруг раскаялся и решил помогать тем, кого обирал. Стал любой день посылать в деревню по тогдашнему миллиону (это было время гиперинфляции), на чем его и поймали. А дневник в стихах стал документом, на основе какого выстраивалось обвинение.

Мы хотим рассказать историю этого голода через конкретных людей. И в том числе попытаться постигнуть американский миссионеров: с чего вдруг квакер, только что женившийся в Австралии, бросает молодую жену и едет в удивительную большевистскую Россию помогать голодающим русским?

Вообще, каково это, приехать в голодную, только что избавившуюся от революции и штатской войны, тифозную страну, привезти прививки, трактора, платить русским зарплату по 4 пуда хлеба ( за 2 пуда в Бузулуке тогда можно было приобрести четырехкомнатную квартиру), не бояться грабежей и бандитов… В общем мы делаем фильм и про катастрофу, и про человеческое начало, которое всегда проявляется в самых ужасных катастрофах.

Двадцатый век для России – время невероятных исторических травм. Иногда верх берут настроения “хватит это ворошить”. Отчего, по-вашему, на это важно оглядываться?

Александр Архангельский: Для чего люди прошли через тот ужас? Для того, чтобы мы о них позабыли? Не все диаспоры, как украинская, смогли достучаться до мира, рассказывая о своих голодоморах, многие подобные трагедии остались в тени. Не беспорочно их забывать, Зато честно помнить о цене ошибок. Таких роковых и преступных, как продразверстка. Обобрали крестьян, отобрали не лишь еду, но и посевные. А на следующий год неурожай, помноженный на безжалостное отношение к людям. Полезно оглядываться на то, к чему ведет безжалостность. Но для меня все-таки основное это не предупреждение, и не рассказ о катастрофе. Мы делаем фильм про то, что без солидарности людям не выбраться ни из каких тупиков. И как бы мир ни разделялся – идейны, политически, экономически, религиозно – нет другой возможности удержаться от сползания в бездну кроме как протянуть друг другу руки. Мастеря фильм, мы тоже сталкиваемся с солидарностью. Я только что прилетел из Екатеринбурга, где меня сами разыскали авторы книжки о Бузулуке. Нам присылают семейные истории, рассказывают о неизвестных исследованиях. Очень ревнуют, если мы ошибаемся, и вместо Челябинска именуем Екатеринбург.

Для чего люди прошли через тот ужас? Для того, чтобы мы о них забыли?

Где будете показывать фильм?

Александр Архангельский: Сейчас являются онлайн-кинотеатры, надеемся на прокат в них. И показ на стриминговых платформах, которых становится все больше. Но не исключаю никакой возможности, вводя ТВ.

Культура Кино и ТВ Документальное кино Общество История

Вам также может понравиться